Огонь, пылающий посреди шалаша

Московская Сретенская Духовная Семинария

Огонь, пылающий посреди шалаша

Иерей Даниил Сироткин 450



В данной статье рассматривается период основания Алтайской миссии и ее развитие под руководством архимандрита Макария. Те основы духовного просвещения, которые ему удалось заложить, сторицею проявились впоследствии, в ходе деятельности других миссионеров. Подвижническая жизнь владыки Макария, его бескорыстие, любовь ко всем без исключения сделала возможным заложить прочный фундамент для дальнейшего развития миссии.

        В отличие от древних миссий, которые описываются в определенных немногочисленных источниках, о миссиях недавнего прошлого имеется огромное количество свидетельств самих миссионеров, а также значительный пласт исследовательской литературы. В этом сложность изучения и сравнения этих миссий с миссиями древними.

        В виду того, что не существует ни одного текста, который отражал бы весь ход Алтайской духовной миссии в период руководства ею митрополита Макария (Глухарева), были взяты основные факты о деятельности миссии в целом и митрополита Макария в частности из разных свидетельств современников, впечатлений самих миссионеров и исследовательской литературы.


           Подготовка миссионера

Михаил (Глухарев) родился в 1792 году в г. Вязьме в благочестивой семье священника. Отец сам занимался воспитанием и образованием ребенка. В восемь лет мальчик был принят в Вяземское духовное училище сразу в третий класс, по окончании учебы его перевели в Смоленскую семинарию, куда он был принят на казенный счет как один из способных учеников. Окончив через год семинарию, юноша остался преподавать в ней латинский язык, но вскоре был отправлен в Петербургскую духовную академию. Здесь он знакомится с архимандритом Филаретом (Дроздовым), который сразу отметил юного Михаила и принял в число своих духовных чад. В свою очередь, Михаил очень полюбил архимандрита Филарета и «всю жизнь относился к нему с необычайным благоговением»[1]. Сам он впоследствии говорил, что с момента поступления в академию «отдал свою волю ректору Филарету, ничего не делал и не начинал без его совета и благословения и почти ежедневно исповедовал ему свои помыслы»[2].

Владыка Макарий попадает в Глинскую пустынь, где находит то, что искал –      настоящую духовную жизнь.

Успешно окончив академию, в 1817 году Михаил получил направление в Духовную семинарию Екатеринослава. Когда он был преподавателем семинарии, его назначили ректором духовного училища. Долго колеблясь между монашеством и семейной жизнью, Михаил выбрал все же монашеский путь, и 24 июня 1818 года он был пострижен и наречен Макарием в честь преп. Макария Великого и вскоре рукоположен в иеромонахи. Здесь, в Екатеринославе, у Макария не складывались отношения с преподавательским коллективом училища, и в конечном счете он подал прошение митрополиту Филарету о переводе. В 1821 году иеромонаха Макария перевели в Кострому в качестве архимандрита и настоятеля Богоявленского монастыря и ректора семинарии. Но в начале 1824 года он подал прошение об увольнении на покой по болезни. В конечном итоге владыка Макарий попадает в Глинскую пустынь, где находит то, что искал – настоящую духовную жизнь. Здесь он начинает серьезно заниматься переводческой деятельностью, переведя на русский язык «Исповедь» блаженного Августина, «Лествицу» преподобного Иоанна Лествичника, «Беседы» святителя Григория Великого, «Огласительные слова» преподобного Феодора Студита.

5 июня 1829 года архимандрит Макарий выехал из Глинской пустыни в Москву, где получил благословение на миссионерское служение от митрополита Филарета (Дроздова). В сентябре этого же года он отправился из Москвы в Тобольск и к концу месяца прибыл в распоряжение архиепископа Евгения. В Тобольске почти год владыка Макарий готовился к предстоящей миссии, готовя помощников, оформляя документы и выбирая место своего миссионерского служения. Выбирая между северными и южными районами Тобольска, владыка «попросил по слабости здоровья направить его на юг от Бийска и взял себе в сотрудники двух тобольских семинаристов»[3]. Вскоре он приехал на Алтай, где начался его миссионерский подвиг.

Говоря об Алтайской миссии, необходимо упомянуть и о духовно-нравственных качествах ее основателя. «Проповедуя алтайцам Христово учение, объясняя им величайшие заповеди новой для них веры – о любви к Богу и к ближним, о. Макарий на себе самом являл пред ними живой пример такой любви. Самоотверженно служа инородцам и всем, кто только нуждался в помощи, духовной ли или материальной, отдавая им и свое время, и силы, и средства, – архим. Макарий уже этим одним высоко поднял в сознании алтайцев христианское любвеобильное учение над языческой эгоистической моралью»[4]. Г.Н. Потаниин охарактеризовал алтайского миссионера следующим образом: «Первым начал проповедовать Евангелие в Алтае скромный и ученый монах о. Макарий, оставивший в крае глубокую память своею святой жизнью, бескорыстным служением делу и любовью к забитому инородцу. По своему богословскому образованию, по своим познаниям в языках греческом и еврейском и при своих знакомствах, о. Макарий мог бы занять видное место в нашей церковной иерархии, но он с редким самоотвержением променял более глубокую известность на жизнь в алтайских лесах»[5]. Н.И.  Ильминский, хороший знакомый архимандрита Макария отмечал, что «обращение к вере Христовой есть внутреннее перерождение, которое делается и зарождается в глубине сердца, а не в рассудочной или научной области; для этого требуется духовная сила, которой Алтайская миссия достаточно богата»[6].

Приехав на Алтай и столкнувшись с языковым барьером, владыка стал изучать язык и мало-помалу составлять азбуку. Спустя два года миссионер с трудом мог объясняться с алтайцами, обычно же он общался с инородцами через толмача. Однако в скором времени, владыка Макарий с помощью коренного жителя, умевшего говорить по-русски, создает краткое исповедание христианской веры на местном языке для первоначального оглашения желающих креститься.

Пространство миссии

Целенаправленную политику по присоединению Сибири начал проводить Иван IV, официально же эти земли вошли в состав Российского государства только к концу XVI века. Продвижение на Алтай началось после основания нового укрепления, Кузнецкого острога (сейчас город Новокузнецк), в 1618 году в верхнем течении реки Томи. С этого момента происходит освоение предгорных районов Алтая и Саян. Не раз отправлялись отряды для сбора ясака (натуральный налог с автохтонного населения), планировалось строительство крепостей. Так, в первой половине XVII века на Алтае стали возникать разные временные укрепления и маленькие крепости.

Дальнейшая история Алтая неразрывно связывается с Россией. Сюда постепенно проникает оседлое русское крестьянство, вероятно, из раскольников, которые бежали из Центральной России[7]. Постепенно здесь строятся оборонительные линии, основываются новые города, ставятся храмы. С начала XVIII века коренные алтайцы начинают переходить в русское подданство, при условии защиты их от китайцев[8]. Официальное же присоединение Горного Алтая к России произошло в 1756 году[9]

Приехав на Алтай и столкнувшись с языковым барьером, владыка стал изучать язык и мало-помалу составлять азбуку.

Под влиянием русских жителей алтайцы начинают принимать крещение, и общая численность крещеных в XVIII веке людей составляет примерно 500 человек[10]. Таким образом, еще в XVIII веке было положено начало миссионерской деятельности, однако своего расцвета она достигла только в XIX веке, с образованием Алтайской духовной миссии.


    Инициатива организации миссии

Предпосылкой учреждения миссии явился указ Синода от 24 декабря 1828 года на имя архиепископа Тобольского и Сибирского Евгения (Казанцева), в котором предписывалось восстановить в Сибири должность инородческих миссионеров, упраздненную в 1799 году[11], в связи с тем, что «наблюдение за инородцами уже крестившимися может быть предоставлено приходскому духовенству… и заводить миссии пока Сенат не нашел удобным, и жалованье от правительства миссионерам было совершенно прекращено»[12]. Обстоятельства побудили Синод снова заняться миссионерским делом из-за того, что все чаще и чаще стали приходить известия об отпадения новообращенных обратно в язычество. Пока духовное и гражданское начальство рассуждало об удобнейшем способе распространения веры, Господь приготовлял для миссионерского служения на Алтае архимандрита Макария (Глухарева), который в этого время был насельником Глинской пустыни и, «как только узнал о просьбе владыки Евгения, тотчас решился ехать миссионером в Сибирь»[13].

           

  Первые контакты между миссионером и просвещаемым народом

В конце августа 1830 года алтайские миссионеры прибыли в город Бийск, который стал центральным пунктом их деятельности. Из него они совершали поездки по всей области. К маю следующего года они переселились в Улалу, где жили 15 семей некрещеных телеутов, четыре семейства крещеных черневых татар и три русских пчеловода. Однако вскоре некрещеные семьи решили отселиться подальше от миссионеров, что «заставило самого архимандрита Макария перейти отсюда в д. Майму, в 10 верстах от Улалы»[14]. Майма отличалась хорошим центральным расположением для миссии, а также здесь имелся постоянный источник пропитания миссионеров в виде рыбы, которая в изобилии обитала при слиянии рек Катуни и Наймы. В скором времени владыка Макарий приступил к строительству миссионерского дома. Через несколько лет миссионеры снова переселились в Улалу, которая и стала центральным пунктом миссии, а в Майме остался миссионерский стан.

Основанием миссии сам владыка считал крещение первого инородца по имени Элеска, который к приезду миссионеров был готов принять крещение. Произошло это 7 сентября 1830 года. Крестив его с именем Иоанн, владыка Макарий взял его с собой, чтобы научить молитве и основам христианской жизни. После краткого обучении, Иоанн отправился домой. Жители Улалы, узнавши о крещении татарина, собрались к владыке. Из них оказалось четыре семейства крещенных инородцев и 15 семейств некрещеных. «Все охотно слушали наставление в вере и жизни христианской о. Макария, но на его приглашение вступить в св. церковь Христову на этот раз отказались»[15].

Под влиянием русских жителей алтайцы начинают принимать крещение, и общая численность крещеных в XVIII веке людей составляет примерно 500 человек.

Владыка Макарий и вначале, и впоследствии проповедовал алтайцам при разных обстоятельствах. Иногда он говорил в толпе алтайцев, которые собрались для сбора ясака, причем реакция на слова была довольно разной: одни не проявляли никаких эмоций, другие горячо отстаивали свою веру, ссылаясь то на то, что все веры равны и имеют право на существование, то на то, что кочевникам неудобен христианский оседлый образ жизни. Порой сама обстановка бесед парализовала силу проповеди: «огонь, пылающий посреди шалаша, мужчины и женщины, с дымящимися трубками сидящие вокруг огня, нагия дети, по горячему пеплу ползающия, нечистота и жалкая бедность во всем»[16]. Однако владыка не брезговал проповедовать и при таких условиях. Бытует рассказ, как он однажды зашел в татарскую юрту и застал одну татарку, которая была занята готовкой. Миссионер начал проповедовать, и женщина стала слушать, но когда ее внимание стал отвлекать заплакавший ребенок, то он сел к колыбели и, убаюкивая ребенка, продолжал учить его мать. Нередко сам владыка играл с детьми, «попутно разучивал церковные песнопения и молитвы, дарил гостинцы»[17].

    

    Перелом в ходе миссии

Через шесть лет все местные жители того селения, где находилось основное отделение миссии, крестились, увидев, что миссионер не представляет никакой опасности. Чтобы преодолеть недоверие владыка Макарий всячески помогает местным жителям, как материально, так и советом, как защищая их от поборов местной власти, так и оказывая им медицинскую помощь. Помимо всего прочего, проповедник пытается встроить жизнь язычников в культурную среду христианства, приобщая их к земледельческому делу, селя их в деревянные хаты вместо убогих юрт. Для той же самой инкультурации владыка открывает школы, из которых вышло первое поколение алтайской интеллигенции – прежде всего священники, писатели, художники. Ведь совершенно незнакомым с наукой алтайцам было очень сложно воспринимать основные положения христианского вероучения. Кроме того, владыка уже тогда наверняка задумывался об автохтонных миссионерах.

Об успехе миссии можно судить и по следующему свидетельству: «Между тем Улалинцы одумались: все действия о. Архимандрита Макария, исполненныя любви, милосердия и сострадания к бедным инородцам, убедили их в том, что он человек вовсе не опасный, но достойный всякого уважения и любви, и большая часть их, будучи проникнута многократно слышанным от него словом истины, приняли св. крещение и предались ему, как дети отцу»[18].

Таким образом, к 1836 году, все жители Улалы крестились.

          

  Принципы проповеди

Проповедуя Благую Весть, архимандрит Макарий использовал любую возможность, чтобы побеседовать с местными жителями о перемене веры. Бывало, что владыка собирал новокрещеных после Литургии и обеда и, удалившись от селения и расположившись на берегу Маймы, при помощи толмача разговаривал с ними и выслушивал «жалобы их на бедность и недостатки в необходимом, стараясь распутывать разные затруднения и в расчете с восприемниками, и предлагая тому и другому советы и наставления»[19]. Он старался проникнуться жизненными нуждами местных жителей, пытался воздействовать на обращаемых через повседневные потребности, по возможности удовлетворяя их. Начиная разговор о телесных нуждах, проповедник постепенно переводил разговор на темы веры. По согласованию с властями владыка обещал инородцам, что те после крещения смогут пользоваться трехлетним освобождением от податей и повинностей, а также обещал по мере сил помогать деньгами и вещами.

Основанием миссии сам владыка считал крещение первого инородца по имени Элеска, который к приезду миссионеров был готов принять крещение.

Если же владыка узнавал, что в том или ином пункте есть инородец, который хотел креститься, то, по словам К. Харламповича, миссионер «спешил в то место, оглашал инородца, затем крестил, поручал надежному восприемнику, который и ограждал новообращенного от вредных влияний»[20]. Если же миссионер сталкивался при оглашении с противодействием со стороны семьи или шаманов, тогда он либо крестил тайно и велел разрывать семейные связи, либо вовсе не крестил.

Иногда, сетует архимандрит Макарий, «слушатели мои, казалось, были бездушные камни, но Бог может и из сих камней произвесть чад Аврааму»[21]. Порой, узнав о том, что кто-то желает принять крещение, миссионер ехал 70 верст верхом в весеннюю распутицу, притом, что такие слухи временами не оправдывались.

Просветитель Алтая стремился создать такие условия жизни для новокрещеного, которые способствовали бы возрастанию его в вере. Это достигалось путем отмежевания крещеного от языческой среды и влияния старейшин и шаманов, которые агрессивно относились к крестившимся: они «глумились над их новой верой, лишали имущества, запугивали и избивали их»[22].

Исследователь жизни и трудов владыки Макария С.В. Нестеров отмечает: «хорошо продуманный порядок восприемничества и неустанное личное попечение о новокрещеных можно считать главными и наиболее сильными сторонами миссионерской практики преподобного Макария»[23].

Проповедуя Благую Весть, архимандрит Макарий использовал любую возможность, чтобы побеседовать с местными жителями о перемене веры.

Стоит отметить, как строил владыка свою проповедь. После того, как миссионер прибыл в Бийск, на третий день он имел случай беседовать с двумя некрещеными алтайцами, которые хорошо говорили по-русски. В виду того, что алтайцы были грубыми идолопоклонниками, то и начинать разговор с ними нужно было с рассказа о Едином Истинном Боге-Творце. С этого и начал владыка Макарий, рассказывая о сотворении мира и человека. Однако же вскоре он был вынужден прекратить беседу, так как один из собеседников «постоянно противоречил, горячился, не мог даже сидеть спокойно, постоянно вскакивал со стула, ходил по комнате»[24]. Но через пару дней строптивый собеседник сам пришел к владыке, прося прощения за прежнюю грубость, и выразил желание слушать проповедника.

Оглашение перед крещением длилось от одного-двух дней до двух недель, в зависимости от способностей оглашаемого. Это делалось для того, чтобы обращаемый «твердо усвоил элементарные христианские истины и краткие молитвы, что при умственной ограниченности местных жителей стоило немалых трудов»[25].

Кроме того, важной стороной миссионерской деятельности архимандрит Макарий считал заботу о здоровье крещеных и некрещеных инородцев. В связи с этим, алтайский просветитель углубленно занялся ботаникой для выращивания лекарственных средств. Вследствие того, что в тех краях часто были моровые поветрия, владыка самолично ходил по жилищам инородцев и прививал их.

Стоит отметить и другой важный аспект в миссионерской деятельности митрополита Макария – бескорыстие. Во все время миссии требы совершались совершенно безвозмездно. Наиболее ярко бескорыстие миссионера отражает следующий рассказ. Однажды преосвященный Евгений рассказал владыке Макарию, что тот служитель Церкви, который обратит к христианству до 100 душ, получает от щедрот монарших знак отличия, усвоенный некоторому ордену. Поэтому, когда в феврале число новокрещеных инородцев в пределах действий Алтайской миссии возросло до 100 душ, владыка, вспомнив об обещанной награде, писал преемнику преосвященнаго Евгения на Тобольской кафедре, преосвященному Афанасию: «повергаясь в душе моей к стопам вашим, милостивейший архипастырь и благодетель мой, со всепокорнейшею искренностию молю: ни какого ордена знаком и ни каким отличием не украшать моей немощной службы. Священный долг побуждает свидетельствовать, что все новокрещенные обращены не мною, но провидением Божиим, по большей части без предварительнаго содействия миссии в пунктах успехов, так что на коих наше действование устремлялось, те непреклонными оставались; но труд безуспешный в одних был награждаем приобретениями в других, которых прежде мы и не видали, и которые были всегда известны Всевидящему. Самое качество миссионерской службы требует, чтоб иноверцы не имели повода к вредному для дела Божия мнению, что служитель Церкви восприемлет труды в их пользу по видам и чаяниям честолюбия. Мне кажется, что многие здесь таким образом думают обо мне; а я не желаю, чтобы мнение таковое торжествовало, и чтобы от личности моей падала тень подобных мнений и на других, кои будут трудиться на стезе настоящей службы моей»[26]. Кроме того, отправляясь на Алтай, проповедник отказался от материального вознаграждения за свои миссионерские труды, желая уподобиться апостолам, которые ничего лишнего с собой не брали. Единственным источником дохода была его магистерская стипендия в 350 рублей, хотя ему из синодальных сумм было определено 990 рублей. Желая уподобиться апостолам, архимандрит Макарий и жил по словам апостола: Для всех я сделался всем, чтобы спасти по крайней мере некоторых (1 Кор. 9:22), и таким образом «был для новокрещенных не только духовным наставником, но и школьным учителем, врачом, учителем земледелия, культуры, гигиены, арбитром в их семейных и родственных спорах, а также защитником от произвола шаманов, родовых старейшин и государственных чиновников»[27].

Как отмечал святитель Макарий (Невский), «отец Макарий не искал себе славы умножением количества крещаемых, в ущерб нравственным их качествам… Он искал в этом деле, как и везде, прежде всего славы Божией, и ожидая помощи свыше, деннонощно трудился в деле научения крещаемых истинам православной веры и доброй жизни христианской…»[28], и таким образом, почти за 14 лет руководства миссией отцу Макарию удалось крестить 675 взрослых алтайцев и более 700 детей.

О воцерковленности крещеных алтайцев можно узнать из слов Н.И. Ильминского, который характеризует деятельность архимандрита Макария и другого сибирского миссионера: «По силе и благодати Божией явились неруктворенно, т.е. без человеческой миссионерско-научной и искусственной подготовки и выправки, два миссионерских огня в Сибири: Иннокентий и Макарий Глухарев… Архим. Макарий имел некоторый мистический оттенок, старался возбудить дух христианский и благодатный в инородцах, хотя он не отрицал, а даже признавал пользу местных языков. Но в том и в другом, в Иннокентии и Макарии, обитала таинственная и благодатная сила и действенность, и они прочно насадили христианскую веру среди полудиких племен Алтая и отдаленнейших окраин Сибири»[29].

Просветитель Алтая стремился создать такие условия жизни для новокрещеного, которые способствовали бы возрастанию его в вере.

Тактику действий владыки по просвещению инородцев можно проследить уже по первым случаям обращения в христианство. Вначале ему было необходимо познакомиться с теми, кого он собирался просвещать, узнать их среду и условия, в которых они жили. «Восемь месяцев провел он в разъездах по Бийскому округу, благодаря чему получил представление о характере инородцев, об уровне их умственного и нравственного развития, о их духовных потребностях, религиозных верованиях, быте, языке, а также о расположении их кочевий и стойбищ»[30]. Далее, владыка Макарий, живя на съемной квартире, проповедует при любых обстоятельствах, что приносит свои незначительные, но результаты. В скором времени миссионер организовывает богослужебную жизнь, служит Божественную Литургию. Параллельно он пытается переводить основы веры на местный язык с помощью толмачей. Вместе с этим,  количество крещаемых постоянно растет.

Но наиболее важной составляющей Алтайской миссии была духовность ее основателя.

          

  Укоренение новой веры

Для укоренения христианской веры в миссионерской деятельности архимандрита Макария было предпринято развитие внешней культуры, которая, как полагал миссионер, тесно связана с культурой внутренней и потому «внешнее культивирование инородцев поставлял в ряду самых обязательных миссионерских средств»[31]. В связи с этим, и в школьном обучении владыка видел надежную поддержку миссионерству, которое он и начал с первого года миссии. Сначала он обучал детей хозяина квартиры, на которой проживал, затем организовал общую небольшую школу, позже была устроена школа в Улале, а в Майме женская школа. Через детей он пытался действовать и на взрослых, которым они должны были передавать то, что видели и слышали в классе. Через школу миссионер сеял в обращаемых семена духовного просвещения, построив обучение так, что оно теснейшим образом было связано с жизнью. Владыка стремился к тому, чтобы «школа стала душой и детей и взрослых»[32].

Кроме того, особым пунктом в укоренении веры архимандритом Макарием является строительство храмов и учреждение станов. В силу недолгого пребывания в Алтайской миссии, просветитель успел основать не так уж много храмов и станов, однако тем самым была заложена основа для дальнейшего развития духовной миссии, просвещения алтайского народа. Последователи владыки, возглавлявшие миссию, основали значительное число храмов и монастырей.

         

  Результаты миссии

В декабре 1842 года, вследствие многочисленных болезней владыка Макарий написал прошение об увольнении из миссии и в 1843 году был освобожден от должности начальника миссии и назначен настоятелем Болховского Троицкого Оптина монастыря Орловской епархии, где скончался 18 мая 1847 года со словами: «Свет Христов просвещает всех!»

Важной стороной миссионерской деятельности архимандрит Макарий считал заботу о здоровье крещеных и некрещеных инородцев.

После отбытия миссионера до революции Алтайскую духовную миссию возглавляли еще несколько человек: 1844-1865 – протоиерей Стефан Ландышев, 1865-1883 – епископ Владимир (Петров), 1884-1917 – епископ Макарий (Невский). Со временем все больше увеличивался штат миссии, а, следовательно, и количество крещаемых. Так, за 21 год, пока миссией управлял протоиерей Стефан, Крещение приняли около 3150 человек, были открыты 2 новых миссионерских стана, в 6 алтайских поселениях были устроены церкви и молитвенные дома, в Мыютинском, Макарьевском, Черноануйском, Кузедеевском, Урсульском, Чемальском и Кебезенском станах Алтайской духовной миссии открыты миссионерские школы. Также стали открываться миссионерские монастыри.

За время управления миссией епископом Владимиром в христианство из язычества, ислама и старообрядчества было обращено 6679 человек, построено 28 церквей и молитвенных домов, основано 19 новокрещенских селений, устроено 30 новых зданий для миссии.

Руководство миссии особое внимание уделяли образовательной деятельности, открывалось много новых школ (к 1917 году их было 84), велась активная переводческая деятельность.

Семена, которые владыка Макарий насадил на миссионерской ниве Алтайской земли, дали обильный урожай. Это говорит о том, что были заложены правильные основы в миссионерской работе.

В 1884 году руководителем Алтайской миссии стал архимандрит Макарий, будущий митрополит московский. Здесь он трудился 36 лет, пройдя «все ступени миссионерского служения от катехизатора и учителя миссионерской школы до начальника миссии»[33].

К 1917 году Алтайская миссия имела 434 поселения и 46729 крещенных алтайцев и шорцев. В ее составе имелись три миссионерских монастыря, две миссионерские иноческие общины. Было открыто 84 школы, в которых обучались 3297 человек[34].

Таким образом, семена, которые владыка Макарий насадил на миссионерской ниве Алтайской земли, дали обильный урожай. Это говорит о том, что были заложены правильные основы в миссионерской работе.


Иерей Даниил Сироткин

Ключевые слова: Алтайская духовная миссия, митрополит Макарий (Глухарев), просветитель Алтая, иноверцы, миссионерская деятельность.



[1]Ефимов А.Б. Очерки по истории миссионерства Русской Православной Церкви. М., 2007. — С. 154.

[2]Харлампович К. В. Архимандрит Макарии Глухарев: По поводу 75-летия Алтайской миссии. СПб., 1905. —С. 7.

[3]Ефимов А.Б. Очерки по истории миссионерства Русской Православной Церкви. М. ПСТГУ, 2007. — С. 157.

[4]Харлампович К. В. Архимандрит Макарии Глухарев: По поводу 75-летия Алтайской миссии. СПб., 1905. —С. 72.

[5] Цит. по: Расова Н.В. Миссионерская деятельность Русской Православной Церкви на Алтае в XIX - начале ХХ вв.: диссертация ... кандидата исторических наук: 07.00.02. - Горно-Алтайск, 2002. —С. 114-115.

[6]Письма Н.И. Ильминского к обер-прокурору Св. Синода К.П. Победоносцеву. Казань, 1895. —С. 223-224.

[7]Крейдун Г., свящ. Алтайская духовная миссия в 1830-1919 годы: структура и деятельность. М., 2008. — С. 32.

[8] См. Златкин И.Я. История Джунгарского ханства. М., 1964. — С. 364.

[9]Модоров Н.С. История и культура Горного Алтая. Горно-Алтайск, 1991. —С. 43-44.

[10]Крейдун Г., свящ. Алтайская духовная миссия в 1830-1919 годы: структура и деятельность.  М., 2008.— С. 35. Прот. В. Вербицкий приводит несколько меньшие цифры: «не более 300 душ было крещено лет за 70 до прибытия о. Макария приходскими священниками». Вербицкий В. И., прот. Очерк деятельности Алтайской духовной миссии по случаю ее юбилея (1830-1880 гг.) // Памятная книжка Томской губернии 1885 года. Томск, 1885. —С. 177.

[11]Пивоваров Б., прот. Алтайская Духовная Миссия // Православная энциклопедия. М., 2001. Т. 2. —С. 43-49.

[12]Вербицкий ВИ., прот. Очерк деятельности Алтайской духовной миссии по случаю ее юбилея (1830-1880 гг.) // Памятная книжка Томской губернии 1885 года. Томск, 1885.  — С. 142-143.

[13]Крейдун Г., свящ. Алтайская духовная миссия в 1830-1919 годы: структура и деятельность. – М., 2008. —С. 36.

[14]Харлампович К. В. Архимандрит Макарии Глухарев: По поводу 75-летия Алтайской миссии. СПб., 1905. —С. 31.

[15]Вербицкий В. И., прот. Очерк деятельности Алтайской духовной миссии по случаю ее юбилея (1830-1880 гг.) // Памятная книжка Томской губернии 1885 года. Томск, 1885. —С. 183.

[16] Записки архим. Макария за июль 1831 года. Цит. по: Харлампович К. В. Архимандрит Макарии Глухарев: По поводу 75-летия Алтайской миссии. СПб., 1905. —С. 33.

[17]Расова Н.В. Миссионерская деятельность Русской Православной Церкви на Алтае в XIX - начале ХХ вв.: диссертация ... кандидата исторических наук: 07.00.02. - Горно-Алтайск, 2002. —С. 115.

[18]Вербицкий В. И., прот. Очерк деятельности Алтайской духовной миссии по случаю ее юбилея (1830-1880 гг.) // Памятная книжка Томской губернии 1885 года. Томск, 1885. —С. 195.

[19] Вербицкий В. И., прот. Очерк деятельности Алтайской духовной миссии по случаю ее юбилея (1830-1880 гг.) // Памятная книжка Томской губернии 1885 года. Томск, 1885. —С. 188.

[20]Харлампович К. В. Архимандрит Макарии Глухарев: По поводу 75-летия Алтайской миссии. СПб., 1905. —С. 32.


[21]Вербицкий В. И., прот. Очерк деятельности Алтайской духовной миссии по случаю ее юбилея (1830-1880 гг.) // Памятная книжка Томской губернии 1885 года. Томск, 1885. —С. 191.

[22]Нестеров С.В. «Словом и житием наставляя…»: Жизнь и труды прп. Макария Алтайского. М, 2005. —С. 86.

[23]Там же. С. 88.

[24]Вербицкий В. И., прот. Очерк деятельности Алтайской духовной миссии по случаю ее юбилея (1830-1880 гг.) // Памятная книжка Томской губернии 1885 года. Томск, 1885. —С. 182.

[25]Нестеров С.В. «Словом и житием наставляя…»: Жизнь и труды прп. Макария Алтайского. – М, 2005. —С. 85.

[26]Лавров А., свящ. Архимандрит Макарий, начальник Алтайской церковной миссии. // «Странник». СПб., 1860. Том III. —С. 57-67.

[27]Нестеров С.В. «Словом и житием наставляя…»: Жизнь и труды прп. Макария Алтайского. М, 2005. — С. 92.

[28] Речь в день юбилейного празднования по случаю исполнившегося пятидесятилетия со дня кончины основателя Алтайской миссии, архимандрита Макария, 18 мая 1897 года. Преосвященного Макария, епископа Томского и Барнаульского // Томские Епархиальные Ведомасти. 1897. № 12. Отд. Неофициальный. С. 1-9. Цит. по: Нестеров С.В. «Словом и житием наставляя…»: Жизнь и труды прп. Макария Алтайского. – М, 2005. — С. 79.

[29] Письма Н.И. Ильминскаго к К.П. Победоносцеву (Казань, 1895). С. 185. Цит. по Харлампович К. В. Архимандрит Макарии Глухарев: По поводу 75-летия Алтайской миссии. СПб., 1905. — С. 41.

[30]Нестеров С.В. «Словом и житием наставляя…»: Жизнь и труды прп. Макария Алтайского. М, 2005. — С. 79.

[31]Нестеров С.В. «Словом и житием наставляя…»: Жизнь и труды прп. Макария Алтайского. М, 2005. — С. 89.

[32]Там же. С. 90.

[33]Пивоваров Б., прот. Алтайская Духовная Миссия // Православная энциклопедия. Т. 2. М., 2001. — С. 43-49.

[34]Путинцев М., прот. Алтай. М., 1891. — С. 48.


Новости по теме

МИССИОНЕРСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ СВЯТОГО ГРИГОРИЯ, ПРОСВЕТИТЕЛЯ АРМЕНИИ (IV в.) Иерей Даниил Сироткин Святой Григорий, епископ Великой Армении, жил в непростое для своей страны время. Будучи христианином, он сначала был гоним, а потом, чудом оставшись в живых, стал священнослужителем и просветителем своего народа, выведя его на путь истинной веры во Христа.
«Начало радости – быть довольным своим положением» Сретенская семинария Цитаты и наставления святых отцов

В жизни всякого человека бывает период охлаждения и уныния, когда вера остывает, руки опускаются, и сил, кажется, нет. Как ни парадоксально, но часто всего лишь одна-другая фразы из творений святых отцов Православной Церкви способны помочь в такой момент душе встрепенуться, загореться, настроиться, собраться, чтобы вновь взять свой крест и идти за Христом. Мы предлагаем вашему вниманию цитаты, которые украшают кабинеты и коридоры Сретенской духовной семинарии: они назидают, прежде всего, учащихся, будущих пастырей, но, безусловно, будут полезны христианину любого возраста и образования.
МИССИОНЕРСКОЕ СЛУЖЕНИЕ. ЧАСТЬ 1 Сретенская семинария Первые три дня Страстной седмицы воспитанники Сретенской духовной семинарии по благословению Святейшего Патриарха несли особое послушание – на самых многолюдных станциях метро они раздавали москвичам красочно иллюстрированное Евангелие от Марка. После окончания акции студенты написали о своих впечатлениях от всего того, что они увидели и испытали. Думается, многим читателям будет небезынтересно прочесть эти студенческие работы.