Жизнеописание и творчество прп. Максима Исповедника

Московская Сретенская Духовная Семинария

Жизнеописание и творчество прп. Максима Исповедника

Андрей Сенин 474



Преподобный Максим Исповедник был одним из выразителей святоотеческой традиции в спорах с монофизитами и монофелитами, а также в дискуссиях, связанных со многими другими вопросами, волновавшими верующих в VII веке. Однако, на данный момент не существует четкой типологии трудов прп. Максима, равно как и нет ясной систематизации его идей, мыслей и убеждений. Причиной тому явилось то, что в основном все труды святого представляют собой послания к разным людям, а потому одна и та же идея могла быть сформулирована несколько раз по-разному. Кроме того, часть приписываемых преподобному сочинений написана, возможно, позднее его учениками или же вовсе ему не принадлежит. Тем не менее, поучения святого Максима играют чрезвычайно важную роль в формировании основ христианской антропологии.

Содержание:

  • Жизнеописание прп. Максима Исповедника
  • Творчество прп. Максима Исповедника
  • Жизнеописание прп. Максима Исповедника

    Будущий святой родился в 580 году в аристократической константинопольской семье и получил прекрасное образование.[1] Родители Максима отличались добродетелью и благочестием и, как повествует греческое Житие, воспитывали чадо в строгости, не позволяя проводить время праздно. В соответствующие годы Максим получил прекрасное для своей эпохи образование, преуспев в риторике, ораторском искусстве, а философию — его любимый предмет — постиг более совершенно, чем другие.

    Если говорить о происхождении прп. Максима, то стоит отметить, что существует версия, согласно которой святой родился не в византийской столице, а в Палестине, однако ее критики аргументируют свое мнение высоким уровнем образования святого, более уместным для Константинополя, чем для Палестины. Тем не менее, не стоит сводить его учёность к тому, что он не мог получить такое образование нигде кроме Константинополя, или к строго определённому периоду, тем интереснее наблюдение, что в исследованиях недавнего времени говорится о частой переписке преподобного с респондентами не из Константинополя, а из Александрии.

    Император Ираклий нашёл в лице Максима талантливого и благоразумного помощника, поручив ему должность первого секретаря царской канцелярии

    Преподобный действительно удивлял окружающих своей ученостью, тем, что усвоил методы логики и диалектики, отвергнув ложные выводы и положения софистики. Император Ираклий нашёл в лице Максима талантливого и благоразумного помощника, поручив ему должность первого секретаря царской канцелярии. Однако высокому положению и влиянию при дворе Максим предпочёл любомудрие. А.И. Сидоров писал, что в те годы «новшество ереси монофелитов начало осквернять Церковь. И прп. Максим, считая эту ересь опасной для своей души, оставил всё и поступил в Хрисопольский монастырь»[2] (монофелитство — ересь; заменила собой моноэнергизм; монофелиты исходили из представления о том, что две воли во Христе должны быть противоположно направлены; что человеческая воля — седалище греха, которому не подвержен Спаситель[3]; из их учения следовало, «что воля есть атрибут не природы, а Лица, тогда как, согласно учению о Пресвятой Троице, воля в Боге является атрибутом не Божественных Лиц, но общей Им природы»[4]. — Прим. ред.).

    Помимо греческого «Жития», другие источники также повествуют о том, что в 613-614 годах преподобный становится насельником Хрисопольского монастыря (территория современной Греции), а в 624-625 переходит в Кизику, в монастырь св. Георгия, но покидает её, поскольку на эти места наступают персы и авары.

    При этом сирийский вариант жизнеописания святого ничего не повествует о нём в период 600–630 гг., важный нападением персов, захвативших восточные провинции Римской империи, а также Иерусалим в 614 г. Этот период для империи является настолько кризисным, что после захвата персами в 611 г. Антиохии, в 613 — Дамаска, а в 619 — Египта (что лишило Константинополь поставок хлеба, из-за чего была отменена раздача хлеба беднейшим слоям населения, повлекшая голод и эпидемии), Ираклий при безнадёжности положения даже намеревался перенести столицу в Карфаген, однако бедствие заставило сплотиться всех, Церковь оказала помощь, передав свои сокровища для укомплектования армии наёмниками из Закавказья, что стало одним из основных факторов победы над персами[5].

    В 632 г. прп. Максим сам свидетельствует о своём пребывании в Карфагене по причине спасения от нашествия варваров, и возможно, что на Запад он мог прийти тем же путём, что и свт. Софроний Иерусалимский, который под угрозой персидского нашествия в правление императора Фоки (602–610) удаляется из Палестины в Антиохию, а затем в Александрию, где пребывает первое десятилетие правления императора Ираклия (610–641) до отъезда в Северную Африку.

    Неизвестность о данном этапе жизни прп. Максима совпадает с грандиозным возрождением страны и ее победой над Персидской империей, но Максим не выражает восторга по этому поводу, что в некоторой степени становится объяснимым, если вспомнить о его эмиграции и статусе беженца, а также о принципе общественной греховности и Божием воздаянии, посредством которого современники Максима объясняли неудачи империи.

    На протяжении 626–634 гг. прп. Максим разрабатывает учение об обожении настолько глубоко, как никто этого до него не делал

    В 628 или 629 году было отправлено письмо императорскому чиновнику Константину сакелларию, в котором Максим «…поблагодарил его за сообщение “вести мира на земле” (конец Персидской войны), но предупредил, чтобы “Божий дар мира не повлёк привязанности к мiру”, поэтому, его совет: “Вместо этого оно должно ускорить возобновление войны против страстей, послаблений, на которые в первую очередь разжигался гнев Божий”»[6].

    Примерно в это же время на вопрос одного из чиновников, Иоанна Кубикулария, почему для Бога является справедливым, что один человек управляет другим, Максим ответил: «Бог установил различие начальствующих и подчинённых, чтобы содержать в порядке покорных закону природы и наказывать тех, кто их игнорирует. Император, который поддерживает своё правление в соответствии с божественными установлениями, …наместник Божий на земле. Но… император, который игнорирует эти установления и отвергнет добрых людей, лишится всех советников, поставит на должности нечестивых»[7], — такой послужит причиной гибели и для поставленных руководить, и для подчинённых.

    Возможно предположить, что в 626 г. прп. Максим прибывает на Крит, участвуя в богословских диспутах с некоторыми монофизитскими епископами (монофизитство — христологическая ересь, исповедующая наличие у Христа только одной природы (естества) — Божественной, якобы полностью поглотившей человеческую природу, в отличие от православного вероучения о двух природах Иисуса Христа — Божественной и человеческой, которые присутствовали в Нем неслитно и нераздельно[8]. — Прим. ред.).

    Затем преподобный направляется на Кипр, а в 632 г. посещает Карфаген, где в это самое время находится и свт. Софроний Иерусалимский. Северная Африка стала убежищем от персидских (а позже и арабских) захватчиков и набиравшей силу ереси монофелитов для монахов строгих убеждений, учеников блж. Иоанна Мосха, основавших свой монастырь, возглавленный св. Софронием, под духовным окормлением которого прп. Максим понёс свои дальнейшие труды.

    На протяжении 626–634 гг. прп. Максим разрабатывает учение об обожении настолько глубоко, как никто этого до него не делал. Его творения — глубокие и сложные трактаты о Божественной литургии и трудных местах Священного Писания и свв. Дионисия Ареопагита и Григория Богослова, в которых преподобный описывает человека как творение, призванное привести всю вселенную к совершенству во Христе.

    Тем временем персидские походы императора Ираклия, возвратившие империи палестинские области — Сирию, Палестину и Египет, снова поставили вопрос об отношении правительства к монофизитам, и Ираклий ещё во время походов вступил в переговоры с монофизитскими епископами восточных провинций, чтобы путём известных догматических уступок сделать возможным церковное примирение[9].

    Император стремился восстановить христианское единство с монофизитами и с тем намерением, чтобы последние не приняли сторону персов или арабов. Население присоединенного Египта придерживалось по преимуществу монофизитского исповедания: ориентировочно на 300 тыс. православных приходилось порядка 5–6 млн. монофизитов[10]. И вот, в 633 г. в Египте патриархом Александрийским Киром была подписана уния с монофизитами, провозглашавшая о пассивности и нейтральности человеческой природы Христа, так как её собственное естество было поглощено энергией Бога Слова. 

    Последствия церковных раздоров сказывались на положении империи самым губительным образом

    Жителями Александрии и части империи этот акт воспринимался как победа над монофизитством, однако свт. Софроний подал голос в защиту двух природ Христа и отправился из Иерусалима в Александрию к патриарху Киру, тот направил его к патриарху Сергию в Константинополь, где после долгих и безрезультатных дискуссий Софронию были запрещены дальнейшие дебаты. По возвращении в Палестину Софроний был избран патриархом Иерусалимским и непосредственно после интронизации издал окружное послание, где указал, что каждая природа Христа имеет собственное действие, поэтому во Христе одно Лицо, но две природы и, соответственно, два действия.       

    После смерти свт. Софрония император Ираклий в 638 г. издает Экфесис (с греч. «Изложение веры»; в основе документа лежало послание патриарха Сергия, где говорилось, что «совершенно нечестиво признавать во Христе двух, противоположно волящих». — Прим. ред.). И тогда прп. Максим оставляет уединение и начинает отстаивать истину публично как один из самых авторитетных богословов своего времени. В своей корреспонденции единомышленникам и оппонентам преподобный, вслед за почившим свт. Софронием, показывает, что Христос воспринял человеческую природу во всей её целостности, без малейшего подавления её свободы, Своими послушанием и покорностью воле Отца и претерпеванием страданий открыв людям путь ко спасению.

    Последствия церковных раздоров сказывались на положении империи самым губительным образом: при вторжении арабов в Сирию правительство не имело ресурсов для принятия мер к отражению их захвата, попытка привлечь на свою сторону монофизитов мало того, что не увенчалась успехом, но ещё и подорвала доверие партии православных; потеря доверия и поддержки части подданных являлась тем более болезненной, что империя к концу правления Ираклия не имела ни хорошего войска, ни средств[11].

    После смерти патриарха Константинопольского Сергия в 638 г. эту должность занял Пирр, продолживший поддерживать доктрину моноэнергизма, однако, при смене власти в 641 г., он впал в немилость и бежал в Африку. На состоявшемся в Карфагене в 645 г. диспуте с Максимом патриарх Пирр признал свою неправоту, однако в этом же году, будучи в Риме, отрёкся от принесённого покаяния, за что был осуждён папой Феодором.

    Император Констант II в 648 г. издал Типос, запрещавший споры о двух природах (монофизитство) и о двух волях (монофилитство). Однако в 649 г. по инициативе папы Мартина был созван Латеранский собор, осудивший монофелитство и отменивший императорский эдикт. Разгневанный таким положением дел Констант II в 653 г. арестовал папу Мартина и сослал в Херсонес, где он преставился в 655 г.

    Незадолго до ареста папы Мартина был арестован и прп. Максим со своими учениками: Анастасием монахом и Анастасием апокрисиарием. После нескольких месяцев заключения прп. Максиму были предъявлены обвинения в выступлении против императорской власти и пособничестве арабам, а также в том, что он вносит своим учением раскол в Церкви: таким образом власти пытались представить процесс как политическое дело. На возводимую клевету Максим отвечал тем, что скорее готов порвать общение со всеми патриархами и даже умереть, чем пойти на сделку с собственной совестью и предать веру. По окончании допроса Максим был сослан в Визию, а два его ученика — в Перверис и Месемврис.

    Прп. Максим не излагает свои мысли в систематизированной форме ни по одной из тем, каждое сочинение или письмо является ответом на конкретный вопрос отдельному лицу и сосредоточенно на определённой теме

    Во время этого судебного процесса прп. Максим узнал, что новый папа Евгений I готов принять компромиссную формулировку, предполагающую наличие третьей воли во Христе, и догматическим письмом взбунтовал народ, который принудил папу к интронизации без императорской санкции. Император, поняв, что не сможет влиять на христиан, пока не победит прп. Максима, отправил к нему еп. Феодосия с двумя опытными придворными, однако Максим без труда опроверг все их аргументы. 

    После этого преподобного перевели на шесть лет в Перверис, где в 662 г. вновь заставили держать ответ перед патриархом Константинополя и синодом и где на вопрос о принадлежности к какой из церквей — Константинопольской, Римской, Александрийской, Антиохийской или Иерусалимской — он принадлежит, святой ответил, что Церковь — это истинное и спасительное исповедание веры в Бога.

    После этого церковный суд предал Максима со спутниками префекту города, который определил им мерой наказания отсечение языка и правой руки, и их, окровавленных, провели по улицам города, а затем заточили в разных крепостях на Кавказе. Преставился святой 13 августа 662 г. в возрасте 82 лет в крепости Схемарис[12].

     

    Творчество прп. Максима Исповедника

    Современные учёные отмечают, что сочинения преподобного носят различный характер (экзегетический, аскетический, философский, литургический, догматический и т.д.), однако прп. Максим не излагает свои мысли в систематизированной форме ни по одной из тем, каждое сочинение или письмо является ответом на конкретный вопрос отдельному лицу и сосредоточенно на определённой теме; при всём этом тематическом многообразии наследия преподобного самые недавние исследования направлены на выделение базовых структур мысли св. Максима, в особенности ориентации и влияния на его богословие положений Халкидонского учения о вочеловечении Спасителя.

    Опираясь на труды представителей Александрийской и Каппадокийской школ, от неохалкидонизма до Леонтия, и являясь последователем Евагрия, псевдо-Макария и Диадоха, а также формулируя космологию, святой Максим пребывает в непрерывной духовной традиции, и более значима даже не его систематизация важнейших направлений богословия, а вклад в мысль о Халкидонском Востоке.

    «Максим обогащает традицию за счёт независимого, даже критического обращения к концепциям, понятиям, заимствованным у Аристотеля и неоплатоников, причём его собственная разработка традиции, несмотря на формулировку в процессе консервативной риторики, делает важнейшие интеллектуальные достижения… в отношении воли Христа и человеческой»[13], — отмечают Калделис и Синиссоглу, а также подчёркивают, что предложенная им система являлась динамичной, а не статичной, будучи обогащаемой и развиваемой в общении с поддерживающими его взгляды и в полемике с противниками.

    Главная проблема для осмысления богословско-философского наследия преподобного заключается в отсутствии сведений о его карьере в ранний период, т.е., как уже говорилось, поздняя греческая агиографическая традиция описывает его происхождение из Константинополя, а сирийская рукопись, авторства Георгия Решайнского, носит дискредитирующий характер и содержит версию о рождении святого в Голане и о молодости, проведённой в палестинских монастырях. Однако к сирийскому варианту часть исследователей, с поправкой на употребление его в полемических целях, относятся как к менее правдоподобному.

    Главная проблема для осмысления богословско-философского наследия преподобного заключается в отсутствии сведений о его карьере в ранний период

    Если же вернуться к учению святого, то следует отметить, что своим пониманием христологической терминологии прп. Максим во многом обязан неохалкидонизму Леонтия Иерусалимского и Леонтия Византийского, кроме того, он дополняет наследие Иоанна Скифопольского, однако пересматривает свой заметный интерес к псевдо-Дионисию.

    Многие из самых ранних творений св. Максима представляют выборочную критику оригенизма, опровергающую более противоречивые космологические и протологические его доктрины, но, тем не менее, спасающую богатое экзегетическое и духовное его понимание. Халкидонские монашествующие участвовали в полемике в отношении положений оригенизма, поэтому большое значение имеет анализ мысли самого раннего периода прп. Максима на предмет корреляции с оригенистическим и евагрианским пониманием аскетики, для противников же преподобного его интерес к наследию Оригена и Евагрия стал лишним поводом к обвинениям.

    Современные исследователи считают, что прп. Максим начал писать в 45-46 лет и продолжал письменное творчество в течение 10 лет. В Патрологии Миня труды преподобного находятся в двух солидных томах — 90-м и 91-м. Объём, жанровые особенности и структура каждого из произведений чрезвычайно разнообразны и поддаются весьма условной классификации на богословско-экзегетические, догматико-полемические, нравственно-аскетические, антропологические темы и типы смешанного характера. Сложность чёткой классификации трудов преподобного обусловлена тем, что он часто не соблюдает границы жанра, следуя развитию богословской мысли, однако есть возможность все его произведения классифицировать как подлинные, сомнительные и неподлинные.

    К подлинным творениям св. Максима относятся Амбигвы, или О различных трудностях у Григория и Дионисия и Вопросоответы к Фалласию. Первое сочинение состоит из Амбигв к Иоанну, Амбигв к Фоме, а также Второго послания к Фоме. Рукописная традиция этих произведений ещё требует изучения, Амбигвы к Иоанну существуют также на латинском языке в переводе И.С. Эриугены.

    Первое сочинение на самом деле есть объединение двух самостоятельных произведений, написанных в разное время: одним являются Амбигвы к Иоанну, оно намного обширнее и написано раньше, чем второе — Амбигвы к Фоме. Как бы третью серию Амбигв составляет Второе послание к Фоме, опубликованное сравнительно недавно П. Канаром, но их рукописная традиция еще требует изучения.

    В сочинении Вопросоответы к Фалласию преподобный в традиции александрийской школы иллюстрирует свои богатые познания как богослов-экзегет. В таком же стиле выдержан и его труд Толкование на 59 псалом и Толкование на молитву Господню. Здесь типология прп. Максима является христологической в силу толкования образа царя Давида как предызображающего Христа — Давида духовного.

    Преподобный пользовался экзегетическим методом александрийцев (иногда называемым аллегорическим), который состоит в выделении двух основных смыслов Священного Писания — буквального и духовного, где прп. Максим акцентирует внимание на втором, признавая значимость первого и устанавливая их соотношение между собой.

    Такой метод преподобный использовал в отношении и Ветхого, и Нового Заветов. Являясь продолжателем многовековой традиции, идущей со времён Оригена и Тертуллиана, Максим в Толковании на молитву Господню объясняет её только богословски или только экзегетически, а понимает её как мистагогию (введение в таинства), потому что, по мысли святого, она заключает в себе семь таинств, составляющих суть духовного мира. В отношении композиции, строгости стиля, чёткости и глубины мысли это одно из лучших произведений преподобного.

    Сложность чёткой классификации трудов преподобного обусловлена тем, что он часто не соблюдает границы жанра, следуя развитию богословской мысли

    Такой же высокой оценки заслуживает и его труд Мистагогия, объясняющий содержание Божественной Литургии и представляющий собой богословско-аскетическое, а частично и экклесиологическое сочинение, подчёркивающее рельефность и чёткость многих аспектов богословия святого.

    Небольшой экзегетический этюд К Феопемпту Схоластику органично дополняет Толкование на молитву Господню и Мистагогию, где преподобный описывает скрытый под покровом буквы духовный смысл трёх евангельских мест.

    Так называемые Главы составляют особую группу среди творений преподобного. Появлению этого жанра способствовало два фактора: первый — это сборники высказываний первых отцов-пустынников, сначала передававшиеся устно, а затем закреплённые письменно, а второй — получившие популярность в философской прозе поздней античности философские сентенции.

    В христианской письменности первым жанр «Глав» использовал Евагрий Понтийский, которого следует считать его основателем, впоследствии в этом жанре писали прп. Марк Подвижник, блж. Диадох Фотикийский, св. Исихий Синаит, прп. Фалласий, прп. Иоанн Дамаскин, прп. Симеон Новый Богослов, прп. Григорий Палама и др. Впоследствии этот жанр из грекоязычной христианской традиции был усвоен сироязычной, преимущественно несторианской письменной традицией.

    Также в этом жанре написаны следующие четыре произведения прп. Максима. Первое из них — это Главы о богословии и Домостроительстве Воплощения Сына Божия, в которых тон задаёт александрийская традиция: одна тема плавно сменяет другую, не нарушая общей композиции произведения. Второе — Различные богословские и домостроительные главы, которые представляют собой подлинную часть позднейшей компиляции трудов прп. Максима под тем же названием. Была гипотеза о принадлежности данного сочинения перу Псевдо-Марка Отшельника, однако она отпала после доказательства того, что время творчества Псевдо-Марка было намного более поздним, чем творчество прп. Максима. К такому выводу пришёл П.Шервуд, и его выводы нашли признание в современном научном сообществе. Третий труд, Различные богословские и домостроительные главы, представляет собой небольшое произведение прп. Максима: подлинность авторства доказана К. де Фогтом. Этот труд органично вписывается в богословскую систему преподобного своим стилем, мировоззренческими мотивами, диалектикой наслаждения-муки, которые свойственны бытию поражённого грехом человечества. Четвёртое сочинение преподобного, Главы о любви, после исследования А. Череза-Гастальдо, вышло в критическом издании. Оно разделено на четыре «сотницы»: символичность четырёх говорит о четырёх Евангелиях, а число сто являлось священным ещё со времён Оригена. Для данного труда свойственна тенденция прп. Максима к богословскому синтезу, опора на традицию многих поколений его предшественников, ощутимо влияние александрийской школы и Евагрия Понтийского. Главы о любви являют собой нравственно-аскетическое сочинение, оно переведено на все современные языки.

    Преподобный пользовался экзегетическим методом александрийцев (также называемым аллегорическим), который состоит в выделении двух основных смыслов Священного Писания — буквального и духовного

    Одним из лучших шедевров святоотеческой аскетической письменности считается Послание к Кубикуларию Иоанну о любви, содержащее в малом объёме ценнейший нектар цветов христианской духовности.

    Слово о подвижнической жизни, написанное раньше Глав о любви, имеет с ними одного адресата и даже может быть названо предисловием к Главам. Оно написано в форме диалога и проще по содержанию.

    Краткое изъяснение в главах спасительной Пасхи Христа Бога нашего посвящено вычислению дня Пасхи на основе библейской и языческой хронологий. Несмотря на свою несомненную важность для истории православного богослужения это произведение остаётся малоизученным.

    Схолии к Дионисиевскому корпусу, переведённые на латинский язык Анастасием Библиотекарем, снискали популярность и на Западе, однако современные учёные предполагают, что Схолии представляют собой коллективный труд многих поколений христианских писателей, однако ввиду отсутствия чёткого критерия для достоверного определения авторства эта гипотеза не находит подтверждения.

    Обращаясь к догматико-полемическим сочинениям святого, необходимо отметить, что они направлены, большей частью, на защиту диофелитства, из которых важнейшим христологическим трактатом можно назвать Диспут с Пирром. Исследователи творчества преподобного часто принимают его за собственное сочинение Максима, однако однозначно этого утверждать нельзя, поскольку оно могло быть составлено учениками святого через 10 и более лет после состоявшегося в 645 г. диспута с бывшим патриархом Пирром[14].

    В богословско-полемических сочинениях святой исследует важнейшие христологические термины, такие как природа, сущность, ипостась, лицо, воля, действие, излагая учение о двух волях и действиях во Христе в контексте сотериологического учения. В этом труде преподобный, употребляя технику философского античного мышления, успешно её использует для решения богословских проблем, продолжая традицию каппадокийцев и неохалкидонитов.

    Также существует произведение прп. Максима с условным названием Житие Пресвятой Богородицы, дошедшее до нас только в грузинском переводе, осуществлённом афонским монахом Евфимием — автором перевода на грузинский Жития прп. Максима Исповедника. В греческой традиции упоминания об этом памятнике отсутствуют, однако в результате детального анализа Жития и определения его источников, учёный М.-Ж. Ван Есбрек относит время его появления к раннему периоду творчества святого, до 626 г.

    В рукописной традиции Церкви прп. Максиму часто приписывались сочинения, ему не принадлежащие, однако если об одних в плане принадлежности другому автору можно говорить с уверенностью, то о других с полной уверенностью говорить сложно, и к таким сочинениям относятся Умозрительные Главы. С.Л. Епифанович вне всяких сомнений считает их автором св. Максима, Г.У. Бальтазар считал их одним из ранних произведений, принадлежащих к раннему периоду творчества, но И. Хаузхерр счёл их неподлинными, и его мнение нашло значительную поддержку в научном сообществе. Мнение С.Л. Епифановича и Г.У. Бальтазара выглядят более убедительными, поскольку мысли из этого произведения встречаются и в других сочинениях преподобного.

    Также и Практические Главы, по оценке С.Л. Епифановича, принадлежат не св. Максиму, а Евагрию Понтийскому, что подтверждается современными исследованиями. Псевдоэпиграф Другие главы принадлежит малоизвестному византийскому мистику XI-XII вв. Илие Экдику. Богословские главы современными учёными считаются также не принадлежащими авторству преподобного. В произведении О различных богословских и домостроительных главах только Пятнадцать глав и Десять глав о богословии принадлежат преподобному.

    К прочим неподлинным произведениям св. Максима относятся следующие: Краткое изложение веры, Определение на «Введение» Порфирия и «Категории» Аристотеля, Диалоги о святой Троице, трактат О душе и Гимны, что свидетельствует о большом авторитете, которым пользовался преподобный у древних книжников.

    Таким образом, богословие святого органично включает в себя божественное откровение и научный дискурс, веру и знание. Основой глубинного понимания божественного откровения и объяснения его трудных мест стал внутренний мистический опыт, безмерно превосходящий возможности рационального познания. Отличием аскетического учения преподобного, что нельзя сказать о произведениях других авторов, является связь с догматическим учением.

    чтец Андрей Сенин

    Ключевые слова: Максим Исповедник, труды, поучения, сочинения, толкования, житие, монофизиты, монофелиты.



    [1] Мейендорф И., прот. Введение в святоотеческое богословие. — Киев: Храм прп. Агапита Печерского, 2002. — С. 286.

    [2] Сидоров А.И. Святоотеческое наследие и церковные древности. — Т. 5: От золотого века святоотеческой письменности до окончания христологических споров. — М.: Сибирская благозвонница, 2017. — С. 527.

    [3] См. подробнее: Монофелитство // Древо: открытая православная энциклопедия // URL: https://drevo-info.ru/articles/4160.html (дата обращения: 04.10.2018 года).

    [4] Давыденков О., иер. Катехизис. — М.: Изд-во ПСТБИ, 2000. — С. 150.

    [5] Левченко М.В. История Византии. Краткий очерк. — М.: Государственно-социологическое издательство, 1940. — С. 106

    [6] Kaldellis A., Siniossoglou N. The Cambrige intellectual history of Byzantium. — Cambridge University Press, 2017. — P. 419.

    [7] Там же.

    [8] См. подробнее: Монофизитство // Древо: Открытая православная энциклопедия // URL: https://drevo-info.ru/articles/1373.html (дата обращения: 04.10.2018 года).

    [9] Васильев А.А. История Византийской империи. — Т. I. — СПб: Алетейа, 2000. — С. 161, 162.

    [10] Лебедев А.П. История Вселенских соборов. Вселенские соборы VI, VII и VIII веков. — М.: Печатня А.И. Снегирёвой, 1897. — С. 71.

    [11] Ласкин Г. Ираклий. Византийское государство в первой половине седьмого века. — Харьков: Типография губернского правления, 1889. — С. 125.

    [12] Бриллиантов А. О месте кончины и погребения св. Максима Исповедника. — СПб: Типография российской академии наук, 1918. — С. 7.

    [13] Kaldellis A., Siniossoglou N.. The Cambrige intellectual history of Byzantium. — Cambridge University Press, 2017. — P. 415, 416.

    [14] Беневич Г.И. Максим Исповедник. // Православная энциклопедия. — Т. XLIII. — М.: Церковно-научный центр «Православная энциклопедия», 2016. — С. 68.



    Новости по теме

    Христианское учение о человеке: первые века формирования Андрей Сенин В нашей действительности чрезвычайно важен голос Церкви во многих вопросах, связанных с человеком. Однако христианская антропология была сформирована не в один момент: это был путь становления понятий и убеждений.
    ЛЕКЦИЯ 2. ТЕЛО И ДУША Православные просветительские курсы Протоиерей Вадим Леонов 1-я лекция «Православная антропология в духовной жизни христианина» в рамках Православных просветительских курсов «ПРАВОСЛАВИЕ», проводимых Сретенским монастырем и Сретенской духовной семинарией, была прочитана протоиереем Вадимом Леоновым, преподавателем Сретенской духовной семинарии, кандидатом богословия.