«Я всё рассказывал Богу». Студент магистратуры Виктор Таболин рассказал о своем воцерковлении, поступлении в семинарию и учебе

Московская Сретенская Духовная Семинария

«Я всё рассказывал Богу». Студент магистратуры Виктор Таболин рассказал о своем воцерковлении, поступлении в семинарию и учебе

600



Не все в детстве любили ходить в храм. Часто родителям приходится уговаривать детей. Но Витю Таболина никто не уговаривал — девятилетний мальчик ходил в церковь один. Потому что службы притягивали и хотелось стать ближе к миру Православия. Позже этот мир станет настолько близким и родным, что Витя захочет связать с ним жизнь и поступить в духовную школу. Сейчас Виктор Таболин учится в магистратуре Сретенской семинарии. Он рассказал о воцерковлении, учебе и поделился историями из семинарской жизни.

Крещен я был в младенчестве. Но в храм ходить стал после девяти лет. Детство провел с папой — он был всегда дома. Потом папа стал уезжать на заработки в Москву, поэтому видел я его редко. Мама преподавала в начальных классах в школе, в которую я ходил.

После того как мама умерла, я долгое время жил в приюте в городе Белëве. Там начал ходить храм. Ходил один. Первое время не понимал, что происходит, но меня службы всё равно притягивали, нравились. Было интересно приобщаться к миру Церкви, узнавать его. Через какое-то время меня заметил настоятель храма и позвал ходить в воскресную школу. Из воскресной школы я всегда приносил в приют гостинцы, ребята меня ждали.

Позже переехал в Тулу. В тульском храме преподобного Сергия Радонежского я учился в воскресной школе. Одна бабушка учила меня звонить в колокола, много мне помогала, стала родной. Мы с ней всегда читали, очень много гуляли. В будние дни я занимался в музыкальной школе.

После Тулы я жил в Звенигороде, а когда закончил 9 классов, поступил в Варницкую православную гимназию, в 2016 году — в семинарию. Сейчас учусь в магистратуре.

«Я молился, и Бог помогал»

После смерти мамы папа ушел в себя, очень долго страдал, болел и не мог мне помогать. В 9 лет я остался совершенно один. Чтобы как-то продолжать жить, я ходил в школу, никогда не забывал делать уроки, сам готовил. При этом я всегда помнил, что есть Бог.

Нашел у бабушки какие-то молитвы, всегда их читал. Молился в тяжелых ситуациях, молился, когда было страшно, когда происходили какие-то мелочи, например, двойку в школе получал. Первая молитва, которую я выучил, — «Отче наш».

Молитвы помогали мне — после обращения к Богу возникали особенные чувства, случались неожиданные события. Я всегда знал: если помолиться Богу, можно исправить любую ситуацию. Например, если я кого-то обидел, а после этого помолился Богу и попросил у человека прощения, то я знаю, что на следующий день мы станем лучшими друзьями и будем помогать друг другу даже в тяжелых ситуациях.

После смерти мамы, когда в этом мире я остался один, я знал, что со мной Бог. Я всегда приходил домой, садился перед иконой и, можно сказать, разговаривал напрямую с Господом. Всё Ему рассказывал: кто меня обидел, кто мне плохое слово сказал, рассказывал, если я кого-то обидел. Рассказывал всë, никогда не боялся, не стеснялся и знал, что Бог мне поможет, в любой момент, что бы ни произошло.

Варницкая гимназия

Гимназия — это большое событие в моей жизни. Обучение длится всего два года, но в памяти это время остается на всю жизнь. В гимназии я встретил много друзей.

Теперь нас разделяют просторы нашей необъятной страны. Мы попали в разные уголки: кто-то учится в одной семинарии, кто-то в другой. Но мы поддерживаем связь и всегда друг с другом созваниваемся. Наши дома и сердца открыты друг для друга, мы разделяем радости друг друга и, когда нужно, оказываем поддержку.

Если какое-то несчастье происходит у кого-то в семье, мы друг другу помогаем. И регулярно собираемся на встречи в гимназии, рассказываем друг другу о событиях, которые произошли в жизни. Ездим в гости друг к другу, показываем семинарии, в которых учимся.

Выбор семинарии

Когда мы учились в гимназии, нас отвезли на экскурсию в Сретенский монастырь. Владыка Тихон рассказал историю монастыря, а потом и про семинарию — о том, что она уже долго существует, с 1999 года. В конце спросил у нас: «Кто пойдет поступать в Сретенскую семинарию?» Все начали поднимать руки, а я не поднял, потому что хотел поступать в Московскую духовную академию.

Перед выпуском из 11 класса я стал думать, что нужно узнать, есть ли всё-таки воля Божия учиться мне в Сретенской семинарии. Решил: если пройду конкурс в семинарию, значит, достоин в ней учиться.

Чтобы удостовериться, я позвал своего друга и предложил бросить жребий. Друг вырезал три бумажки и написал варианты: «Киевская семинария», «Московская духовная академия» и «Сретенская семинария». Я говорю: «Давай, ты пойдешь, прочитаешь молитву “Царю Небесный”, принесешь эти жребии, а я выберу». Друг вышел, прочитал молитву и принес жребий. Бумажки лежали на книге «Закон Божий» — как раз такой, по которому нужно было готовиться к поступлению в семинарию. Я вытянул жребий «Сретенская семинария».

Говорю: «Нет, так не пойдет. С первого раза нельзя, надо еще пробовать. Давай, ты перепишешь жребий». Друг пошел, переписал жребии на новых бумажках, разложил их снова, прочитал молитву и опять пришел ко мне. Я выбрал жребий, открываю, а там опять «Сретенская семинария». Так мы сделали и в третий раз — снова я вытянул тот же вариант. Тогда и понял, что надо поступать в Сретенскую семинарию.

О Сретенской семинарии

Наша семинария отличается особым духом. У нас семейная атмосфера: первокурсники, наши младшие братья, могут подойти к любому четверокурснику или магистранту и спросить: «Вот как ты думаешь, как мне лучше поступить?» Иногда даже первокурсники подходят к дежурным помощникам и говорят: «Как у Вас дела? Подскажите, как мне эту работу сделать? Как это?» И не чувствуется разделения между старшими и младшими.

Все взаимосвязаны друг с другом — такое большое-большое братство. Каждый человек готов помочь, никто ни от кого не отворачивается. Нет каких-то таких потаенных группировок, которые будут отстраняться от всех и никому не помогать. Это отличает нашу семинарию.

Еще ее отличает то, что она маленькая. Здание небольшое, хотя ребят у нас достаточно много. Я знаю всех наших первокурсников и могу краткими, добрыми характеристиками их описать, потому что все ребята у нас достойные.

Студенты из других семинарий мне рассказывали, что мало знают друг друга, мало общаются, хотя их всё равно что-то связывает. Мы ближе между собой. Думаю, нас объединяет молитва Богородицы, потому что мы находимся под Ее сенью. Монастырь ведь освящен в честь Сретения Владимирской иконы Божией Матери. Что-то доброе и материнское у нас всегда присутствует.

Ветеран гостиничной службы

Я нес послушание гостиничного. Можно сказать, ветеран, потому что 4 года исполнял это послушание. И в скиту, и в семинарии. 

Интересное знакомство у меня получилось с Ларисой Ивановной Маршевой. Как-то раз я забыл принести ей ужин. Очень расстроился из-за этого, долго думал, как попросить прощения. Мне звонит дежурный помощник и говорит: «Витя, поднимись, пожалуйста, наверх к преподавателям».

Поднимаюсь, стою перед Ларисой Ивановной, расстроенный, растерянный, и слышу: «Вот что ж Вы, Виктор, забыли нас покормить? Мы приехали из Москвы уставшими. А Вы забыли нам принести ужин». И я не знаю, что ответить.

Но мои сокелейники знали, что я забыл ужин принести. Они собрали ребят из других келий и начали суетиться, чтобы как-то выйти из ситуации. Все вместе сварили макароны по-флотски и принесли. Лариса Ивановна берет макароны и говорит: «Вот, смотрите какой у нас хороший первый курс. Они друг другу помогают и отзываются даже на такие непростые вещи, которые происходят в их жизни».

Главные качества семинариста

Наверное, главные качества для семинариста — это любовь и смирение. Будущий священник должен быть готов принять любые события, которые произойдут в его жизни. Иногда, когда что-то с нами происходит, мы начинаем сразу роптать и говорить, что всë плохо. Это неправильно.

На самом деле многое из того, что с нами случается, — это именно те события, которые должны произойти именно с нами. А мы думаем о том, что это плохо и начинаем унывать. И даже осуждать поступки других, осуждать тех, кто нас окружает: «Я бы мог быть лучше, я бы здесь так поступил». А на самом деле мы сделали бы только хуже, только не понимаем этого. И вот семинаристам как раз иногда не хватает смирения и любви ко всем, кто их окружает.