Интересные факты из жизни Церкви на Псковской земле в послевоенный период

Московская Сретенская Духовная Семинария

Интересные факты из жизни Церкви на Псковской земле в послевоенный период

Иеродиакон Феофан (Бортников) 1498



Автор настоящей статьи провел обширное исследование и проанализировал порядка пятнадцати документов: отчетов уполномоченного А.И.Лузина по области, а также докладов, записок, справок за 1954-1960 гг. Здесь будут приведены наиболее важные и интересные факты, касающиеся жизни Церкви на Псковщине, которые автору удалось по крупицам собрать из этих архивных бумаг.

Содержание:

  • Сколько же верующих было в церквях
  • Как верующие принимали распоряжения власти
  • Новый уполномоченный — усиление гонений на Церковь
  • Празднование Пасхи
  • Архимандрит Иоанн (Крестьянкин)
  • Уполномоченный по Псковской области А.И. Лузин не был простой, прямолинейной фигурой, строго исполняющей все распоряжения из Москвы. В подтверждение этому можно привести множество интересных моментов из его докладов.

     

    Сколько же верующих было в церквях

    Известно, что о наполненности  храмов прихожанами можно, хотя и косвенно, судить по доходам от продаж крестиков, свечей и прочего. В отчёте за полугодие 1954 года А.И. Лузин пишет: «Доходность церквей области мне пока неизвестна и судить о том, произошло снижение или увеличение активности церковников, трудно, но при посещении церковной службы можно отметить, что резкого снижения нет... Так, например, по заявлению священника поселка Любятово-Желудкова, доходность по церкви за 1954 год составляет около 80 тысяч рублей, тогда как доход 1953 года составил 59 тысяч рублей»[1]. Кроме того, интересен вывод т. Лузина о доходности церквей и указание на то, что он не может судить об этом, хотя по статистическим данным, приведенным им в отчете, отчетливо видно увеличение доходов церкви.

    Есть и еще один интересный фрагмент из «Отчетно-информационного доклада»  за первое полугодие 1955 года. Итак: «Наряду с этим имеются церкви, где священники совместно с церковным  советом принимают меры к тому, чтобы увеличить приток верующих в церковь. Будучи в Гдовском районе, в религиозный праздник "Благовещение", который был в обычный рабочий день, 7 апреля, я присутствовал на богослужении в Кяровской церкви, в 7 км. от города Гдова. Церковь когда-то принадлежала помещику и находится в стороне от населенных пунктов, но рядом с линией железной дороги Ленинград-Гдов. Самая близкая деревня находится в 2 км. от церкви. В городе Гдове и южной части Гдовского района действующих церквей нет, не было и в городе Сланцы Ленинградской области, поэтому для привлечения большего числа верующих из указанных населенных пунктов священник совместно с церковным советом построил около церкви жилой дом площадью около 50 кв. метров. Указанный дом никем не заселен и служит пристанищем  для верующих, прибывающих накануне богослужения. Содержится он в хорошем состоянии, имеется русская печь, плита, самовар. Дровами, заблаговременно наколотыми, обеспечены на всю зиму. К церкви я пришел в 7 часов утра и зашел в этот дом, где застал часть оставшихся верующих, которые занимались уборкой... Из беседы с верующими выяснил, что в эту ночь было 70 человек, в основном из города Гдова... Поезд из гор. Ленинграда проходит рано утром, с которым прибыли верующие из города Сланцы. В раннюю службу было около 150 человек, а в позднюю около 600 человек... В церкви служат два священника, отец и сын Поповы, оба находятся на ставке и получают по 1000 рублей в месяц... Священники Поповы относятся к прогрессивной группе, интересуются и много читают современной литературы, выписывают газеты и журналы. В прошлом младший, Попов Анатолий 1898 года рождения, окончил Орловскую духовную семинарию и учительский институт, посвящен в 1945 году, а до этого был учителем...»[2].

    Истинно «пастырь добрый», так можно сказать об этих священниках. Все плоды их трудов видны как в духовной, так и в хозяйственной сферах Кяровского прихода.

    Кроме того, приблизительно в 7 км. от деревни Кярово до сих пор располагается военный аэродром Смуравьево. И в одном из докладов уполномоченный А.И. Лузин жаловался, что священник Кяровской церкви крестит детей военных летчиков.

    Священник совместно с церковным советом построил около церкви жилой дом площадью около 50 кв. метров

    Можно привести в настоящей работе и другой интересный фрагмент из «Отчетно-информационного доклада»  за первое полугодие 1955 года. Он касается информации о возрастном составе верующих в различных районах Псковской области. В начале этого фрагмента т. Лузин говорит о трех западных районах области — Печорском, Пыталовском, Качановском, — относительно которых была представлена следующая информация: «В церквях... можно увидеть молодежь, школьников и людей средних лет, среди которых много верующих и мужского пола, тогда как в восточных районах большинство посещающих церковь являются людьми преклонного возраста и очень мало мужчин»[3]. Для справки можно напомнить о том, что часть западных районов Псковской области до конца 1930-х годов входила в состав Латвии и Эстонии. Это во многом объясняет особенности в составе прихожан в указанном регионе. Население этих районов не было подвержено пропаганде «безбожных пятилеток» и кровавому террору довоенной политики первого социалистического государства.

    Также в докладе приводятся фамилии работников идеологического сектора партийной организации, которые должны были быть активными деятелями агитационно-пропагандистской борьбы, примером для людей, подверженных «религиозным пережиткам», однако сами оказывались людьми, посещающими церкви. Так, например, «среди заведующих изб-читален имеются такие люди, которые сами посещают церковь, к ним относятся гр. Чернова — Линовская изба-читальня и гр. Лебединский — Носовская изба-читальня»[4]. Из сказанного непонятно, являются ли названные членами партии или же они беспартийные. Хотя, при наличии фамилий, об этом можно узнать в районных архивах КПСС.

    Интересна и следующая цитата из доклада уполномоченного относительно церкви села Александрово: «По заявлению священника Модестова посещаемость церкви незначительная, так, например, говеющих в великий пост было около 300 человек (!)»[5].

    Можно привести и еще один интересный факт относительно празднования Преображения, которое совершается 19 августа и заканчивается освящением фруктов, оно проходило в деревне Верхние Овсищи, Пыталовского района, отошедшего от Латвийской ССР: «В обычный  рабочий день... в церковь пришли и приехали на колхозных лошадях человек 600. Среди верующих процентов 30 мужчин, среди которых было человек 20 комсомольского возраста». Здесь тоже имеется пометка, но простым карандашом – на полях поставлена «птичка», а сообщение «человек 20 комсомольского возраста» подчеркнуто в самом тексте. Далее в отчете сказано, что праздничная служба продолжалось до двух часов дня и причащалось около двухсот человек.

    Интересен также рассказ уполномоченного т. Лузина из отчёта за первое полугодие 1958 года о приходской жизни в одной из церквей Великолукской области: «В город Великие Луки был временно послан священник одной Псковской церкви... Прослужил он там 2 месяца, в беседе со мной он заявил, что был удивлен тем, что крещение взрослых в Великолукских церквях является обычным явлением и составляет около 10 %... За месяц им лично было крещено 203 человека, из них 14 человек в возрасте от 10 лет и выше. Всего крестится в месяц от 400 до 500 человек, это только в одной церкви. По личным записям священника Н., он за месяц "заработал" на разных требах 6300 рублей, а ему заплатили 2000 рублей». Для справедливости необходимо указать, что 2000 рублей в конце 1950-х годов являлись очень большими деньгами. К примеру, в ГАНИПО находится «Ведомость на выдачу зарплаты работникам обкома КПСС... (январь-июнь 1954 года)», где приводятся месячные оклады сотрудников обкома. Так месячный оклад:

    - первого секретаря Псковского обкома КПСС тов. Канунникова в январе 1954 года составил 2000 рублей, а после уплаты налогов и займов, «чистыми» на руки 1550 рублей;

    - шифровальщика – 1130 рублей, а «чистыми» около 930 рублей;

    - стенографистки – 500 рублей,  а «чистыми» около 416 рублей.

    Следующим интересным фрагментом отчета за первое полугодие 1958 года является статистика по продаже нательных крестиков в Великолукской области. Здесь уполномоченный по Псковской области А.И. Лузин пишет: «По заявлению бывшего настоятеля этой церкви Шепелева И.Я. ими было продано в 1957 году около 20 тысяч нательных крестиков, тогда как во всех церквях области (в старых границах) было продано около 30 тысяч». Если судить по продаже крестиков, то 20 тысяч крещеных в год в одном храме — это, конечно, огромное количество, но данные в процентном соотношении позволили бы более наглядно понять состояние религиозности в Великолукской области.

    1957 год можно считать началом «хрущевских» гонений на Русскую Православную Церковь при единоличном по своей сути правлении Хрущева. 24 марта 1957 года в «Комсомольской правде» появилась статья Е. Дулумана под названием «Как я стал атеистом. Рассказ бывшего кандидата богословия». За этой публикацией последуют другие выступления подобного содержания для создания соответственного фона, для начала наступления на Русскую Православную Церковь по всем «фронтам».

    В церквях... можно увидеть молодежь, школьников и людей средних лет, среди которых много верующих и мужского пола

    Продолжая рассмотрение отчетно-информационного доклада за первое полугодие 1958 года, можно отметить, что уполномоченный по делам Русской Православной Церкви по Псковской области А.И. Лузин описывает финансово-хозяйственное состояние приходов бывшей Великолукской области, и в его докладе еще совсем не видно надвигающийся грозы «хрущевской оттепели». В этом докладе он указывает: «Основным доходом церквей является доход от реализации свечей, крестиков, иконок и молитвословов... только от реализации свечей чистый доход составил свыше 3 миллионов рублей... увеличение дохода позволяет церковникам больше заботиться о создании благолепия в храмах, повсюду происходит ремонт церквей, приобретается разнообразная церковная утварь и украшения».

    Еще более интересная картина, представленная уполномоченным т. Лузиным, видится в этом отчетно-информационном докладе, где он пишет, что имеется одна автомашина «Москвич» в церкви города Великие Луки и пять мотоциклов у молодых священников. Интересно, как это описывает уполномоченный по Псковской области: «Несмотря на ропот верующих, что священнику не подобает разъезжать на мотоцикле, священники, молодые по возрасту... приобретают мотоциклы...».

    Привлекает внимание тот факт, что в церковно-государственных отношениях уже произошел переворот, и в высших партийных органах уже совершилась смена «старых сталинистов» на «молодых ленинцев», а А.И. Лузин еще не чувствует этих перемен.     

     

    Как верующие принимали распоряжения власти

    В 1955 году в деревне Маршевицы произошел такой интересный случай: «Они [прихожане] в течение шести лет не подавали заявлений, а в этом году их заставило [это сделать] неправильное действие председателя райисполкома т. Касаткина. До 1954 года церковное здание было занято под склад зерна. В 1955 году оно пустовало. В этом же населенном пункте потребовался материал для постройки школы, для чего тов. Касаткиным, самовольно, отдано распоряжение сломать церковь, а материал использовать для постройки школы. В конце июля месяца, когда шесть плотников подошли к церкви, которая находится на кладбище, то у церкви застали верующих мужчин и женщин, которые, вооружившись палками, плотников к церкви не допустили. Вместо того, чтобы об этом факте поставить меня в известность, тов. Касаткин почему-то промолчал. Об этом не говорил и тогда, когда я приезжал в Сошихинский район по другому делу 6 октября. Я предупредил тов. Касаткина о порядке слома церковных зданий. Об этом поставил в известность председателя облисполкома»[6]. Настоящее сообщение показывает, что в 1955 году в  деревне Маршевицы Сошихинского района произошло, по сути, выступление против представителей власти, против решений  председателя райисполкома. При этом, с одной стороны, уполномоченный по Псковской области т. Лузин встает на сторону прихожан, а с другой стороны, он, оказывается, не знал о таком чрезвычайном событии, несмотря на то, что по какому-то случаю дважды бывал в этом районе за отчетный период.

    Следующий интересный случай, произошедший на острове им. Залита, касается вопроса о возможности венчания комсомольцев и неожиданной позиции уполномоченного по этому вопросу. На праздник Петра и Павла  уполномоченный по Псковской области приехал в рыболовецкий колхоз на остров Залита, где служил в этот день епископ Иоанн. Хотя т. Лузин предупреждал владыку, чтобы не было торжественной встречи, но верующие собрались на пристани с иконами и хоругвями, а впереди всех встречал владыку один из старейших жителей острова, с хлебом и солью. Далее А.И. Лузин следующим образом описывает произошедшее: «В церковь собрались верующие двух островов. В колхозе работа не проводилась, даже председатель сельсовета, под предлогом болезни, не вышел на работу. Во время богослужения я был в сельсовете. В сельсовет приходит секретарь партийной организации и начинает звонить в Райком КПСС, но не дозвонился. На мой вопрос, по какому вопросу он хочет переговорить, ответил: «Я хочу спросить, можно ли священнику запретить сегодня венчать комсомольцев». На мой вопрос, проводили ли беседу с ними раньше, секретарь комсомольской организации ответила, что говорили, но они настаивают на своем. Секретарю парторганизации я рекомендовал, что теперь поздно что-либо предпринять, а поступок комсомольцев обсудить на комсомольском собрании... Среди верующих много было детей школьного возраста»[7].  Интересную позицию занял в этой ситуации уполномоченный по Псковской области тов. Лузин: по сути, он разрешил венчание комсомольцев при условии необходимости обсудить их поступок на комсомольском собрании. К сожалению, в данном докладе нет указания, когда был отправлен отчет, но, как теперь известно, 31 января 1956 года было разослано письмо с инструкцией в отношении усиления борьбы с активным духовенством, а чуть  раньше, как уже говорилось, в декабре 1955 года было издано циркулярное письмо «о лояльном» духовенстве. Т.е. уполномоченный А.И. Лузин действует, фактически отступая от инструкций своего московского начальства. В этом смысле, видимо, следует понимать существующие пометки на полях доклада. Так, на полях радом с фрагментом, рассказывающим о венчании комсомольцев, синими чернилами прочерчена полоса и поставлен вопросительный знак. Данная позиция и действия уполномоченного по Псковской области, видимо, заинтересовали работника обкома КПСС, который рассматривал данный доклад.

    Праздничная служба продолжалось до двух часов дня и причащалось около двухсот человек

    Следующий новый факт в «борьбе с церковниками», который приводит уполномоченный по Псковской области, — это проведение лекций-диспутов по антирелигиозной пропаганде. Возвращаясь к отчетно-информационному докладу, следует для примера привести следующую цитату: «В октябре месяце в районном клубе города Печоры был назначен вечер вопросов и ответов... в назначенный день... собралось более 400 человек. Церковники, возглавляемые церковным старостой местной церкви Пановым, заняли первые. Имея цель срыва вечера,  церковники явились заранее с продуманными и подготовленными вопросами, и "вооруженные библиями". Этой обстановки не учли организаторы вечера-общества по распространению научных и политических знаний и для ответов на вопросы пригласили не подготовленных товарищей из среды учителей средней школы. На заранее подготовленные вопросы ответы прошли хорошо, но поскольку церковники задались целью сорвать вечер, они стали задавать дополнительные вопросы, на которые ответы давались неточные. В конце дело дошло до того, что церковники пытались подняться на трибуну и навязать диспут. Наиболее активное участие принял некий Прозоров Вениамин, 40 лет, учитель истории, прибыл из города Астрахани в монастырь как паломник»[8]. Этот диспут описывается и в нескольких других архивных документах.

    Весьма интересно сообщение из доклада за 1959 год, в котором уполномоченный по Псковской области А.И. Лузин говорит о прекращении подачи заявлений об открытии храмов. Его можно привести полностью, т. к. оно в очередной раз характеризует стиль и специфику уполномоченного по Псковской области: «Прекратилось поступление заявлений об открытии церквей. За весь год поступило 3 заявления от гражданки Соловьевой из города Гдова...»[9]. В дополнение к этой противоречивой формулировке, столь свойственной стилистике тов. Лузина, сказать нечего. К началу 1960 года он был снят с должности. К сожалению, в данный момент автор не располагает точными данными об этом, но, исходя из того, что бланком с 22 марта уже пользуется К. Филиппов, можно сделать вывод о том, что А.И. Лузин уже был снят с должности или, по крайней мере, отстранен на какой-то период.

     

    Новый уполномоченный — усиление гонений на Церковь

    Следующая цитата из отчетно-информационного доклада 1960 года указывает на активную позицию нового  уполномоченного по Псковской области К. Филиппова, где он, помимо свидетельств о нарушениях церковниками Советского законодательства, раскрывает недостатки в работе с Русской Православной Церковью предшествующего уполномоченного т. Лузина А.И. Первым примером нарушения Советского законодательства уполномоченный по Псковской области К. Филиппов приводит случай в городе Гдове: «Всего за 1960 год было установлено значительное число фактов нарушений Советского Законодательства и установлены некоторые характерные отрицательные моменты, из которых для примера можно привести следующий[10]:

    - в городе Гдове Псковской области, на кладбище, находилась часовня, которую верующие без ведома городского Совета оборудовали под Церковь, образовали исполнительный орган, избрали церковного старосту, организовали продажу свечей и просфор и священник Кяровской церкви Попов В.И. совершал здесь регулярные службы.

    Несмотря на ропот верующих, что священнику не подобает разъезжать на мотоцикле, священники, молодые по возрасту... приобретают мотоциклы...»

    - когда у священника Попова было потребовано объяснение по поводу его незаконных действий, он предъявил следующее предписание епископа Управляющего епархией от 18 мая 1956 года: «По распоряжению преосвященейшего Иоанна, епископа Псковского и Порховского, канцелярия Псковского епархиального Управление имеет долг довести до вашего сведения и исполнения следующее: богослужения в Гдовской кладбищенской часовне должны совершаться по просьбе верующих, по примеру прошлых лет, до окончательного решения вопроса о Гдовской часовне».

    - о существовании этой нелегально действующей церкви было известно местным организациям власти и Уполномоченному Совета, который якобы разрешил служить в часовне по субботам, во избежание ходатайств об открытии церквей в городе Гдове»[11].

    При рассмотрении информационного доклада за первое полугодие 1955 года уже было обращено внимание на  историю приходской жизни в городе Гдове, но в тех отчетно-информационных докладах, которые были созданы уполномоченным по Псковской области А.И. Лузиным, никак не было отражено создание церкви на кладбище города Гдова. Интересно впоследствии провести изучение этого вопроса, который почти полностью обойден тов. Лузиным в его отчетах: каково участие его в создании этого кладбищенского храма или он только «закрыл глаза» на его существование. При новом уполномоченном «плотность» наблюдения за священнослужителями усилилась, поднимались ранее отложенные «дела», партийные и комсомольские организации больше внимания стали уделять религиозной жизни простых членов.

     

    Празднование Пасхи

    Следующий отрывок отчета о праздновании Пасхи описывает ряд провокаций, устроенных во время богослужения: «В этом [1955] году почти что во всех городских церквях отмечались факты хулиганствующих поступков со стороны молодежи. Так, например, в кладбищенской церкви один молодой человек подошел к открытому окну алтаря и, обращаясь к священнику, кричал: «Хватит тебе петь, дай я попою». В Варлаамовской церкви закрыли входные двери церкви и заложили палкой. В Дновской церкви школьники сорвали со стены кружку с деньгами и убежали. В соборе в особенности много собралось молоджи, много было школьного возраста. Входили в головных уборах и с папиросами... замечены... выражавшиеся нецензурными словами, которые производили групповое толкание стоящих в церкви верующих...»[12].

    В конце отчета о праздновании Пасхи уполномоченный по делам Русской Православной Церкви т. Лузин привел ряд интересных статистических данных: «В соборе за ночным богослужением было продано свечей на 8 тысяч рублей, тогда как в прошлом году было продано на 6,5 тысяч рублей. Из бесед со священниками, последние заявляют, что в этом году говеющих было больше... так, например, священник Варламовской церкви города Пскова Богданов заявил, что в этом году исповедовалось много мужчин среднего возраста, чего не было в прошлом году...»[13]. Приведенные выше данные подтверждают, что период церковной оттепели выражался не только в финансово-хозяственном отношении, но и все больше и больше народа возвращалось в лоно Церкви.

    Следующий отчетно-информационный доклад о праздновании Пасхи, уполномоченного по Псковской области А.И. Лузина относится к 1956 году, где рассказано о мерах, предпринятых к недопущению бесчинств, происходивших в празднование Пасхи в предыдущем году: «Религиозный праздник "Пасха" в городских и сельских церквях проходила при большом скоплении верующих и просто любопытных людей... задолго до начала богослужения верующие города Пскова стали собираться в церквях, чтобы не оказаться вне церкви... Накануне праздника с милицией договорились об установлении у церквей наружных постов. Вновь назначенный настоятель собора, прибывший из города Гродно Пилинога В.А., обратился ко мне с просьбой выделить 2-3 милиционеров во внутрь собора. Основываясь законом об отделении церкви от государства, в этом я ему отказал и рекомендовал для поддержания порядка внутри собора выделить людей из числа 20-ки...»[14]. Интересно отметить, что в этот раз во время празднования Пасхи никаких бесчинств не произошло.

    Интересная история произошла в деревне Маршевицы Сошихинского района, которая описана в последней части отчета о праздновании Пасхи в 1956 году: «В деревне Маршевицы... верующие самовольно открыли недействующую церковь, произвели уборку, по стенам развесили иконы... и в предпасхальные дни, начиная с Вербного воскресенья, собирались молиться без участия священника... утром 5 мая председатель Сошихинского райисполкома по телефону сообщил мне, что церковь закрыта, куда он выезжал лично сам...»[15]. Как закончилась эта история с храмом из деревни Маршевицы, что произошло с прихожанами и получил ли храм регистрацию, в последующих архивных документах не говорится.

    В 1955 году в деревне Маршевицы Сошихинского района произошло, по сути, выступление против представителей власти

    Последний отчетно-информационный доклад о праздновании Пасхи относится уже к 1959 году, когда уже во всю силу развернулась новая политика Советского государства в отношении Русской Православной Церкви, вошедшая в историю под названием «хрущевской оттепели». Советская власть в 1958 году провела ряд мероприятий, направленных на жестокое ограничение Русской Православной Церкви. Отдел пропаганды и агитации ЦК КПСС по союзным республикам собрал конференцию «ответственных работников отделов пропаганды, науки, школ и вузов, культуры ЦК КПСС, Всесоюзного общества по распространению политических и научных знаний, Госполитиздата, газет и журналов, ЦК ВЛКСМ, Совета по делам Русской Православной Церкви и Совета по делам религиозных культов». В ЦК КПСС было принято секретное постановление «О записке Отдела пропаганды и агитации ЦК КПСС по союзным республикам "О недостатках научно-атеистической пропаганды"», было принято постановление Совета министров СССР «О налоговом обложении доходов предприятий епархиальных управлений, а также доходов монастырей», в ЦК КПСС было принято постановление «О мерах по прекращению паломничества к так называемым святым местам» и т. д. Несмотря на все усиливающееся давление Советского государства на Русскую Православную Церковь, в отчете о праздновании Пасхи за 1959 год уполномоченный по Псковской области А.И. Лузин признает, что количество прихожан не уменьшается, но даже продолжает увеличиваться: «По личному наблюдению, пасхальная служба прошла, как и в прошлые годы. Верующие задолго до начала службы заполнили церкви, которые к началу службы были переполнены. Подавляющее большинство были женщины. В этом году отмечено, что мужчин было больше, чем в прошлые годы, и среди женщин много было среднего возраста, молодежи 5 %... отмечено, что в сельских церквях в этом году верующих было больше, чем в прошлые годы...»[16]

     

    Архимандрит Иоанн (Крестьянкин)

    В «Отчетно-информационном докладе» по Псковской области за второе полугодие 1955 года впервые встречается имя архимандрита Иоанна (Крестьянкина), будущего насельника Псково-Печерского монастыря и знаменитого старца. Здесь можно привести несколько цитат из отчета, где уполномоченный пишет: «Зарегистрировано 6 священников помимо вновь посвященных, из них 4 священника прибыли из лагерей, которых освободили досрочно (видимо, по указу от 14 июля 1954 года. – Прим. авт.). Все они отбывали наказание по статье 58 п. 10, из которых заслуживает внимания: КРЕСТЬЯНКИН Иван Михайлович 1910 года рождения. До ареста учился в Московской духовной академии и служил в Московских церквях. С 1950 по 1955 находился в лагерях. Прибыл в Псков по направлению патриархии. Прежде всего отличается от всего духовенства фанатичностью. Служит в соборе третьим священником. В соборе четыре священника и служат понедельно, но Крестьянкин в соборе проводит все время. Не ограничиваясь только проповедничеством во время богослужения, проводит беседы с отдельными верующими, которые к нему обращаются; от себя не отпускает до тех пор, пока его не поймет собеседник. В рождественское богослужение он служил раннюю литургию, с 5 часов утра. После окончания, давая крест, он каждого поздравлял с великим праздником. После окончания ранней, вместо того, чтобы идти домой, остался сослужить позднюю (две литургии в один день служить невозможно). Из собора ушел последним, около 3-х часов дня, а в 4 часа опять пришел в собор для подготовки к вечерней службе. Иногда даже забывает поесть»[17]. Напротив фразы «Иногда даже забывает поесть» в докладе на полях стоит вопросительный знак, само это предложение подчеркнуто авторучкой синего цвета. Вопросительный знак и подчеркивание в характеристике, которую дал уполномоченный в своем отчете, не были случайными, как теперь известно, уже через год отец Иоанн покинет город Псков на несколько лет, однако в следующих отчетах еще будут встречаться сведения о жизни и деятельности отца Иоанна, в настоящем же отчете есть еще одна интересная история.

    В этом [1955] году почти что во всех городских церквях отмечались факты хулиганствующих поступков со стороны молодежи

    В городе Пскове есть Мироносицкое кладбище и при нем находится храм, во время написания данного «Отчетно-информационного доклада» по Псковской области за второе полугодие 1955 года,  кладбищенский храм был приписан к кафедральному собору, священники из которого служили на Мироносицком кладбище. Архимандрит Иоанн (Крестьянкин) тоже иногда служил в кладбищенском храме, и здесь у него возник конфликт с Архитектурным отделом города Пскова. Суть конфликта состояла в том, что на Мироносицком кладбище были похоронены три священника перед церковью, и их могилы загораживали вход в часовню, где находились недавно обнаруженные реставраторами древние фрески. Реставраторы собрались перенести могилы похороненных перед входом в часовню священников, но об этом узнал отец Иоанн и запретил им это делать. После этого он нанял мастеров для ремонта оград и облагораживания могил, так как они были заброшены и находились в плохом состоянии, а сам срочно поехал к владыке Иоанну и вместе с ним выехал к уполномоченному. Здесь необходимо привести фрагмент из отчета т. Лузина о посещении его владыкой Иоанном и отцом Иоанном (Крестьянкиным): «Ко мне приехали оба, епископ и священник Крестьянкин, последний в взволнованном состоянии стал мне доказывать неправильность действий архитекторов. Я ему спокойно ответил, что напрасно по такому пустяку беспокоил епископа, надо было бы обратится непосредственно ко мне и вопрос был решен. Просьба была удовлетворена, так он для проверки ежедневно посещал кладбище и следил, чтобы архитекторы-реставраторы не нарушили могил его собратьев. С каждым днем его слава растет, как наставника и проповедника среди верующих»[18].

    О деятельности отца Иоанна (Крестьянкина) говорится и в отчёте за первое полугодие 1956 года. Теперь уполномоченный по Псковской области т. Лузин обращает внимание на другие особенности в служении архимандрита Иоанна: «В большей части влияют на посещаемость церквей, а следовательно и на рост общецерковных доходов, священники, которые создают в церквях благолепие и устраивают торжественные богослужения. Наиболее колоритной фигурой этой группы священников является священник Крестьянкин И.М. За короткий срок своего пребывания в Псковском соборе он успел заменить все устаревшее новым, обновил все киоты, всюду перед иконами установил подсвечники, частично обновил сами иконы. Для большего молитвенного настроя верующих в нижнем храме собора, куда дневной свет не проникает, богослужение проводил только при освящении свеч и лампад. Много внимания уделял хору, был фактически руководителем. Его можно всегда застать в соборе. Посещаемость собора увеличилась, а вместе доходы». Отчетно-информационный доклад за первое полугодие 1956 года продолжает в отношении архимандрита Иоанна ту же линию, которая была начата в докладе 1955 года. В прошлом докладе уполномоченный называл его фанатиком и говорил о том, чтобы усилить за ним наблюдение. В этом называет «наиболее колоритной фигурой», вместе с тем, судя по подробному докладу, по деталям, которые описаны в докладе, можно сделать вывод, что пожелание уполномоченного выполнено: за отцом Иоанном ведется плотное наблюдение. 

    В соборе четыре священника и служат понедельно, но Крестьянкин в соборе проводит все время

    Таким образом, автором был проанализирован целый массив документов, в которых засвидетельствована повседневная жизнь Русской Православной Церкви, ее служителей и прихожан в Псковском регионе с 1950 по 1960 годы. Кроме того, по архивным документам исследуемого временного периода можно хорошо проследить основной вектор отношений советского государства с Русской Православной Церковью.

     

    иеродиакон Феофан (Бортников)

    Ключевые слова: Церковь, уполномоченный, история, оттепель.



    [1]ГАНИПО. Ф. 1219. Оп. 2. Д. 846. Л. 8.

    [2]Там же. Л. 23-24.

    [3]ГАНИПО. Ф. 1219. Оп. 2. Д. 846. Л. 22.

    [4]Там же.

    [5] Там же. Л. 38.

    [6] Там же. Л. 41-42.

    [7] Там же. Л. 45-46.

    [8] ГАНИПО. Ф. 1219. Оп. 55. Д. 166. Л. 141.

    [9] Там же. Л. 168.

    [10] ГАНИПО. Ф. 1219. Оп. 61. Д. 156. Л. 245.

    [11] Там же. Л. 245-246.

    [12] ГАНИПО. Ф. 1219. Оп. 2. Д. 846. Л. 14.

    [13] Там  же. Л. 15.

    [14] ГАНИПО. Ф. 1219. Оп. 2. Д. 937. Л. 2.

    [15] Там же. Л. 3.

    [16] ГАНИПО. Ф. 1219. Оп. 55. Д. 166. Л. 161.

    [17] ГАНИПО. Ф. 1219. Оп. 2. Д. 846. Л. 40.

    [18] Там же. Л. 40-41.



    Новости по теме

    Как научиться смирению? Пример святителя Филарета Московского Алексей Мигальников Если нас критикует начальник, или член семьи указывают на наши недостатки, или на улице, в метро нас толкнули, обругали — что мы делаем? Всегда ли молимся за обижающих нас, как заповедовал Спаситель? Не чаще ли хотим поскорее оправдаться, указать в ответ на чужие недостатки, сказать последнее слово? А если это не удалось, то не спим, перебирая в мыслях: «Эх, надо было так и так ответить».
    Принять правильное решение Владислав Ершов Что увидим мы, перенеся свой мысленный взор ровно на сто лет назад в столицу России? В то время, когда сотрясались основы великой страны – восстанавливалась древняя честь патриаршего престола, когда пресеклась династическая линия царской власти – процвел крин власти духовной, когда неверие становилось нормой – было явлено «правило веры». Ровно сто лет назад в храме Христа Спасителя Первосвятителем Руси стал митрополит Московский Тихон.

    Наталья

    А.И. Лузин молодец! Сколько интересных фактов узнаёшь из жизни о.Иоанна (Крестьянкина)!

    Ответить