«Дар молитвы заслуживается благими делами»: путь умного делания по святым отцам

Московская Сретенская Духовная Семинария

«Дар молитвы заслуживается благими делами»: путь умного делания по святым отцам

Иеромонах Лука (Ауле) 1912



Прп. Паисий Величковский ― делатель умной молитвы, не оставил свою паству без духовного поучения, и оно, конечно, в первую очередь, касалось Иисусовой молитвы. Опираясь на Священное Писание и творения святых отцов, старец написал о том, что касается возникновения молитвы, ее видах, о необъятном ее смысле и о том, без чего ее не бывает. Труд подвижника не остался незамеченным и нашел применение в наставлениях Оптинских старцев, которые впоследствии старались донести его до своей паствы.

Содержание:

  • Происхождение Иисусовой молитвы и ее виды
  • Умная молитва ― духовное художество
  • Подготовка к совершению молитвы

  • Происхождение Иисусовой молитвы и ее виды

    При изучении второй главы сочинения старца Паисия Величковского «Об умной или внутренней молитве», где говорится о происхождении молитвы Иисусовой, и сопоставлении рассматриваемого вопроса с наставлениями Оптинских старцев, среди найденных источников было выявлено незначительное количество материалов. В основном это письма, причем характерно то, что назидания о молитве и ее происхождении в основном адресованы к монашествующим. Изучая эти письма, замечаем, что наставления в умном делании встречаются редко. Нужно сказать, что уже тогда это спасительное занятие, которое по словам преподобного Серафима Саровского, более всего дает благодать Духа Святого, на Руси было совсем незначительным.

    Итак, в начале главы о происхождении молитвы Иисусовой прп. Паисий, основываясь на писаниях святых и Богоносных отцов говорит: «Есть две умные молитвы: одна новоначальных, принадлежащая деянию, а другая совершенных, принадлежащая видению; та ― начало, а эта ― конец, потому что деяние есть восхождение видения. Должно же знать, что по святому Григорию Синаиту, первых видений ― восемь, которые пересчитывая, он говорит так: “Говорим, что имеются восемь первых видений. Первое ― видение Бога безвидного, безначального и несозданного, причину всего, единой Троицы и пресущественного Божества. Второе ― чина и устроения умных сил. Третье ― устроения чувственных тварей. Четвертое ― смотрительного снисхождения Слова. Пятое ― всеобщего Воскресения. Шестое ― второго и страшного пришествия Христова. Седьмое ― вечного мучения. Осьмое ― Царствия Небесного, не имеющего конца”»[1]. Далее преподобный Паисий говорит, что пока еще ум управляется человеческим самовластием и произволением, с достоверностью называется деянием. «Когда же кто Божиею помощью и подвигом, а более всего глубочайшим смирением, очистит душу свою и сердце от всякой скверны страстей душевных и телесных, тогда благодать Божия, общая всех мать, взяв ум, ею очищенный, как малое дитя за руку, возводит, как по ступеням, в вышесказанные духовные видения, открывая ему, по мере его очищения, неизреченные и непостижимые для ума Божественные тайны»[2].

    Молитву творить обыкновенно ― это деяние, каковую бы (молитву) кто не творил, а видение или восхищение ума ― то дар Божий от благости Божией к нам...

    Приведем теперь то, что сказано по этому поводу в трудах и письмах Оптинских старцев, и в частности у преподобного Варсонофия Оптинского в одном из его писем к монахине, а также у преподобных Льва и Амвросия Оптинских.

    1.                  «Первый от Господа дар в молитве ― внимание, т. е. когда ум может держаться в словах молитвы, не развлекаясь помыслами. Но при такой внимательной, неразвлекаемой молитве сердце еще молчит. В этом-то и дело, что у нас чувства и мысли разъединены, нет согласия в них. Таким образом, первая молитва, первый дар есть ― молитва неразвлекаемая. Вторая молитва, второй дар ― это внутренняя молитва, т. е. когда мысли и чувства в согласии направлены к Богу. До сих пор всякая схватка со страстию оканчивалась победой страсти над человеком, а с этих пор, когда молятся ум и сердце вместе, т. е. чувства и мысли в Боге, страсти уже побеждены. Побеждены, но не уничтожены, они могут ожить при нерадении, здесь страсти подобны покойникам, лежащим в гробах, и молитвенник, чуть только страсть зашевелится, бьет и побеждает. Третий дар есть ― молитва духовная. Про эту молитву я ничего не могу сказать. Здесь в человеке нет уже ничего земного. Правда, человек еще живет на земле, по земле ходит, сидит, пьет, ест, а умом, мыслями он весь в Боге, на небесах. Некоторым даже открывались служения ангельских чинов. Это молитва ― молитва видения. Достигшие этой молитвы видят духовные предметы, например, состояние души человека так, как мы видим чувственные предметы, как будто на картине. Они смотрят уже очами духа, у них смотрит уже дух»[3]. В этом письме старец Варсонофий говорит о различных видах молитв, которых, как мы видим, также два вида: деятельная молитва и созерцательная.

    2.                  Второе письмо, в котором мы тоже наблюдаем слова о двух видах молитвы, было написано прп. старцем Львом Оптинским: «Молитву Иисусову проходи, как творишь, и приидет время, тогда самое дело и милосердие Божие просветит и вразумит вашу душу, как и кого вопросить, и послется, что ищешь и желаешь. Писано в тропаре священномученикам отцам, что “деяние обрел еси, богодухновение, в видения восход”. Молитву творить обыкновенно ― это деяние, каковую бы (молитву) кто не творил, а видение или восхищение ума ― то дар Божий от благости Божией к нам...”»[4].

    3.                  И еще одно письмо ― преподобного Амвросия Оптинского: «Пишешь, что проходишь молитву Иисусову устную и умную, а о сердечной не имеешь и понятия. Сердечная молитва требует наставника. Впрочем, кто сначала проходит правильно устную молитву, заключая ум в слова молитвы: “Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного или грешную”, а потом будет проходить правильно и умную молитву, со смирением держа внимание ума в персях: то по времени и без наставника у некоторых умная молитва сама переходит в сердечную. Впрочем, у кого не переходит, должны довольствоваться устною и умною. Несколько лет назад приезжала в Оптину одна молитвенница, которая занималась молитвой Иисусовой более 30 лет. Она говорила о себе: я не знаю, где у меня сердце, но бывает, когда творю молитву Иисусову, нахожусь в таком состоянии, что все кости моя рекут: Господи, кто подобен Тебе. Впрочем, можешь прочесть пространно писанное о сердечной молитве Иисусовой во 2-ой части “Добротолюбия” у Каллиста Игнатия, и затем 43-ю главу о прилоге и изменении, также в 4-й части “Добротолюбия” кратко сказано о молитве Иисусовой Каллиста, Патриарха Константинопольского. Что-нибудь поймешь, когда будешь самым делом дополнять, особенно когда позаботишься о приобретении смирения, без которого не только молитва, но и другие делания тщетны»[5]. Как мы видим из письма преподобного Амвросия, было сделано последовательно то же самое назидание, т. е. молитва при правильном прохождении и должном предуготовлении может сама переходить в сердечную. Еще, преподобный Амвросий в письме указывает на вторую часть “Добротолюбия”, где у Каллиста и Игнатия говорится о молитве Иисусовой, а “Добротолюбие” было переведено с греческого языка преподобным Паисием.

    Продолжим рассмотрение второй главы. Итак, в слове о происхождении молитвы Иисусовой преподобный Паисий пишет: «Пусть будет известно, что по неложному свидетельству Богомудрого, преподобного и Богоносного отца нашего Нила, постника Синайского, еще в раю Самим Богом дана первозданному человеку умная Божественная молитва, приличествующая совершенным. Святой Нил, научая молившихся усердно ― мужественно хранить молитвенный плод, чтобы труд их не был напрасен, говорит так: “Помолившись как должно, ожидай того, чего не должно, и стань мужественно, храня плод свой. Ведь на это определен ты сначала: делать и хранить. Поэтому, сделав, не оставь труд нестрегомым: в противном случае ты не получишь никакой пользы от молитвы”»[6].

    Самая молитва без очищения помыслов и без перенесения скорбей совершаться не может.

    А вот одно из писем Оптинских старцев, где говорится о хранении плода молитвы: «Необходимо хранить плод молитвы. Он погубляется, теряется очень часто от празднословия сразу после молитвы и от мечтания, которое есть то же празднословие, но лишь с самим собой. Молчание после молитвы весьма полезно: оно удерживает молитву в уме, сердце и даже на устах вслух себе»[7].

    Далее в главе о происхождении молитвы Иисусовой старец Паисий приводит святых отцов, которые, рассуждая о молитве, указывали на цитаты из Священного Писания, ставшие основанием данного учения. Приведем несколько цитат, и в частности тех, которые использовали и Оптинские старцы в своих поучениях:

    «Преподобный Исихий пресвитер, богослов и учитель Иерусалимской церкви, друг и собеседник преподобного и Богоносного отца нашего Евфимия Великого, написавший Богомудро из просвещения Божественной благодати, об этом священном мысленном призывании в сердце Иисуса, то есть об умной молитве, книгу в двести глав, приводит об этом свидетельства Священного Писания следующие: “Блажени чистии сердцем, яко тии Бога узрят (Мф. 5, 8); также: внемли себе, да не будет слово тайно в сердце твоем беззакония (Вторз. 15. 9); также: во утрии предстану ти, и узриши мя (Пс. 5, 4); также: блажен, иже имет и разбиет младенцы твоя о камень (Пс. 136, 9); также: во утрии избивах вся грешные земли, еже потребити от града Господня вся делающие беззакония (Пс. 100, 8); также: уготовися Израилю призывати имя Господа Бога твоего (Амос. 4. 12); и Апостол: непрестанно молитеся (1 Сол. 5, 17) и сам Господь говорит: без Мене не можете творите ничесоже. Иже будет во Мне, и Аз в нем, той сотворит плод мног. Аще кто во Мне не пребудет, извержется вон, якоже розга (Иоан. 15, 5, 6); также: от сердца исходят помышления злая: убийства, прелюбодеяния, та суть сквернящая человека (Мф. 15, 19); также: еже сотворити волю Твою, Боже мой, восхотех, и закон Твой посреде чрева моего (Пс. 39, 9), и прочие, которые по множеству оставляю”»[8].

    В вышеприведенной цитате использованы следующие слова из Священного Писания: “Блажени чистии сердцем, яко тии Бога узрят” (Мф. 5, 8) и еще одна цитата: “непрестанно молитеся” (1 Сол. 5. 17). Приведем два поучения преподобных Оптинских старцев, в которых они приводят эти же места Священного Писания:

    1.                  «...Слова преподобного Симеона Нового Богослова о внутренней молитве Иисусовой: “Если кто не соединиться с Господом Иисусом здесь на земле, то и никогда не соединиться с Ним” ... “Это страшные слова, ― сказал батюшка. ― Когда я это прочел еще послушником, я начал искать подтверждения сему, ибо это говорит только один святой прп. Симеон. И вспомнил текст Евангелия: Блажени чистии сердцем, яко тии Бога узрят (Мф. 5, 8). Если переставить слова, выходит так: Бога узрят только чистые сердцем. А внутренняя молитва Иисусова и есть соединение ума и сердца для устремления их к Богу...”»[9]

    2.                  «Преподобный Марк подвижник в слове о покаянии говорит: правое дело для начинающих, средних и совершенных есть: молитва, очищение помыслов и терпение постигающих нас скорбей. Без сих трех нельзя совершать и прочия добродетели. Да и самая молитва без очищения помыслов и без перенесения скорбей совершаться не может. В этой триплетеной верви, если где одна нить ея прерывается, там прерываются и другие нити. То же самое выражает и апостол Павел в 1-м послании к Солунянам, в гл. 5-й: долготерпите ко всем, всегда радуйтесь, непрестанно молитеся, о всем благодарите, сия бо есть воля Божия. А ап. Иаков объясняет, когда мы должны радоваться, т. е. когда впадаем в различныя скорбныя искушения, которыми испытывается наша вера, а вместе очищаются наши согрешения. По крайнему недосугу хотел написать тебе вкратце, а по важности предмета кратко нельзя было написать. Помоги тебе, Господи, утвердиться, сестра, в молитвенном подвиге и стяжать молитву истинную, а не кое-какую осрамлящую, как обличает нас Иоанн Богослов в своих посланиях: “аще кто речет, яко люблю Бога, а брата своего ненавидит, ложь есть. И сию заповедь имамы, да любяй Бога, любит и брата своего”»[10].

    Делая краткий вывод, отметим основные мысли. Во второй главе прп. Паисий говорит о видах молитвы. Первый вид молитвы ― новоначальных, когда Божиею помощью и подвигом, а более всего глубочайшим смирением, очищается сердце от всякой скверны страстей душевных и телесных. И только тогда, говорит прп. Паисий, благодать Божия, общая всех мать, взяв ум, ею очищенный, как малое дитя за руку, возводит, как по ступеням к духовным видениям. Духовных видений, говорит прп. Паисий ― восемь. И по мере очищения Благодать Божия открывает неизреченные и непостижимые для ума Божественные тайны. Рассмотрев наставления Оптинских отцов, находим у прп. Варсонофия практически эту же мысль: первая молитва ― деятельная, в которой происходит борьба со страстью, а вторая молитва ― это молитва видения и духовная. Старец Варсонофий говорит об этих видах, как о дарах Божиих. Эту же мысль в следующем письме мы видим у прп. Льва Оптинского.

    Умом в сердце приносить Богу таинственную жертву молитвы, так как это духовное художество, без научения невозможно.

    Следующее важное наставление в этой главе прп. Паисий дает нам о том, что молитвенный плод необходимо хранить. Заповедь о делании и хранении плода была дана человеку еще будучи в Раю. И одно из писем прп. Амвросия, рассмотренного нами, дает нам то же самое наставление о хранении плода молитвы.

    В заключение второй главы прп. Паисий приводит цитаты из Священного Писания, которые дают нам основание к необходимости занятия молитвой. И это есть заповедь, данная самим Спасителем своим ученикам о том чтобы они молились Его именем.


    Умная молитва ― духовное художество

    Переходя к третьей главе, преподобный Паисий замечает: «Об этом священнодействии сей священной молитвы, особенно же о самых ее начатках, и о том, как опытом должно навоночальным обучаться ей, я последнейший, по силе моего немощного ума, при помощи Божией должен хоть что-нибудь немного написать из учения святых отцов. И, во-первых, нужно изъявить о том, что эта божественная молитва есть духовное художество; потом ― какое для занятия ею, по учению святых отцев, требуется предуготовление»[11].

    В третьей главе старец Паисий указывает на слова святого Никифора Постника, который уча о молитве, говорит: «Прийдите, и объявлю вам художество, или лучше ― науку, вечного, лучше же ― небесного жительства, вводящую делателя своего без труда и безопасно пристанище бесстрастия»[12].

    Далее преподобный поясняет, что называют художеством святые отцы: «Художеством же святые отцы, как показано, называют эту святую молитву, думаю, потому, что как художеству человек не может научиться сам собою без искусного художника, так и этому мысленному деланию молитвы, без искусного наставника, навыкнуть невозможно. Но дело это, по святому Никифору, и многим, или даже и всем, приходит от учения; редкие же без учения, болезненностию делания и теплотою веры прияли его от Бога. Церковное правило по уставу и священным церковным книгам, которое православные христиане, мирские и монахи, должны ежедневно, как дань, приносить Небесному Царю, может всякий грамотный устно читать и совершать без всякого учения. А умом в сердце приносить Богу таинственную жертву молитвы, так как это духовное художество, без научения, как выше сказано, невозможно»[13].

    Подтверждение этим словам мы находим в одном из писем преподобного Амвросия Оптинского, которое упоминалось выше: «Пишешь, что проходишь молитву Иисусову устную и умную, а о сердечной не имеешь и понятия. Сердечная молитва требует наставника»[14].

    Как искусству человек не может научиться сам собою без и художника, так и мысленному деланию молитвы, без искусного наставника, навыкнуть невозможно

    Также мы видим упоминание трудов Паисия Величковского и в наставлениях относительно умного делания в письмах прп. Макария Оптинского: «Читая предисловие старца Василия Поляномерульскаго, вы возжглись ревностию проходить художественное делание умною Иисусовою молитвою. Полагаете, что я истинный делатель молитвы и художник в сем деле; просите научить вас сему деланию. Не смею и подумать, чтобы был художник сего высокого делания, кольми паче не могу быть наставником его. Но, читая, верую, что были и есть таковые делатели; и в них главное было ― смирение, с которым меч сей духовный посекал все вражия козни; а без онаго (без смирения) велия опасность браться за сие художное оружие. Просто можете призывать имя Божие устами, произнося молитву и отгоняя страстные прилоги, припадая смиренно ко Господу; а за художную, умную приниматься опасно, ибо оной последует прелесть; а прелести наказание Божие. Прочтите у св. Григория Синаита, в главах о безмолвии, 7-ю главу: о прелести, и выше в 15-й главе, 8-ю главу. И в письме старца Паисия к архимандриту Феодосию (перв. изд.) на страницах 266 и 267: там увидите истинное рассуждение и предостережение: да недерзостно на делание сие приходим; творите молитву просто со смирением и Бог не оставит вас; и понуждайтесь на делание заповедей Божиих. Св. Петр Дамаскин пишет в 24-м слове второй книги: “молящемуся добре телесною молитвой (т. е. кто молится просто, тому...) дает Бог умною молитву; и пребывающему в сей со тщанием безвидную и невоображенную от чистаго страха Божия”, и так далее; но помните, что “в чистую молитву едва один из тысяч достигнет, а яже по сей, едва един от тьмы”, как пишет св. Исаак Сирин. Вот как высоко сие делание! И что можем о нем сказать? Хотя бы след его видеть, удивляться и смиряться делателям, и величию онаго. Испрашивая на вас и на ваше семейство мир и благословение Божие, с почтением моим остаюсь недостойный ваш богомолец, многогрешный И. М. 30 августа 1848 года»[15].

    Делая вывод о третьей главы, отметим основную мысль. Прп. Паисий излагает, что священное мысленное делание молитвы ― есть художество. Приводя цитаты святых отцов, где они говорят о делании, как о художестве, преподобный старец поясняет, что художеством святые отцы называют святую молитву потому, что как искусству человек не может научиться сам собою без и художника, так и этому мысленному деланию молитвы, без искусного наставника, навыкнуть невозможно. Вот насколько велико и тонко это Божественное Делание.

    Чистота молитвы, теплота оной, слезы ― все это есть дарование Божие; но оное даруется смиренным; ибо они уже не могут вознестися умом, а токмо видят свою худость, и подобно мытарю вопиют к Богу о помиловании

    В заключение третьей главы прп. Паисий напоминает, что это духовное художество составляет непрестанное делание монахов, «чтоб не только отречением от мира и яже в мире, переменою имени при пострижении, особенностию одежды, безбрачием, девством, чистотою, самопроизвольною нищетою, отдельностию пищи и места жительства; но и самым мысленным и духовным по внутреннему человеку вниманием и молитвою, монахи имели отменное и превосходнейшее пред мирскими людьми делание»[16].

    В подтверждение преемства в учении о молитве, выше было приведено в пример письмо прп. Макария, где его просят о наставлении в этом художественном делании. Сам старец Макарий в письме говорит о себе с большим смирением, о том, что он и не смеет, что-либо советовать. А далее в письме старец указывает на письмо отца Паисия к архимандриту Феодосию о предостережении и истинном рассуждении. В итоге мы видим мысль о том, что молитва Иисусова есть Делание Великое, которое требует смирения и наставника, без которого невозможно восходить в высокие степени этого Божественного Делания.


    Подготовка к совершению молитвы

    В четвертой главе своего произведения преподобный старец Паисий дает наставления в подготовке к прохождению умного делания. Говоря о молитве как монашеском подвиге, причем подвиге большем всяких других, великий старец предупреждает и об опасности, возникающей при этом. Он пишет: «Настолько эта Божественная молитва, есть верх всех исправлений, источник добродетелей, тончайшее и невидимое во глубине сердца делание ума, настолько и тончайшие, невидимые, едва постижимые для человеческого ума, распростираются на нее невидимым врагом нашего спасения сети многообразных его прелестей и мечтаний»[17].

    Святые Оптинские отцы неоднократно предупреждали в письмах своих духовных слушателей в вопросах осторожности прохождения этого Великого делания. Вот два письма:

    1. «...Когда творишь молитву... имела бы крайнее смирение и память своих грехов, моля о помиловании, и как можно бы остерегалась увлекаться в мнении о себе и искать чего высокого. Прелесть весьма близка»[18].

    2. «Ты ищешь жару в молитве ― по безумию, ежели и подумаешь, что получила оную, то будь уверена, что это прелесть. Ты исправь жизнь свою, будь смиренна, молись смиренно, Бог приемлет молитвы смиренных. А когда ты сама будешь давать цену своей молитве, то это уже прелесть. При такой неисправности молись о том, да даст тебе Господь исправить жизнь свою и видеть свои грехи, не осуждать никого...»[19].

    При начале призвания к жизни духовной, Господь посещает благодатию Своею и различными утешениями, но после отнимает оныя и ввергает в огнь многообразных искушений и скорбей

    Давая наставления в подготовке к Божественному деланию, преподобный Паисий напутствует: «Поэтому, усердствующий обучаться этому Божественному деланию, должен, по святому Симеону Новому Богослову, предать себя душою и телом в послушание, согласное со Священным Писанием; то есть предать себя в полное отсечение своей воли и своего рассуждения ― человеку, боящемуся Бога, усердному хранителю Его Божественных заповедей и не неопытному в этом мысленном подвиге, могущему, по писанию святых отцев, показать повинующемуся незаблудный путь ко спасению, ― путь умного делания молитвы, тайно совершаемой в сердце»[20]. И далее: «Смирением же, рождающимся от послушания, по свидетельству святого Иоанна Лествичника и многих св. отцев, возможет он избежать всех прелестей и сетей диавольских, и тихо, безмолвно, без всякого вреда, постоянно упражняться в этом мысленном деле, с великим душевным преуспеянием»[21].

    Итак, мы видим из наставлений преподобного старца, что для подготовки необходимо:

    1.         Иметь наставника в этом деле.

    2.         Быть в послушании у него (согласно со Священным Писанием.)

    3.         Отсечение своей воли и рассуждения.

    4.         Иметь смирение, которым можно избежать всех сетей диавольских.

    5.         Со смирением следовать к исполнению всех Евангельских заповедей, которые являются основой любой добродетели, более же всего смирению и укорению и любви к ближним.

    А вот наставления в этом же вопросе преподобного Амвросия Оптинского: «Ревнующему о молитве следует всегда помнить слова Самого Господа: не всяк глаголяй Ми: Господи, Господи, внидет в Царствие Божие: но творяй волю Отца Моего, иже на небесех (Мф. 7, 21). Воля же Отца Небесного объявлена в Евангельских заповедях, исполнение которых есть единственный незаблудный путь спасения. На сем пути должно иметь три признака: смирение, милость и любовь, которые различаются только одними названиями, свойство же их одинаковое. На сию троицу добродетелей весь полк бесов ниже противовзирати может»[22].

    Еще одно письмо о предуготовлении себя к молитве (прп. Макарий Оптинский): «Когда же вы не можете так, как должно, молиться или предуготовить себя к оной, то неужели надобно совсем молитву оставить? Напротив, надобно себя нудить к молитве, хотя бы и противилось тому сердце, а Господь, видя таковое наше принуждение и насилие к молитве, подает свою помощь, по словам святых Макария и Петра Дамаскина: даяй молитву молящемуся; кто молится добре простою молитвою, тому дает Господь дар молитвы умной. Помните, дар молитвы, а не собственность твоя, надобно сей дар заслуживать не одною молитвою, но и прочими благими делами: смиренномудрием, простотою, терпением, простодушием, а без сих добродетелей, хотя мнится кто якобы стяжал молитву, но прельщается: не молитва это, но маска молитвы»[23].

    «А ты пишешь, что сердце твое упорствовало сознать себя грешною. Явно, что тут предварило незаметное вражие окрадение самомнением и возношением. В таком случае с сокрушенным сердцем должно припадать ко Господу и молить благость Его, чтобы избавил и уврачевал душу и сердце от таковаго омрачения и ослепления. И самая сильная брань бесовская, может быть, утверждается на затаившемся или таящемся самомнении и возношении; или попущается для того, чтобы не возноситься. Ежели всякая добродетель без смирения не может состоятся, то кольми паче молитва прежде всего требует смирения, так как молящийся имеет дело с гордыми бесами, которые, будучи сами бедны и ничего не имея, обещают другим богатство, показывая чужие ассигнации. Начальник их сатана не постыдился предлагать самому Господу царство мира. На что Господь сказал ему в ответ, рек: иди за мною сатано; писано бо есть: Господу Богу твоему поклонишися, и Тому Единому послужиши. Повторяй и ты тоже в свое время. Так же знай, что молитва требует безгневия. Означенный Каллист Патриарх говорит: молитва разумеется, яко пременяет смущение. Знамение же ея есть, аще коснуся кому, яко ктому несмущается, аще напутствует его и весь мир»[24].

    И еще одно письмо преподобного Макария, где он также обращает особое внимание на смирение: «Ты ищешь теплой молитвы, но этого нельзя одобрить. Если случилось тебе с теплотой сердца помолиться, то ты уже и думаешь в этом составить свое спасение, а попущает быть смутительным мыслям и одолеваемой быть сном. Чистота молитвы, теплота оной, слезы и проч. все это есть дарование Божие; но оное даруется смиренным; ибо они уже не могут вознестися умом, а токмо видят свою худость, и подобно мытарю вопиют к Богу о помиловании. А дать дарование предоставь смотрению Божию: Он знает, кому и когда оное даровать. Св. Исаак в 34 слове пишет на 168 странице: “дарование без искушения, погибель приемлющим то есть” и далее прочти. Смиренная молитва угодна пред Богом; а та, которой мы сами даем цену, также усердие свое оценяем, и чрез сие возносимся умом, не угодна Богу. Предоставим Богу дать молитвам нашим цену, а мы должны считать все наша за ничто; но не оставлять молитвы, хотя бы она казалась для нас и холодною; мы не знаем Промысла Божия, почему Он отъемлет от нас чувство теплоты, а попускает сухость, уныние, леность и проч., все это к нашему предъуспеянию. Если и случится когда-нибудь насладиться теплотою молитвы и после отъятой быти, то не должно унывать, а смиряться. Прочти в 4-й части Добротолюбия, у св. Игнатия Карпафийского, гл. 70-71. При начале призвания к жизни духовной, Господь посещает благодатию Своею и различными утешениями, но после отнимает оныя и ввергает в огнь многообразных искушений и скорбей, чтобы самолюбивое и славолюбивое наше устроение совершенно испепелилось огнем искушения и не имели бы надежды на себя и на свои дела, но на милость и человеколюбие Божие. Смирение велие благо!»[25]

    В заключение четвертой главы преподобный старец Паисий говорит о том, что в настоящее время совсем ослабело это Великое Делание в христианстве и что уже трудно найти наставника в этом занятии. Далее он пишет: «То не должен по этому поводу приходить в отчаяние. Но пребывая в истинном послушании по заповедям Божиим (а не самочинно и особенно, самовольно, без послушания, чему обыкновенно последует прелесть), возложив всю надежду на Бога, вместе с отцом своим, пусть вместо истинного наставника, верою и любовию повинуется учению преп. отец наших, изложивших до тонкости учение об этом Божественном делании из просвещения Божественной благодати, и отсюда пусть заимствует наставления об этой молитве. И во всяком случае, благодать Божия, молитвами святых отец, поспешит и вразумит ― как, без всякого сомнения, научиться этому Божественному делу»[26].

    И далее, великий старец, говоря о настоящем времени, когда уже осталось совсем мало опытных делателей этого молитвенного подвига дает следующее наставление: пребывать в послушании по заповедям Божиим и вместо истинного наставника, повиноваться учению преподобных отец наших, глубоко, до тонкостей изложивших это учение. «И во всяком случае, Благодать Божия молитвами святых отец, поспешит и вразумит ― как, без всякого сомнения, научится этому Божественному делу»[27].

    Рассмотрев несколько писем Оптинских старцев о предуготовлении к молитве, мы находим ту же мысль, что и у прп. Паисия Величковского.

    1. У прп. Амвросия:

    а) следование Евангельским заповедям, исполняя которые мы отсекаем свою волю и следуем Воле Божественной. И это есть незаблудный единственный путь спасения;

    б) при исполнении этого пути должно иметь три признака: смирение, милость и любовь.

    2. У прп. Макария:

    Старец говорит о понуждении себя к молитве, а Господь, видя таковое наше понуждение и насилие к молитве, подаст свою помощь. А также обращает внимание и на добродетель смирения.

    Подводя итоги главы, мы, следуя наставлениям святых отцов в умном делании, можем сказать, что необходимо для правильного прохождения в этом Божественном делании:

    1 . Быть в послушании у своего духовного отца.

    2. Отсекать свою волю и рассуждение.

    3. Следовать исполнению Евангельских заповедей.

    4. Более всего в добродетели умного делания иметь смирение.

    В заключение отметим, что сравнение и анализ наставлений преподобного старца Паисия и старцев Оптинских снова говорит нам о преемстве в учении об Иисусовой молитве.

    иеромонах Лука (Ауле)


    Ключевые слова: Оптинские старцы, прп. Паисий Величковский, умное делание, Иисусова молитва, добродетель смирения, хранение заповедей, путь спасения, духовное художество, дар в молитве, преемственность



    [1]Четвериков С., прот. Правда христианства. ― М.: Крутицкое патр. подв., 1998. ― С. 310.

    [2] Там же. С. 311.

    [3]Душеспасительные поучения преподобных Оптинских старцев: В 2-х т. ― М.: Введенская Оптина пустынь, 2003.Т.1. ― С. 457.

    [4] Там же. С 469.

    [5] Душеспасительные поучения преподобных Оптинских старцев: В 2-х т. ― М.: Введенская Оптина пустынь, 2003.Т.1. ― С. 464.

    [6] Четвериков С., прот. Правда христианства. ― М.: Крутицкое патр. подв., 1998. ― С. 312.

    [7] Душеспасительные поучения преподобных Оптинских старцев: В 2-х т. ― М.: Введенская Оптина пустынь, 2003.Т.1. ― С. 426.

    [8] Четвериков С., прот. Правда христианства. ― М.: Крутицкое патр. подв., 1998. ― С. 318.

    [9] Душеспасительные поучения преподобных Оптинских старцев: В 2-х т. ― М.: Введенская Оптина пустынь, 2003.Т.1. ― С. 469.

    [10]Преподобные Оптинские старцы. Письма старца Амвросия к монашествующим. ―Репринт, Сергиев Посад, 1908. ― М.: Введенская Оптина пустынь, 1995. ― С. 349.

    [11]Четвериков С., прот. Правда христианства. ― М.: Крутицкое патр. подв., 1998. ― С. 323.

    [12] Там же. С. 224.

    [13] Там же.

    [14] Душеспасительные поучения преподобных Оптинских старцев: В 2-х т. ― М.: Введенская Оптина пустынь, 2003.Т.1. ― С. 464.

    [15]Душеспасительные поучения преподобных Оптинских старцев: В 2-х т. ― М.: Введенская Оптина пустынь, 2003.Т.1. ― С. 464.

    [16]Четвериков С., прот. Правда христианства. ― М.: Крутицкое патр. подв., 1998. ― С. 324.

    [17]Четвериков С., прот. Правда христианства. ― М.: Крутицкое патр. подв., 1998. ― С. 325.

    [18]Душеспасительные поучения преподобных Оптинских старцев: В 2-х т. ― М.: Введенская Оптина пустынь, 2003.Т.1. ― С. 438.

    [19] Там же.

    [20]Четвериков С., прот. Правда христианства. ― М.: Крутицкое патр. подв., 1998. ― С. 326.

    [21] Там же. С. 327.

    [22] Душеспасительные поучения преподобных Оптинских старцев: В 2-х т. ― М.: Введенская Оптина пустынь, 2003.Т.1. ― С. 430.

    [23] Душеспасительные поучения преподобных Оптинских старцев: В 2-х т. ― М.: Введенская Оптина пустынь, 2003.Т.1. ― С. 421.

    [24]Преподобные оптинские старцы. Письма старца Амвросия к монашествующим. ― Репринт, Сергиев Посад, 1908.- М.: Введенская Оптина пустынь, 1995. ― С. 321.

    [25] Собрание писем блаженной памяти Оптинского старца Макария. ― Изд. Козельская Введенская Оптина пустынь. М., 1862 г. ― С. 484.

    [26]Четвериков С., прот. Правда христианства. ― М.: Крутицкое патр. подв., 1998. ― С. 327.

    [27]Там же.




    Новости по теме

    «Самоуправство в молитве ― впадение в прелесть»: наставления Оптинских старцев Иеромонах Лука (Ауле) «Молитва Иисусова ― безбрежное море. Исчерпать ее невозможно. Невозможно всего описать в книгах...», ― в словах прп. Варсонофия указывается на Божественную бесконечность, которую многие хотят постичь, но забывают о том, что в этом делании им тоже нужна помощь
    «Борьба со страстями и укоренение в добродетелях по прп. Паисию Святогорцу». Часть 1: «Что такое исповедь и зачем она нужна (по учению старца Паисия Святогорца)». Иерей Василий Родионов Что такое исповедь и зачем она нужна? Этот вопрос возникает, наверное, у каждого человека, начинающего ходить в храм. Но сумеем ли мы, люди, регулярно посещающие богослужения, ответить на него правильно? Самостоятельно — не всегда, но в своих ответах можно опираться на наставления преподобного Паисия Святогорца, которые мы представили вашему вниманию в этой статье.