Тогда очищается мысль, когда не тяжелеет плоть

Московская Сретенская Духовная Семинария

Тогда очищается мысль, когда не тяжелеет плоть

Сретенская семинария 2118



Великим постом, который каждый православный христианин призван провести с пользой, сайт Сретенской семинарии публикует добрые и вспомоществующие посту слова святителей, преподобных и выдающихся проповедников. Это люди, которые знали о пользе и смысле поста больше нашего, поскольку на этой ниве собирали немалое сокровище. Пусть их назидание поможет каждому читателю успешно идти по пути воздержания.

 

Митрополит Платон – придворный проповедник, законоучитель наследника престола, член Святейшего Синода, митрополит Московский и Коломенский. Искал возможности примирить господствующую Церковь со старообрядцами введением единоверия – разрешением богослужений по старым (дониконовским) книгам, «составил для единоверцев правила, утвержденные Синодом в 1801 году».

Автор труда «Краткая церковная российская история», ставшего первым по времени систематическим курсом русской церковной истории, в котором впервые был отражён критический подход к источникам и историческому преданию. Видный церковный деятель, ревнитель развития образовательной системы Российской империи, основатель Перервинской семинарии. Михаил Васильевич Ломоносов писал о нем:

Что может собственных Платонов

И быстрых разумом Ньютонов

Российская земля рождать. [1]

 

Наставления митрополита Платона постящимся 

Время благословенное, время, назначенное на излечение душевное. Почему же нам хотя бы это время не употребить, чтобы потом быть обрадованными этим сладчайшим голосом: «Чадо, прощаются тебе грехи твои» (Мф. 9: 2). Мы и всегда бы должны об этом помышлять, но, снисходя к немощам нашим, Господь благословил предписать нам кратчайшее время. Но чем оно у нас отличается от другого времени? Пища иная, но и этим многие пренебрегают с оскорбительным для Церкви нарушением ее установлений и с явным для немощных соблазном. Пища иная, но пресыщение то же. Питие другое (и если бы другое), но невоздержанность и пьянство те же. А прочие дела в течение всего года или в течение жизни – те же. Та же зависть, вражда, клевета, то же корыстолюбие, те же греховные дела.

Пища иная, но пресыщение то же. Питие другое, но невоздержанность та же

Здесь я приведу только одно место из пророка Исаии, в котором прекрасно описано, каким должен быть наш пост (Ис. 58: 2-14).

Говорят там израильтяне: Господи, мы постились, но Ты не видишь нашего поста, мы истомили себя, а Ты не заметил в нас перемены. Отвечает им Божественный глас: во время поста вы питаете страсти свои, и во дни воздержания обижаете других и ссоритесь – что же Мне в таком посте? Такой пост Мне неприятен. А если хочешь, чтобы твой пост был Мне угоден, отрекись от всякой неправды, прости долги, отпусти порабощенных на свободу и всякое неправедное писание разорви; раздели для голодных хлеб твой и бесприютных нищих введи в дом. Если видишь раздетого, одень и от единокровного твоего не укрывайся. «Тогда откроется, как заря, свет твой, и исцеление твое скоро возрастет, и правда твоя пойдет пред тобою, и слава Господня будет сопровождать тебя. Тогда ты воззовешь, и Господь услышит; возопиешь, и Он скажет: “Вот Я”. И будет Бог твой с тобой всегда, и насытишься, как желает душа твоя».

Вот живое изображение истинного поста, вот каким воздержанием подобает прославлять себя христианам.

Воздержание неоспоримо, когда его предписывают врачи. Но много спорят, когда его предписывает Церковь

Упражняйтесь «в посте и молитве» (1 Кор. 7: 5). Пост для тела есть пища для души. Чем меньше дается питания страстям, тем более сильными становятся крылья души. Наше умное око яснее видит неприступный свет Божества, потому что меньше затемнено облаком чревоугодия. Лекари много изыскивают способов к уменьшению болезней, хотя иногда и сами умножают болезни, нам в это входить нет нужды. Но один из способов предохранения от болезней, часто употребляемый и действенный, у лекарей – диета, то есть воздержание от некоторого рода пищи. Этот способ неоспорим, когда его предписывают врачи. Но много спорят, когда его предписывает Церковь.

Тогда очищается мысль, когда не тяжелеет плоть

 Церковь, определяя посты, очень похожее имела намерение с тем, какое имеют врачи, предписывая диету. А если и есть различие, оно состоит в том, что врачи больше думают об излечении болезни, а Церковь – об усмирении страстей. Но страсти – причины болезней, и лечение болезней надо начать с лечения страстей. Разум торжествует тогда, когда мы не приносим жертву страстям. Тогда очищается мысль, когда не тяжелеет плоть.

 

 

[1] Из «Оды на день восшествия на Всероссийский престол ее Величества Государыни Императрицы Елисаветы Петровны 1747 года» Михаила Васильевича Ломоносова (1711 – 1765).

[2] Платон, митрополит Московский. «Дух, или избранные мысли». М., 1804. Отд. 1-е. 

Новости по теме

Великий Канон – погружение «на глубину» слова Валентин Фролов Однажды я услышал необычную проповедь. Это был храм, куда мы из воинской части организованно ходили в увольнение. Священник после службы рассказывал не житие и даже не жизненную историю. Шел Великий пост. И тот священник разъяснял один из множества тропарей Великого покаянного канона преподобного Андрея Критского. Вся проповедь – и была один тропарь. Он объяснил непонятные слова, рассказал всевозможные смыслы этого небольшого текста. Меня это так вдохновило, что, будучи в армии, я решил по возвращении в семинарию взять тему дипломной работу, связанную с Великим каноном.
Как и зачем воспитывать в себе трезвение? Алексей Сидоров Термин «трезвение» в духовном смысле подразумевает внимательность, сосредоточенность. А как оно связано со смиренномудрием? Зачем нужно в учебе и каким образом студентам воспитать в себе эту добродетель? Рассказывает профессор и преподаватель Сретенской семинарии Алексей Иванович Сидоров.
«Под свою анафему падоша…» – что это значит? Иерей Алексей Лымарев Подходит к концу вторая седмица Великого поста. В предыдущее воскресенье Церковь праздновала Торжество Православия – победу истины. Какие выводы можно сделать каждому христианину для себя лично? Не бывает ли такого, что мы сами себя предаем анафеме?