«Буду подобен Всевышнему»: этапы развития гордости от самолюбия к кощунству

Московская Сретенская Духовная Семинария

«Буду подобен Всевышнему»: этапы развития гордости от самолюбия к кощунству

Иеродиакон Кирилл (Попов) 10838



Подобно всякой другой страсти, гордость, как сорняк, укореняется в человеке постепенно. Всё может начаться с безобидной и даже, казалось бы, иной раз необходимой уверенности в своих силах, а закончиться — страшной самонадеянностью, равной почитанию себя вершителем человеческих судеб, не говоря уже о своей собственной…

Согласно текстам Священного Писания и творениям святых отцов и подвижников благочестия, развитие укоренение страсти гордости человека можно несколько условно, и тем не менее наглядно, разделить на четыре «этапа». Сначала человек, надеясь лишь на собственные силы, через самолюбие, самость и угождение себе, удаляется от Бога. Затем он становится всё более упрямым, всё более сопротивляется Божиим наставлениям. После его страсть растет, уже ничто не может ее насытить, удовлетворить. Наконец, человеку кажется, что он может всё. Это последний заключительный и самый страшный этап развития страсти. Давайте рассмотрим все эти стадии.

 

1.      Удаление от Бога и надеяние на свои силы

В Книге Премудрости Иисуса, сына Сирахова, показан путь зарождения в человеке греха: Начало гордости — удаление человека от Господа и отступление сердца его от Творца его (Сир. 10:14). Сам Господь говорит о народе израильском через пророка Осию: Имея пажити, они были сыты; а когда насыщались, то превозносилось сердце их, и потому они забывали Меня (Ос. 13:6). Также и Моисей предостерегал израильский народ: Когда будешь есть и насыщаться, и построишь хорошие домы и будешь жить [в них],… смотри, чтобы не надмилось сердце твое и не забыл ты Господа, Бога твоего, Который вывел тебя из земли Египетской, из дома рабства; … и чтобы ты не сказал в сердце твоем: “моя сила и крепость руки моей приобрели мне богатство сие” (Втор. 8:12, 14, 17)[1].

Тем самым Священное Писание обращает внимание на то, как возникает в человеке эта страсть, — он забывает Бога, и у него появляется упование только на силы свои: моя сила и крепость руки моей приобрели мне богатство сие (Втор. 8:17). И в другом месте обличает пророк израильтян, самоуверенно говорящих: не своею ли силою мы приобрели себе могущество? (Ам. 6:13). Подобное надеяние на себя становится причиной обличения Господа: Так как ты надеялся на дела твои и на сокровища твои, то и ты будешь взят (Иер. 48:7), — обращает речь от Господа пророк Иеремия к моавитянам.

Тем самым Священное Писание обращает внимание на то, как возникает в человеке эта страсть, — он забывает Бога, и у него появляется упование только на силы свои.

Отступление от Бога ведет ко все большему «надеянию на силы свои» (Пс. 48:7), так что гордящиеся даже забывают о временности своего пребывания на земле: В мыслях у них, что домы их вечны, и что жилища их в род и род, и земли свои они называют своими именами (Пс. 48:12), говорит в сердце своем: не поколеблюсь; в род и род не приключится [мне] зла (Пс. 9:27). Псалмопевец Давид и в другом псалме обличает человека, который не в Боге полагал крепость свою, а надеялся на множество богатства своего, укреплялся в злодействе своем (Пс. 51:9), при этом важным оказывается указание на то, что такой человек, укореняется во зле (укреплялся в злодействе своем).

Святые отцы, осмысляя возникновение и развитие страсти гордости в человеке, также говорят о том, что «начало гордости есть неведение Бога»[2] (свт. Иоанн Златоуст), что «Гордость есть отвержение Бога» (прп. Иоанн Лествичник[3], свт. Григорий Палама[4], свт. Инатий Брянчанинов[5], свт. Феофан Затворник[6]).

В развитии страсти гордости, согласно учению святых отцов, можно выделить следующие стадии:

1)            начало гордости — «корень тщеславия»[7];

2)            средина — «уничижение ближнего, бесстыдное проповедание своих трудов, самохвальство в сердце, ненависть обличения»[8];

3)            конец — «отвержение Божией помощи, упование на свое тщание, бесовский нрав»[9].

Первый этап, мало заметный для самого человека[10], — укоренение в нем чувства себялюбия (самолюбия, самоугодия, самодовольства, самолюбования, самонадеянности). Второй этап тщеславия (самоцен) связан с всё возрастающим в человеке желанием почестей и исканием человеческой славы[11]. В человеке при этом укореняется характерная мысль, «скрытное чувство, что я нечто, а не ничто»[12]. На третьем, последнем, этапе гордость уже проявляется во всех делах и поступках человека. Для него характерным становится «самомнение и самочувствие — чувство, что я не только нечто, но и нечто важное и пред людьми и пред Богом»[13].

Страсть зарождается в человеке постепенно, как учит преподобный Григорий Синаит, что невозможно сделать что-либо доброе или худое, предварительно не приложив и не возбудив помысла. Иными словами все начинается с мысли, а уже затем происходит деятельная активность. Грехи и страсти постепенно вкрадываются в нашу душу — овладевают умом, потом сердцем и наконец волей, делая человека рабом страсти.

Страсть же гордости принципиально отличается от прочих тем, что самолюбие здесь проявляется очевиднее всего.

«Диавольский» помысл направленный на почву человеческого сердца, постепенно со временем вырастает из малого зерна в целое греховное дерево. Иными словами, действие страсти зарождается в человеке с прилога. Святой Григорий Синаит говорит, что «прилог есть происходящее от врага внушение: делай то или другое, как это было сделано Самому Христу Богу нашему: рцы, да камение сие хлебы будут (Мф. 4:3); или, проще сказать, — это какая-либо мысль, пришедшая человеку на ум»[14].

Когда человек принимает в себя мысль о том, что он нЕчто, а не ничто, когда самодовольство и осознание своего достоинства укрепится в сердце человеческом, гордость в итоге неизбежно приводит к потере веры в Бога: «Конец [гордости] — отвержение Божией помощи, упование на свое тщание, бесовский нрав»[15].

При этом страсть гордости «сначала не склоняет нас бесстыдно к отвержению Бога»[16]. Вначале человек не осознает, что, продолжая благодарить Бога, сердцем он уже отвергает Его. Подобно евангельскому фарисею, он славословит Бога, но при этом в мыслях своих превозносит себя.

Удаление человека от Бога является, по слову преподобного Исаака Сирина, тем средством, которое использует диавол в борьбе даже с теми, «кто уже немало потрудился на пути богоугодной жизни»[17]. Таким образом, человек лишается благодатной помощи Божией, становится доступен вражескому действию на него. «При этом диавол желает ослепить ум человека, которому оказывается помощь, чтобы оказался он беспомощным, и зарождает в нем гордые помыслы, чтобы подумал он в себе, будто бы вся крепость его зависит от его собственной силы и сам он приобрел себе это богатство, своею силой сохранил себя от противника и убийцы»[18]. Теперь, утвердившись в этой мысли, по словам Исаака Сирина, он рассуждает о случайности победы над врагом, о бессилии врага, принимает помыслы, с которыми подступает к нему враг, и таким образом постепенно предается в его руки. Уверившись в своей силе, человек уже не надеется на Бога, забывает о помогающем ему.

Святитель Григорий Палама, в одной из бесед рассуждая о совершаемых в мире злодеяниях, указывает на их причину, одновременно подчеркивая, что немалое значение в этом принадлежит себялюбивым (горделивым) устремлениям людей: «Ум, отступивший от Бога, становится или скотоподобным или демоноподобным <…> Желает от всех пользоваться честью, <...> чтобы все льстили и одобряли и содействовали его планам и если по нему они не сбываются (потому что, как бы это и могло быть?), исполняется неукротимой яростью; <…> и уподобляется человекоубийце — сатане <...> И всему этому — одна причина: отступление ума (души) от страха и памяти Божией и допущение доступа к содействию началозлобного врага (диавола)»[19].

Падший человек все более пренебрегает Богом и даже отрицает само Его существование

Святитель Игнатий Брянчанинов также связывает отхождение от Бога с обращением к самому себе: «Самомнение и гордость, в сущности, состоят в отвержении Бога и в поклонении самому себе»[20]. Кроме того, он указывает на оставление человеком, впавшим в состояние гордости, памяти Божией: «Тщеславие является от глубокого неведения Бога или глубокого забвения Бога, от забвения вечности и небесной славы»[21].

Обобщая опыт святых отцов, основой страстей, и в частности страсти гордости, святитель Феофан называет самость (самолюбие, самоугодие, себялюбие, эгоизм)[22]. Ее развитие он описывает следующим образом: «Когда человек мыслию, сердцем, и желанием отвращается от Бога, а вследствие того и от ближних, то естественно останавливается на одном себе, — себя поставляет средоточием, к которому направляет все, не щадя ни Божественных уставов, ни блага ближних»[23]. Святитель Феофан пишет, что такой человек возлюбил бесконечною любовию, себя поставил исключительною целию, а все другое — средством…[24]

Страсть же гордости принципиально отличается от прочих тем, что самолюбие здесь проявляется очевиднее всего[25]. И человек, самовольно оказавшись в таком состоянии самости, «с тех пор, как он к сердцу принял первую лесть змия: “будете яко бози”, с тех пор, он начал возвышать себя над всеми, как Бог, — начал ставить себя выше той черты, на которой поставлен природою и обществом»[26]. Гордость, по святителю Феофану, есть «ненасытимое желание возвышения, или усильное искание предметов, через кои бы можно было стать выше всех других»[27].

Рассматривая состояние самости, святитель Феофан приводит мнения преподобных Макария Египетского, Феодора Едесского, Максима Исповедника. Он, например, указывает на слова преподобного Макария Великого, сравнившего самолюбие со змием, гнездящимся на самом дне человеческого сердца[28]. Важной для святителя Феофана оказывается мысль Феодора, епископа Едесского: «Самолюбие есть мать неизобразимых зол. Кто побеждается им, тот входит в союз и со всеми прочими страстями»[29]. По согласному мнению святых отцов, и это отмечает святитель Феофан Затворник, гордость является одним из первых производных самости. Об этом прямо говорит святой Максим Исповедник: «Блюди себе от матери злых — самолюбия. От сего бо рождаются три первых страстных помысла — чревобесие, сребролюбие и тщеславие, от которых потом разрождается и весь злых собор»[30], так же учат и другие святые отцы[31].

 

2.      Возрастающее упрямство и упорство против Божьего закона

В книге пророка Неемии во время всенародного покаяния израильтяне в том числе называют и такой грех: Но они и отцы наши упрямствовали, и шею свою держали упруго, и не слушали заповедей Твоих (Неем. 9:16). Славянский текст в данном случае свидетельствует о том, что речь идет именно о грехе гордости: тии же и отцы наши возгордешася[32] и ожесточиша выя своя и не послушаша заповедий твоих (Неем. 9:16). Исповедание в этом прегрешении совершается дважды: Ты напоминал им обратиться к закону Твоему, но они упорствовали (слав. возгордешася) и не слушали заповедей Твоих, и отклонялись от уставов Твоих, которыми жил бы человек, если бы исполнял их, и хребет свой сделали упорным, и шею свою держали упруго, и не слушали (Неем. 9:29).

И псалмопевец от лица Господа воспевает: Но народ Мой не слушал гласа Моего, и Израиль не покорялся Мне; потому Я оставил их упорству сердца их, пусть ходят по своим помыслам (Пс. 80: 12-13).

Падший человек все более пренебрегает Богом и даже отрицает само Его существование: В надмении своем нечестивый пренебрегает Господа: «не взыщет»; во всех помыслах его: «нет Бога!» Во всякое время пути его гибельны; суды Твои далеки для него; на всех врагов своих он смотрит с пренебрежением; говорит в сердце своем: «не поколеблюсь; в род и род не приключится [мне] зла»; … Говорит в сердце своем: «забыл Бог, закрыл лице Свое, не увидит никогда» (Пс. 9:25-27, 32).

Священное Писание говорит, что превозношение человеческое в своей ненасытности уподобляется дьявольскому.

В книге Иова, говорящей в том числе и о жизни нечестивого, противление Богу прямо связывается с гордостью: Устрашает его [нечестивого] нужда и теснота; одолевает его, как царь, приготовившийся к битве, за то, что он простирал против Бога руку свою и противился Вседержителю, устремлялся против Него с гордою выею, под толстыми щитами своими (Иов. 15:24-26).

О крайней степени возрастающего упорства можно почитать и у пророка Иеремии, повествующего о том, что, когда Господь обращался к жителям Иерусалима: обратитесь каждый от злого пути своего и исправьте пути ваши и поступки ваши. В ответ они говорили: не надейся; мы будем жить по своим помыслам и будем поступать каждый по упорству злого своего сердца (Иер. 18:11-12).

Апостол Павел, призывающий Фессалоникийцев, чтобы те ни в чем не поступали с братом своим противозаконно и корыстолюбиво, писал: Итак непокорный непокорен не человеку, но Богу, Который и дал нам Духа Своего Святаго (1 Фес. 4:8). Как и в словах Спасителя: Слушающий вас Меня слушает, и отвергающийся вас Меня отвергается; а отвергающийся Меня отвергается Пославшего Меня (Лк. 10:16).

 

3.      Страсть гордости заключает в себе ненасытимый и неудовлетворимый характер

Священное Писание указывает на то, что страсть гордости в человеке ничем нельзя насытить и удовлетворить. Надменный человек, как бродящее вино, не успокаивается, так что расширяет душу свою как ад, и как смерть он ненасытен, и собирает к себе все народы, и захватывает себе все племена (Авв. 2:5). 

Такая ненасытимость раскрывается в повествовании пророка Аввакума о Халдеях. Можно видеть, что этот народ — жестокий и необузданный, который ходит по широтам земли, чтобы завладеть не принадлежащими ему селениями. Страшен и грозен он; от него самого происходит суд его и власть его (Авв. 1:6). По силе своей он не признает другого суда над собой, кроме собственного, в том числе и Божьего, что усугубляется, когда Халдеям сопутствуют военные победы: Тогда надмевается дух его, и он ходит и буйствует; сила его бог его (Авв. 1:11).

О незнающей границ злодеяний гордости говорилось в указе царя Артаксеркса, обращенных к начальствующим над областями, подчиненными царю: Многие, по чрезвычайной доброте благодетелей щедро награждаемые почестями, чрезмерно возгордились и не только подданным нашим ищут причинить зло, но, не могши насытить гордость… (Есфирь 8:12).

 

4.      Уподобление диаволу: «буду подобен Всевышнему»

Священное Писание говорит, что превозношение человеческое в своей ненасытности уподобляется дьявольскому, Господь Бог через пророка Иеремию обличает безумие человеческое: скажи начальствующему в Тире: так говорит Господь Бог: за то, что вознеслось сердце твое и ты говоришь: «я бог, восседаю на седалище божием, в сердце морей», и будучи человеком, а не Богом, ставишь ум твой наравне с умом Божиим… низведут тебя в могилу, и умрешь в сердце морей смертью убитых… (Иез. 28:2, 8-9.)

И в другом месте Господь обличает: посмотрю на успех надменного сердца царя Ассирийского и на тщеславие высоко поднятых глаз его. Он говорит: силою руки моей и моею мудростью я сделал это, потому что я умен (Ис.10:12-14).

Подводя итог, повторим, что страсть гордости в своем развитии проходит несколько этапов. Начинается все с незначительного привносимого помысла, который закрадывается в ум человеческий и возбуждает высокомерные и надменные стремления. Приняв помысел, человек начинает выстраивать свою жизнь на основании ложных ориентиров. Утвердившись в надменном помысле, человек больше не нуждается в Боге, он полагается исключительно на свой ум, и в итоге начинает служить себе, уподобляясь идолопоклоннику.

 

монах Кирилл (Попов)

 

Ключевые слова: гордость, этапы, развитие, помысел, самоуверенность, упрямство.



[1] Пророк Моисей не раз увещевает Израиль, свидетельствуя об оставлении им истинного Бога. Но они развратились пред Ним, они не дети Его по своим порокам, род строптивый и развращенный (Втор. 32:5). И [ел Иаков, и] утучнел Израиль, и стал упрям; утучнел, отолстел и разжирел; и оставил он Бога, создавшего его, и презрел твердыню спасения своего (Втор. 32:15).

[2]Творения иже во святых отца нашего Иоанна Златоуста, Архиепископа Константинопольского. 2-е изд. Т. 11. — СПб., 1905. — С. 576.

[3]Иоанн Лествичник, прп.О безумной гордости // Его же. Лествица. М.: Правосл. братство св. ап. Иоанна Богослова, 2001. С. 156.

[4]Григорий Палама, свт. Беседы (омилии) святителя Григория Паламы. Часть 1. / Перевел с греч. архим. Амвросий (Погодин). М.: Паломник, 1993 (репр. переизд.: Монреаль: Изд. Братства преп. Иова Почаевского, 1965). С.24.

[5]Игнатий (Брянчанинов) свт. Характер мытаря и фарисея. Поучение 1-е в Неделю о мытаре и фарисее // Его же. Полное собрание творений. Т. 4. М., 2002. С. 25. 

[6]Феофан Затворник свт. Письма к разным лицам о разных предметах веры и жизни. М.: Изд. Св.-Тр. Серг. Лавры, 1995. (репр.: М., 1892). С. 48.

[7]Иоанн Лествичник, прп.О безумной гордости // Его же. Лествица. М.: Правосл. братство св. ап. Иоанна Богослова, 2001. С. 156.

[8] Там же.

[9] Там же.

[10]Преподобный Амвросий Оптинский именует себялюбие «тонким», тем самым указывая на неявность его, сочетающуюся однако с существенностью его проявления препятствием для истинной любви. (См. об этом: Амвросий Оптинский, прп. Письма к мирским особам. Письмо 130. Истинная любовь).

[11]Коллиандер Т. Узкий путь. Рига: Балто-славянское общество культурного развития и сотрудничества, 1992. С.12.

[12]Феофан Затворник, свт. Собрание писем. Вып. 3. М.: Типо-Литогр. И. Ефимова, 1898. С. 209.

[13]Там же.

[14]Григорий Синаит, прп. Главы о заповедях и догматах, угрозах и обетованиях // Добротолюбие. 2-е изд. Т. 5. М., 1900. С. 191.

[15]Иоанн Лествичник, прп. Лествица. СПб.: Благовест, 1996. С. 150.

[16]Там же. С. 150.

[17]Исаак Сирин, прп. Слова подвижнические. М.: Правило веры, 1993 (репринтное издание). С. 328.

[18]Там же.

[19]Григорий Палама, свт. Беседы (омилии) святителя Григория Паламы. Часть 3. / Перевел с греч. архим. Амвросий (Погодин). М.: Паломник, 1993. (репр. переизд.: Монреаль: Изд. Братства преп. Иова Почаевского, 1984). С.71.

[20]Игнатий (Брянчанинов) свт. Характер мытаря и фарисея. Поучение 1-е в Неделю о мытаре и фарисее // Его же. Полное собрание творений. Т. 4. М., 2002. С. 25. 

[21]Игнатий (Брянчанинов), свт. Творения: В 7 т. М.: Сретенский монастырь, 1996–2001. Т. 2. С. 217.

[22]Феофан Затворник, свт. Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться? М.: Правило веры, 2013. С. 226.

[23]Феофан Затворник, свт. Письма о христианской жизни. Поучения. Об исправлении сердца. М.: Правило веры, 2013. С. 321.

[24]Феофан Затворник, свт. Начертание христианского нравоучения. М.: Правило веры, 2010. С. 374.

[25]Там же. С. 345.

[26]Феофан Затворник, свт. Письма о христианской жизни. Поучения. Об исправлении сердца. М.: Правило веры, 2013. С. 322-323.

[27]Феофан Затворник, свт. Начертание христианского нравоучения. Т. 1. М., 1998. С. 286.

[28]Феофан Затворник, свт. Начертание христианского нравоучения. М.: Правило веры, 2010. С. 338.

[29]Там же. С. 338-339. См. также: Преподобного отца нашего Феодора Едесского сто душеполезнейших глав. Гл. 93 // Добротолюбие. Т. 3. С. 342.

[30]Феофан Затворник, свт. Начертание христианского нравоучения. М.: Правило веры, 2010. С. 338-339. См. также: Максим Исповедник, прп. Четыре сотни глав о любви. Вторая сотница о любви. Гл. 59 //Добротолюбие. Т. 3. С. 188.

[31]Феофан Затворник, свт. Начертание христианского нравоучения. М.: Правило веры, 2010. С. 338-339.

[32] Евр. זוד  ‘1. Дерзко или надменно вести себя; поступать дерзко или надменно’ [Электронный ресурс] // URL: http://www.bibleist.ru/tmp/lexicon.php?lang=1&strongid=2102 (дата обращения: 14.07.2016 года). 


Новости по теме

«Гордость надо иметь!..»: понимание слова «гордость» в русской книжной традиции и культуре Иеродиакон Кирилл (Попов) Порой случается так, что слово в языке с течением времени меняет свое значение либо приобретает новые смысловые оттенки. Поэтому бывает весьма занимательно наблюдать за жизнью слов. Предлагаем нашим читателям вместе с нами рассмотреть историю гордости и гордыни в русском языке, о значении которых в текстах Священного Писания говорилось в двух предыдущих статьях.
Гордость и гордыня: значение слов и особенности перевода Иеродиакон Кирилл (Попов) Для наиболее полного понимания, что такое гордость и каковы ее свойства, необходимо установить и прояснить смысл этого понятия, а для этого выявить его функционирование в греческом языке: именно на него был переведен текст Септуагинты и на нем написан Новый Завет. А затем следует уточнить значение этого термина в славянском и русском языках, на которых читаем Священное Писание мы с вами.
ДУХОВНАЯ ЖИЗНЬ. ПРАВОСЛАВНАЯ СЕМЬЯ Православные просветительские курсы (ВИДЕО +ФОТО) Протоиерей Андрей Ткачев 21 октября 2015 года в стенах Сретенской духовной семинарии протоиерей Андрей Ткачев прочитал лекцию о духовной жизни и православной семье, после чего ответил на вопросы собравшихся.

Dima

Spasibo ogromnoe

Pobol'she bi statei takih.  Ocehn' aktual'no

Ответить

Юлия

Гордость и чтение святых Отцов. Совет архимандрита Рафаила (Карелина) новоначальным послушникам («О некоторых опасностях исихии») http://karelin-r.ru/intdel/126/1.html.

… «Духовная жизнь требует постепенности и последовательности. Знания, не соответствующие жизни, часто превращаются в гордость ума, подобно тому, как если бы человек, имеющий картину дворца, возомнил бы, что он его обладатель. В монастырях не сразу давали читать творения аскетов и мистиков.
Вначале человек должен был приобрести смирение ума через подвиг послушания; затем ему давали книги по благословению старца игумена, а если видели в нем страсть высокоумия, то вообще запрещали читать, а только устно обращаться к старцу за решением своего вопроса. Творения преподобного Исаака Сирского для заурядного христианина - это тяжелая штанга, которую пытается поднять своими руками ребенок, или тригонометрическая задача, которую дали решить воспитанником детского сада. Эту огромную и все удлиняющуюся дистанцию между опытом святых отцов и нашей жизнью не видит, вернее не хочет увидеть современный человек. Теперь стал популярен лозунг «Вперед, к святым отцам!», но почему-то никто не задумывается, что это на самом деле означает жизнь по святым отцам.
Творения святых отцов, когда их читают ради того, чтобы блеснуть своими знаниями, отраженными в мутных и кривых зеркалах, неочищенной покаянием души, порождают тщеславие, душевные отклонения и болезненные состояния, а в некоторых случаях богословские ошибки. Всякое познание включает в себя элемент уподобления. В духовном познании уподобление становится главным принципом и доминантой понимания.
Следует ли из этого, что от патристики вообще надо отказаться? Вовсе нет, но надо читать святых подвижников для того, чтобы исполнить, соблюдая при этом основу всякого обучения: постепенность и последовательность. Надо молиться перед чтением, выбирать книги с совета и благословения духовных отцов, читать также смиренно, как мы должны молиться, помня, что мы, по своим грехам,  также не похожи на них, как крапива и полынь на розы и лилии. Надо читать медленно и размышлять, что дало для нас прочитанное, что нового мы узнали, как воплотить полученный урок в свою жизнь.
Если бы мы даже выучили книги Григория Паламы, Исаака Сирского и других подвижников, не изменив своей жизни, то они не станут от этого для нас более понятными. Эти книги воспринимаются только через постоянный волевой подвиг, соответственно нашим силам и условиям. Но копировать их жизнь не только не возможно, но духовно пагубно. «Не дай новоначальному высокого» - говорили старцы, а мы стоим ниже тех, кого они называли новоначальными послушниками…
Патрологи, занимающиеся изучением святоотеческих творений, должны сами в какой-то мере стать подвижниками, отсекать свою волю, то есть быть в послушании, заниматься Иисусовой молитвой, очищать свое сердце и бороться со страстями. Иначе, лишившись внутреннего света святоотеческих книг – того, что лежит под словом, они окажутся только с телом книг без души, и будут строить собственные схемы, ловить тени, по-своему интерпретировать мысли святых и даже выдавать их за научные открытия. Мы видим в числе современных патрологов людей, обуреваемых людскими страстями, не победивших в себе гордости и мелкой раздражительности».

Вопрос: «надо читать святых подвижников для того, чтобы исполнить» - смогут ли читатели статьи, да и сам автор исполнить этот так скрупулёзно изложенный   опыт?

Ответить