Обновленческий раскол в документах (на примере приходов Московского региона). Обновленческое движение в Русской Православной Церкви (с начала XX века до 1943 года). Часть 5.

Московская Сретенская Духовная Семинария

Обновленческий раскол в документах (на примере приходов Московского региона). Обновленческое движение в Русской Православной Церкви (с начала XX века до 1943 года). Часть 5.

Георгий Бабаян 4994



Эта заключительная статья, посвященная обновленчеству, основывается на документах, которые удалось найти в архивах Москвы по обновленческому расколу. Они разрозненны и мало связаны, но дают представление о том, какая ситуация тогда была на приходах. Некоторые документы публикуются впервые.

Содержание:

Обновленцы с самого начала старались попасть в административный и церковный центр — Москву. В этом городе происходили ключевые события обновленческой Церкви: незаконный захват патриаршей канцелярии и образование Высшего церковного управления (ВЦУ), здесь были проведены Всероссийский съезд белого духовенства, а также Второй и Третий Всероссийские Поместные Соборы. Москва была административным центром обновленческого движения: в Троицком подворье располагалось ВЦУ (Высшее церковное управление), в Политехническом музее происходила горячая борьба в публичных дискуссиях двух знаменитых на всю Москву ораторов — обновленца Александра Введенского и священномученика Иллариона, архиепископа Верейского —ревностного и твердого поборника Патриарха Тихона и его правой руки. В этом же музее проходил судебный процесс, на котором 11 человек, в основном священнослужители, были приговорены к расстрелу. Именно в этом городе, на Лубянке, ГПУ разрабатывало стратегию по уничтожению Церкви.

Итак, если говорить о документах, освящающих события тех лет в Церкви, в первую очередь стоит особо отметить кампанию по изъятию церковных ценностей, предшествующую обновленческому расколу.

Изъятие церковных ценностей

Работа по изъятию церковных ценностей была весьма опасной. Власти боялись резкого протеста и беспорядков, связанных с проводимым изъятием. Во избежание массового кровопролития местные органы предварительно принуждали настоятелей обираемых церквей взять на себя ответственность за все возможные волнения и сопротивления.

Сохранилась телефонограмма, которая содержит в себе указанный принцип действия советских органов:

«Секретно. Телефонограмма №17.Председателю Красно-Пресненской Районной Комиссии по изъятию ценностей Тов. Пашиньеву

Вызвать настоятелей примерно двадцати-тридцати церквей и взять с них подписку о том, что они лично несут всю ответственность за возможные волнения и эксцессы прихожан во время изъятия ценностей из церквей, а также обязать их подписной приготовить клировые ведомости и опись церковного имущества и иметь наготове ключи от церквей в любое время дня, дабы Комиссия могла приступить к работам по изъятию без проволочек, при этом выяснить адреса должностных церковных лиц. Вызвать их сегодня в Совет к Председателю Райкомиссии.

Любое сопротивление, оказываемое комиссии по изъятию православными верующими, было основанием для ареста и высылки их священника. 

Председатель ГУБ Комиссии Медведь».

Любое сопротивление, оказываемое комиссии по изъятию православными верующими, было основанием для ареста и высылки их священника. Известный процесс по изъятию церковных ценностей прошел в Политехническом музее, свидетелем на котором выступал сам Патриарх Тихон. По решению этого суда 11 священнослужителей были приговорены к расстрелу, и лишь по ходатайству Патриарха Тихона было помиловано 6 человек, о чем подробнее говорилось в одной из предыдущих статей.

Также очень важны для нас обновленческие документы, раскрывающие их позицию в Москве.

Циркуляры Московского Епархиального Управления

Как только обновленцы взяли власть в свои руки, они тотчас стали рассылать циркуляры по Москве и Московской епархии, в которых в принудительном прядке все священнослужители обязывались не поминать имя Патриарха Тихона за богослужением, называя это «знаком политической контрреволюционности». Совершенно очевидно, какая угроза стояла за этими словами.

«Циркулярно по Благочинным г. Москвы и Моск. епархии №929.

На имя МЕУ[Московского епархиального управления] поступили следующие указы ВЦУ:

1) от 17-го ноября 1922 года за №1446 о том, что ВЦУ в заседаниях Президиума от 15-IXс.г. [сего года] постановило в целях борьбы с церковной реакцией и приходской контрреволюцией, объединяющейся под общим именем «Тихоновцы», — принять в непосредственное ведение ВЦУ благочинных и настоятелей г. Москвы заведующему Административно-Организационной истб.ВЦУ;

2)от 17-го ноября 1922 года за №1447 о том, что ВЦУ в заседании Президиума от 15-IX с.г. [сего года], признав наименование патр. Тихона актом контр-революционным и введением политики в делах Церкви, постановило: запретить поминовение патр. Тихона во всех храмах Российской Церкви и поручить заведующему Административно-Организацизационной истб. ВЦУ заместителю председателя прот. В. Д. Красницкому наблюсти за выполнением сего постановлния в церквях г. Москвы, возложив ответственность за невыполнение сего постановления лично на благочинных и настоятелей церквей;

3) от 28 ноября 1922 года за №1551 о том, что ВЦУ вновь подтверждает к неуклонному исполнению предписание от 1-IX с.г. [сего года] за №821 о прекращении возношения за Богослужениями по церквам епархии имени патр. Тихона, предупреждает, что неисполнение означенного распоряжения будет принято знаком явной политической контрреволюционности, ибо поминовение патр. даже не является актом «церковным» при существующих условиях, а явной публичной политической демонстрацией и также не просто не подчинением распоряжениям ВЦУ, но определенной политической игрой под церковным покровом. Неся на себе ответственность за Общественный мир церковный ВЦУ предлагает Управлению доносить о лицах, неподчиняющихся сему, самих увольняя немедленно от занимаемых должностей всех настоятелей церквей, где таковые распоряжения не будут исполняться. О сем МЕУ дается указ срочного объявления благочинным и подведомому им духовенству.

Сухие, скупые, лаконичные строки не могут передать всего того, что происходило тогда в Москве

В исполнение сего МЕУ предлагает отцам благочинным настоящий циркуляр с содержанием изложенных в нем распоряжений ВЦУ объявить членам причтов подведомого Вам дух-ва обязательной для каждого из них личной подпиской на сем и с таковым в недельный срок доставить обратно в МЕУ. О лицах, не желающих подчиняться, отцы благочинные доносят.

20 дня 1922 г.»[1].

Это постановление исполнялось. Следующий документ запечатлел, как преданного своему служению человека и его семью выбрасили на улицу без куска хлеба:

«Заседание членов Московского Епархиального Управления от 13авг. 1923 г.

Слушали: Заявление благочинного VI-го окр. Бронницкого уезда прот. В. Соболева об увольнении приходом погоста Милина диакона Константина Никольского за нежелание поминать за богослужением б. Патриарха Тихона.

Постановили:Объяснить через о. благочинного Приходскому Совету Георгиевского погоста Милина Бронницкого уезда о незаконном отстранении диакона Константина Никольского от своей службы, а настоятеля того же храма Димитрия Казанского за возбуждение одной части массы против другой от занимаемой должности уволить с запрещением священнослужения, а приход поручить ведению о. благочинного Соболеву»[2].

Следующий циркуляр дает ясно понять, что обновленчество в Москве не прижилось: простой верующий народ не хотел принимать отречение от Патриарха и нововведений. В годину бедствий, как всегда это было, именно простой народ является тем неподкупным и неустрашимым хранилищем истинной веры.

«Отцам Благочинным Православных храмов г. Москвы №1581.

Разыгравшиеся печальные Церковные события, повлекшие к разрыву Церковного единства, причиной коих было выступление бывшего патр. Тихона, причиняющие непоправимый вред церкви Православной и тяжело отзывающиеся на духовенстве, подлежит серьезному вниманию и разрешению. К глубочайшему сожалению духовенство снова вовлекается массой «верующих», стремящихся около церкви, пользуясь именем бывш. патр. Тихона создать организацию противленчества против власти Рабочих и Крестьян, используя для сего влияние Церкви и духовенства; Епархиальный Совет, созданный Обновленческим церковным движением, учитывает, что новое вовлечение духовенства в политическую контрреволюционную авантюру принесет колоссальный вред церкви и лично самому духовенству, ибо произошел уже целый ряд нежелательных эксцессов, где страдающей стороной главным образом является духовенство, предлагает Вам в интересах Православной Церкви и лично самого духовенства прибыть на Троицкое подворье совместно с настоятелями храмов 3 Августа в 2 часа дня для получения информации и соответствующих указаний.

31 дня 1923 г.»[3].

Как известно, эти «печальные явления» обновленцы хотели решить на так называемом «Поместном Соборе».

Подготовка ко «Второму Всероссийскому Поместному Собору»

Как уже было сказано в конце первой главы, обновленцы задались целью перед созывом Поместного Собора обеспечить выборы лояльных делегатов. Для этого они прибегали к простому методу изгнания из храмов патриарших священников и замене их обновленцами. Необходим был лишь только повод, который всегда находился. Ярким примером служит данный документ.

«Протокол №3 совещания Комиссии по утверждению религиозных обществ от 20 сентября с.г.

Слушали: Заявление о регистрации от религиозного о-ва при церкви т. н. Петра и Павла, что в Преображении в числе 82 человек.

Справка:Заявлений от прежней группы верующих не подано, причем руководители таковой чнили при храме разного рода беспорядки в лице служителя культа гр. Польскаго и гр. Холоднаго и Лосникова, привлекались к ответственности за контрреволюционную деятельность.

Постановили: Об-во утвердить, передав ему по договору храм вместе с имуществом и предложить в 2-х недельный срок представить опись имущества церкви»[4].

Следующий очень похож на предыдущий.

С освобождением Патриарха Тихона начинается стремительная потеря влияния обновленцев на души верующих, и это отчетливо видно по их посланиям и циркулярам, 

«Протокол №5 совещания Комиссии по утверждению религиозных обществ от 26 сентября 1923 года.

Слушали:Заявления от двух религиозных обществ церквей Ваганькова кладбища на пользование зданиями культа.

Справка: Прежняя группа верующих, пользуясь храмами по договору, нарушила параграфы 4 и 5, кроме того допускала выступление проповедников с контр-революционным направлением, занималась продажей антисоветской литературы; допускала неоднократное нарушение общественной тишины и порядка.

Постановили: В утверждении устава прежней группе отказать,утвердить устав второй группы в кол-ве 70 человек и передать им здание культа с имуществом по договору»[5].

Находили и другой, не менее оригинальный повод:

«Протокол заседания Комиссии по утверждению религиозных обществ от 13 декабря с.г.(1923).

Слушали:Заявление группы верующих в количестве 68 человек о передаче в их пользование здания культа т.н. Петра и Павла, что на Новой Басманной, и о регистрации их устава; Заявление другой группы верующих в кол. 102 человек о перерегистрации права пользования зданием культа т.н. Петра и Павла, что на Новой Басманной ул.

Постановили:Принимая во внимание то, что прежняя группа верующих, подавшая заявление на перерегистрацию в кол. 102 чел., не в достаточной степени ранее заботилась о сохранении переданного ей по договору народного достояния и допустила кражу в ночь на 31 марта 1921 г., когда злоумышленниками было похищено все ценное имущество, а посему считая и впредь вероятным такое же отношение к своим обязанностям со стороны этой группы постановили в ходатайстве о перерегистрации отказать, а утвердить новое о-во верующих в кол-ве 68 человек, предав ему по договору здание культа и обязав в 2-х недельный срок представить опись имущества в Административный отдел Моссовета»[6].

Сейчас это только лишь архивные документы, которые пылятся на полке. Но трудно представить, какое горе и страдание заключаются в словах «передать храм», «запретить в священнослужении», «не поминать бывшего патриарха Тихона». Сухие, скупые, лаконичные строки не могут передать всего того, что происходило тогда в Москве, какие муки и боли, страхи и опасения испытывали верные Патриарху священнослужители. Но даже по этим документам можно судить о той трагедии, которая прокатилась тогда по Москве.

Агитационная борьба против Патриарха Тихона

С освобождением Патриарха Тихона произошло массовое возвращение верующих, особенно духовенства, из обновленчества под омофор Патриарха. Обновленческая церковь стремительно теряла свое влияние — люди ее не поддерживали, особенно это стало заметно к 1924 году. В такой ситуации обновленцы начали массово выпускать агитационные циркуляры против Патриарха. В нижеприведенном документе можно по пунктам прочитать все обвинения, которые использовали обновленцы для дискредитации Святейшего (наиболее значимые места документа выделены мной. — Ред.).

«Ответ Священного Синода на “Послания Группы (...) Православно-Канонической Церкви”, возглавляемой П. Тихоном от 7-VI-24 года в 8-ми пунктах.

Священный Синод [обновленческий], приемля заключительные слова послания с заветом апостола: ничего не делайте по любопрению или по тщеславию. Не о себе каждый заботься, но каждый о другом (Филипп. 2-3-4), считает своим долгом разъяснить всю неправду послания [патриарха Тихона], как писавшим, так и тем, кому они разсылали, да “не пребудут они во лжи”, “но да познают истину и истина свободит их”. Не будем же заниматься “любопрением”, оставим без внимания брань и ничем не доказанные обвинения отдельных личностей. Не в личности дело, а в идее.

Первые три пункта послания говорят о том, что принятие Красницкого и др. членов “Живой Церкви” п. Тихоном еще не совершилось, что Красницкий должен публично покаяться и в Церкви и в печати, отказаться от программы “Ж.Ц.” и до Собора не принимать участия в делах управления, иначе Церковь отложилась бы от него, смотрела бы на него как на лицо, возглавляющее “Ж.Ц.” и добровольно вышедшее из Православно-Канонической Церкви.

Что же могут сказать авторы послания теперь, когда в Известиях ЦИК №146 от 3 02 VI напечатаны подлинные документы с подписями патриарха Тихона и митрополита Тихона, Серафима и Петра, где без всяких условий Красницкий и ко. включены в состав ВЦС, когда Красницкий на основании этого соглашения, устраивает по храмам Москвы собрания и в №151 от VII разъясняет законность своих действий.

Обновленцы подняли вопрос русификации богослужебных текстов. 

П. 4 и 6 послания обвиняют Синод в стремлении низвергнуть Патриарха, в доносах на него и других иерархов, словом, в гонении на церковь.

Священный Синод образовался в августе 1923 года, когда п. Тихон Собором 1923 года в мае уже был лишен не только патриаршества, но и монашества. Стремиться низвергнуть низложенного нет смысла; это значило бы ломиться в открытую дверь. Наоборот, Священный Синод с первых дней своего существования стремится к примирению, и не по вине Синода, а по властолюбию Тихона прерывались переговоры. Священный Синод ни разу не отказывал ходатайствовать об освобождении тех заключенных, которые обращались к нему, отказываясь от контр-революционной Церковной политики.

Советская Власть, обладая могучим государственным аппаратом, нисколько не нуждается в агентских услугах Синода. Священный Синод никогда не унизил себя до роли политического агента. Не считая себя нравственно-ответственным за благо Церкви, Священный Синод должен был разъяснить православному народу двоедушие и преступный обман тех иерархов, которые по указке своего главы, под видом истинного, канонического православия втягивали Церковь в политику, а доверчивый народ в ужасы контр-революции.

Делая это, Священный Синод выполнял истинные заветы Христа и Апостолов, запрещавших смешивать дело Божие с делом кесаревым и заповедавших нам повиновение властям предержащим.

Что касается забот Священного Синода Церкви, то лучшим доказательством служит то, что успел сделать Синод: открытие духовных академий и школ, издательство и ходатайство перед правительством от имени Священного Синода о правовом и материальном положении Церкви и дух-ва.

П. 5 отвергает приглашение Священного Синода придти на Предсоборное Совещание. Совещание уже состоялось 10-18 июня, на нем было 400 делегатов, избранных организованным путем съездов всех епархий Российской Православной Церкви. Из 216 епископов, признающих Св. Синод, на совещании участвовало 83. Называть их всех безблагодатными и запрещенными в священнослужении безумие, ибо по канонам Православной Церкви Тихон, осужденный Собором, не только не имеет права запрещать других, но даже и сам не должен дерзать священнодействовать. Собор 1923 года также каноничен, как и собор 1917 года, Синод признан Восточными Патриархами и не признавать его значит отделиться от Вселенской Православной Церкви.

Постановления Константинопольского Патриарха Григория VII и его Св. Синода от 6-го мая об отстранении Тихона от управления Русскою Православною Церковью называет “пустяками”. Между тем Вселенские Соборы ( II, 3; IV, 7 и 28 и VI, 30) - присвоили Константинопольскому патриарху титул Вселенского — ему одному усвояют право принимать аппеляции на Поместные Соборы, он является Верховным судией для православных христиан всех стран. Россия, кроме того, приняла крещение именно от Константинопольского Патриарха и вся русская церковь всегда считала и считает Константинопольскую Церковь своею Матерью. Такого мнения всегда держался и б. Патриарх Тихон и только теперь, цепляясь за власть, показывает верующим преступный соблазн церковной анархии и церковного раскола.

На п. 8 с призывом к Совещанию о покаянии и подчинении “Святейшему” — Великое Предсоборное Совещание уже ответило категорически: “Священный Синод единственный канонически закономерный Высший орган управления Российской Православною Церковью: единственная догматико-каноническая основа церковного строительства — соборное начало: “патриаршество, принесши Русской Церкви огромные бедствия, должно быть бесповоротно, навсегда похоронено”.

Тихоновцы, в большинстве случаев введенные в обман, могут быть приняты в каноническое общение. Бывший патриарх, а ныне мирянин В.И. Беллавин отныне член или глава Тихоновской секты или раскола, но не глава Русской Православной Церкви.

Для него один исход — всенародное покаяние в своих тяжких грехах перед Церковью и смиренное ожидание, как милости, прощения, но без всякой надежды на руководительство церковными делами.

Вышеизложенное Священный Синод предлагает Епархиальному Управлению к сведению и руководству.

За председателя Священного Синода митрополит Вениамин»[7].

Через два месяца снова выпускается циркуляр, в котором обновленцы делают новый шаг: пропагандируют не столько против Патриарха Тихона, сколько против самого института патриаршества.

«№145. Июль 23 1924 г.

Циркулярно. Московское Епарх. Управл.

По заслушании доклада профессора А. Покровского.

Институт Патриаршества, восходящий своими историческими корнями к идеалам языческого Рима, явился отражением государственного строя. Он был в Византии так и у нас в России (омирщение, бюрократизация). Этот нарост на теле Церкви, не дав ничего положительного Русской Церкви, был источником огромных бедствий Церковных, нестроение, разделение Церквей, русский раскол старообрядчества, Украинская липковщина, наша современная церковная разруха. Поэтому независимо даже от волнующей всех нас личности его современного носителя самый институт Патриаршества должен быть окончательно изжит у нас и бесповоротно и навсегда похоронен в могиле исторического забвения, откуда он случайно и ошибочно был недавно извлечен в тяжелую минуту нашей растерянности и упадка духа, отчего мы теперь и можем считать себя окончательно освободившимися.

За Предс. Св. Синода митрополит Вениамин»[8].

В сентябре уже выпускается обращение не такого спокойного и размеренного содержания, что вышеприведенные циркуляры. В этом документе виден весь пыл информационной борьбы обновленцев с Патриархом. Возникает впечатление, что в обращении выплескивается бессильная, не могущая ничего поделать злоба. На это время как раз приходится большой отток духовенства и верующих из обновленческой церкви в Патриаршую. Документ очень интересен, и мы сочли его дать полностью

«Циркулярно №198.Сентябрь 1924 г.Моск. Епарх. Управл.

Обращение Архипастырям и Пастырям Российской Православной Церкви от Священного Синода.

От длительной церковной разрухи сердца истинно и искренно верующих обливаются кровью: тщательно (исправ.: тщетно) ищут они выхода из создавшегося тупика. А наряду с ними большинство руководимых “своим патриархом”, поднявшим церковную бурю, не видят и не хотят видеть этой печальной церковной непогоды. Им кажется все благополучным в церкви. “Своего патриарха” они боготворят, каждое его действие, как бы оно не было благоразумно, они считают священнодействием. А кто дерзает указать на его неправоту, кто видит, в какую бездну ведет он Церковь Христову, и смело заявляет об этом, тех они с благословения своего “высокого руководителя” проклинают и всячески поносят, не стесняясь никакими приемами: ложь и клевета — обычные их спутники в борьбе с несогласными. Они не хотят видеть и понимать, что этим путем они, как никто, разрушают то великое и святое дело, которому думают честно служить.

На эту позорно разрушительную деятельность их нам не хотелось бы обращать внимания — ложь ее слишком очевидна для зрячих и разумных, но должно быть таков неумолимый закон привлекательности лжи, что именно к ней тянутся массы и отходят от истины. Ее грязные волны достигают и смущают даже тех, которые были с нами, а теперь к прискорбию некоторые из них отошли от нас. А сколько таких, которые, измучившись в борьбе с нечестным врагом, зовут нас к постыдному примирению во что бы то ни стало с Тихоном и его последователями. Все это вынуждает нас обратиться к Вам, честным борцам за церковно-христианскую правду, с бодрящим словом призыва к вашему благоразумию.

Вы устали от борьбы, не видя успеха от нее. Вы терпите лишения и оскорбления. Ваши стоны доходят до нашего слуха. Но скажите по совести, ужели вы могли надеяться на быструю победу в таком сложном и трудном деле как возрождение церковной жизни? Если так, то вы забыли прошлую историю церкви. Вспомните, в каких муках всегда развивалась и складывалась она. Какие жертвы несли ее творцы. Но они не падали духом, не отступали назад и, тем более, не примирялись с явными врагами церковной правды (испр.: неправды). Ужели теперь, после двухлетней борьбы и трудов с упорными врагами, мы должны возвратиться назад, к старому церковному прошлому; к тому прошлому, которое вытравило из наших душ последнюю всякую идейность, которое заставило нас служить не столько Богу, сколько кесарю, которое гнало из наших рядов все живое и лучшее. Ведь уже давно раздавались протестующие голоса лучших архипастырей, пастырей и мирян против укоренившегося в церкви монархического монашеского управления и подмены данных Христом и Апостолами основ церковной жизни “преданиями старцев” и видами и целями самодержавной гражданской власти, разделявшей подданных на сословия в мирской жизни и проведшей тот же принцип, к стыду нашему, в церковную жизнь. Вспомните епархиальные съезды в период времени с 1905-1917 гг. Какие тогда раздавались сильные призывные голоса к новой церковной жизни. Какие слышались обличительные речи против затхлости во всех сторонах церковного строя. Прочтите для иллюстрации “Журналы и протоколы Заседаний Предсоборного Совещания за 1906-1907 гг.” или епархиальные ведомости за указанный период. В них вы увидите, какие тогда намечались реформы и какие светлые перспективы открывались на будущее. Но к сожалению, все это стер собор 1917-18 года. На нем с особенной глубиной отразилось реакционное настроение отживших свое время руководителей жизни, которые естественно были недовольны нарождавшемуся новому строю государственно-общественной жизни. Они-то через церковников и решили дать отчаянный бой как новой власти, так и лучшим чаяниям духовенства, особенно белого. Для этой именно цели и было восстановлено патриаршество и был избран патриарх Тихон как испытанный и твердый монархист. Чтобы убедиться в этом, прочтите речи в деяниях Собора 1918 г. перед выборами патриарха. И Тихон блестяще оправдал надежды своих избирателей: он, как манекен, повертывается в нужную по их воле сторону, совершенно забыв при этом, что он патриарх Церкви, а не кесарь. Из его уст ни разу не раздавалось слов правды Христовой, а срывался лишь гнев, усиливавший и без того разгоревшиеся страсти в обществе. Мрачным саваном облек он Церковь Христову. Перед нами проходят тени преждевременно умерших, безотчетно отдавшихся его водительству. Мы усиливаемся найти хотя бы одно светлое пятнышко в его деятельности и не находим. Ужасом веет от его старческой личности, роднящей его по деяниям с худшими иерархами давно прошедшего времени, и, однако, вы скажете, за ним идут, а нас не признают и не слушают. Ужели и нам, руководителям народной религиозной жизни, следует идти за Тихоном только потому, что за ним идет народ. Ведь это самый ненадежный аргумент: идут и должны идти за истиной, а не за теми хотя и большинством, для которых истина сосредоточена в желудке и кармане. Не такими интересами, конечно, должны руководиться те, которые носят звание архипастырей и пастырей. Нам должно твердо помнить наши звание и призвание и не метаться в угоду политиканствующих и желудку двух берегов, подобно и мощным нашим братьям, приветствовавшим нас, а затем постыдно и клятвопреступно преклонившихся перед Тихоном.

Правда, нас зовут к объединению с Тихоном и его последователями во имя христианского всепрощения и церковного мира — основания почетные и конечно достойные внимания. Но ужели вы думаете, что мы чужды Христовой любви и не хотим церковного единства. Мы готовы всех обнять любовью и всех покрыть прощением. Но если этой любви не примут. Если виновные не признают своей вины, а напротив возлагают ее на других, если ослепленные гордостью отсекают нас без всякой вины и суда от Церкви Христовой, объявляя нас безблагодатными и внецерковными, если в устроении церковной жизни руководятся прежними монархическими принципами, то разве возможно их деяния покрыть любовью и от объединения с ними ждать мира для церкви. Нет, пусть бушует церковная буря. Пусть вздымаются волны и относят от нас неустойчивых к тихоновской неправде. Мы не можем и отказываемся объединять правду с неправдой, реакцию с прогрессом. Мы не можем возвратить церковь к прежнему строю — прислушницы земных вельмож и архиерейского самодержавия, часто обращавших ее в свою вотчину с рабами пастырями. Для всех, кому дороги интересы церкви, кто любит Христа и Его правду, нет иного пути к утверждению и славе Божественного основателя Церкви, как руководство соборным же разумом верных ей чад. Иной путь, хотя и кажется теперь многим гладким, заманчивым и легким, несомненно, приведет Церковь к гибели. Внешнее величие соединенное с внутренней фальшью недолговечно, оно может ослепить неразумных, может тешить слух и радовать сердце людей, живущих моментом и известным корыстным настроением. Но ведь Церковь, как вечная по своему назначению, должна строиться не по внешним господствующим в мире в известный момент формам, не по изменчивым прихотям толпы, а по соответствующим ее природе вечным принципам Христа. Сравните, но только беспристрастно, Церковь прошлого, руководимую и поддерживаемую ныне бывшим патриархом Тихоном, по ее внутреннему и внешнему строю, с церковных времен Апостольских и скажите, что в ней осталось от их духа. Не все ли здесь окаменело, не все ли обмирщилось. Глава церкви — Христос Спаситель — вытесняется из народного сознания мирским главой — Тихоном, заповеданная им своим преемником, кротость и смирение — заменены злобой и гордостью. «По плодам их узнаете их» — говорил Христос о своих последователях. Посмотрите же на Тихона, именующего себя отцем отцов, посмотрите на его последователей и скажите по совести, что сеет он кругом себя и чем [они] дышат. Но что ж из этого. Шли за Каиафой, считали Варавву выше Христа, предпочитали великому Златоусту северианов (...) и им подобных»[9].

Буквально через месяц обновленцы выпускают новый циркуляр, по содержанию которого они уже больше обеспокоены не столько переманиванием верующих, сколько смущением и растерянностью внутри своей церкви. По циркуляру можно судить, что были сильны настроения покаяния и возвращения обратно под омофор Патриарха.

«Моск. Епарх. Управлению Входящий №212 14 окт. 1924 г.

Реформаторы-обновленцы требовали также упразднить иконостас, чтобы действия священника были видны молящимся. 

За последнее время под влияние лживых слухов, повсюду распространяемых тихоновцами о Синоде и подведомственном ему духовенстве, на местах даже у руководителей церковной жизни замечается смущение и растерянность. Борьба с бывшим патриархом Тихоном кажется многим бесплодной, и они считают наилучшим выходом из создавшегося положения для церкви примирение с Тихоном, что усиленно предлагают сделать нам.

Священный Синод с негодованием отвергает эту меру, считая ее не спасением, а гибелью для церкви: тот кто раз вверг Церковь в горнило бедствий, не может быть ее спасителем. Этот бывший церковный вождь, не смотря на то, что на его стороне численный перевес в последователях и капитале до сих пор, не может организовать при себе никакого управления. Это следует учесть всем и не увлекаться его призрачным могуществом. Мир с Тихоном, повторяем, гибель для Церкви, это должны помнить все, кто только не лишен здравого смысла; чем резче будет проведена грань между Тихоном и нами, тем скорее настанет победа. Сдавать свои позиции особенно теперь нет никаких оснований. Тихон в данный момент слабее, чем когда либо: сама жизнь сметет его и вырвет с корнем как бесплодную смоковницу. «Уже и секира при корене древа лежит». Не опускайте же руки, честные и верные труженики. Не оглядывайтесь назад — вперед простирайтесь, прошлое забывая”. Раз навсегда откажитесь от мысли на соглашательство с несогласуемым: все равно Синод никогда не пойдет по этому пути. Ему яснее, чем Вам, видно спасение Церкви, доверьтесь же ему, и с удвоенной энергией разоблачайте тихоновскую неправду и не ищите напрасно путей примирения с непримиримым. Помните, Тихон не вождь Церкви Православной, а глава секты, идущей против жизни и интересов подлинной Православной Христовой Церкви. Константинопольский патриарх Григорий VII на запрос греческих церквей Владикавказа, какому епископу подчиняться: синодальному или Тихоновскому, ответил, что единственно законным епископом является Синодальный.

Зам. Предс. Св. Синода митрополит Вениамин»[10].

1924-1925 гг. — время массового возврата духовенства и верующих в Патриаршую Церковь. Такого поворота событий обновленцы совершенно не ожидали. До этого момента для них все складывалось благополучно и предвещало полную победу. Однако с освобождением Патриарха Тихона начинается стремительная потеря влияния обновленцев на души верующих, и это отчетливо видно по их посланиям и циркулярам, где используется любая ложь и клевета для дискредитации Святейшего. Это было, прежде всего, показателем их слабости и неуверенности в своих силах. В это же время обновленцы начинают вести активную деятельность в другой, не менее важной стороне жизни Церкви — богослужебной, где реформами и нововведениями пытаются привлечь к себе верующих.

К вопросу о богослужебных реформах

В начале 20-х гг. обновленцы призывали к богослужебным реформам. Это был период самых бурных нововведений и поисков. Правда, потом от всего этого им пришлось отказаться — народ не поддержал.

В 1924 г. глава обновленческого союза «Церковное возрождение» Антонин Грановский заявил: «Реформационная тенденция — это основа, нерв и душа СЦВ [«Союза церковного возрождения» — одной из обновленческих группировок]». А. Введенский, накануне собора 1923 г. призывал: «Богослужебная реформа необходима нисколько не меньше... Тихоновская Церковь не желает реформы: косная по психологии, реакционная политически, она реакционна и в религиозной области. Никакие обоснования уже изжитого невозможны; реформа церкви, реформа самая радикальная неизбежна»[11].

В программе церковных реформ, намеченной «Живой церковью» (еще одной из обновленческих группировок) в 1922 году, выдвигались следующие требования:

«1.       Пересмотр церковной литургии и устранение тех наслоений, которые внесены в православное богослужение пережитым периодом союза церкви и государства и обеспечение свободы пастырского творчества в области богослужения.

2.         Устранение обрядов, являющихся пережитком языческого миросозерцания.

3.         Борьба с суевериями, религиозными предрассудками и приметами, выросшими на почве народного невежества и монашеской эксплуатации религиозного чувства доверчивых масс.

4.         Приближение богослужения к народному пониманию, упрощение богослужебного чина, реформа богослужебного устава, применительно к требованиям местных и современных условий.

5.         Исключение из богослужения выражений и идей, противных духу всепрощающей Христовой любви.

6.         Широкое вовлечение мирян в богослужение, до церковного учительства включительно»[12].

Обновленцы подняли вопрос русификации богослужебных текстов. Вот что об этом писал журнал живоцерковников «Церковное время»: «Мы желали бы произвести те или другие изменения в области церковных богослужений и требнике с допущением новых обрядов и молитвословий в духе Церкви православной. Главным образом желательны изменения богослужебного языка, весьма во многом непонятного для массы. Эти изменения должны неукоснительно вестись в сторону приближения славянского текста к русскому. Обновление должно идти с постепенностью, без колебания красоты православного богослужения и его обрядов»[13].

То же самое можно прочитать и в программе еще одной группы обновленцев СОДАЦ («Союза общин древлеапостольской Церкви»), составленной А. Введенским: «Мы стоим за очищение и упрощение богослужения и приближения его к народному пониманию. Пересмотр богослужебных книг и месяцесловов, введение древнеапостольской простоты в богослужение, родной язык взамен обязательного языка славянского»[14].

Епископ Антонин (Грановский) перешел от слов к делу и в 1923 г. составил реформированный чин литургии на русском языке. Литургия служилась в вечернее время в Москве в Заиконоспасском монастыре. На соборе «Союза церковного возрождения» 1924 г. была принята следующая резолюция:

«1.       Переход на русский язык богослужения признать чрезвычайно важным и ценным приобретением культовой реформы и неуклонно проводить его, как могучее оружие раскрепощения верующей массы от магизма слов и отогнания суеверного раболепства перед формулой. Живой родной и всем общий язык один дает разумность, смысл, свежесть религиозному чувству, понижая цену и делая совсем ненужным в молитве посредника, переводчика, спеца, чародея.

2.         Русскую литургию, совершаемую в московских храмах Союза, рекомендовать к совершению и в других храмах Союза, вытесняя ею практику славянской, так называемой Златоустовой литургии»[15].

Реформаторы-обновленцы требовали также упразднить иконостас — многовековую традицию Церкви — чтобы действия священника были видны молящимся. Так поступил епископ Антонин в Заиконоспасском монастыре, выдвинув престол из алтаря на солею. Вот что он об этом говорил: «Народ также требует, чтобы он мог созерцать, видеть то, что делает священник в алтаре во время богослужения. Народу хочется не только слышать голос, но видеть действия священника. Союз “Церковное возрождение” дает ему требуемое»[16].

«Живая церковь» в этом была единогласна с Церковным возрождением: «Мы горячо приветствуем совершение главнейшего богослужения Святейшей Евхаристии открыто на глазах молящихся, с непосредственным участием всего Тела Церкви Христовой — архипастырей, пастырей и мирян»[17].

Все вышеперечисленные нововведения практиковались главным образом в СЦВ. В обновленчестве не было конкретного единого реформированного устава. Но нижеследующий документ — попытка упорядочить, внести единообразие в литургическую жизнь.

«Циркулярно Входящее №143 22 июля 1924 г. Моск. Епарх. Управл.

Великое Всероссийское Предсоборное Совещание, заслушав доклад Высокопреосвященнейшего Димитрия о Богослужебном языке и литургической реформе, определяет:

1.         Составить постоянную комиссию при Священном Синоде, руководящую частными и коллективными трудами по исправлению и упрощению Богослужебного текста и по вопросам литургической реформы вообще;

2.         признать допустимым и желательным чтение по русскому Синодальному переводу паремий, евангелий и апостолов, а также пения стихир и канонов, переведенных уже на русский язык, где подготовлены к этому верующие миряне;

3.         вводить частично, где представляется возможность, совершения богослужения частного и общественного, не исключая и литургии на русском языке, в одобренной священным Синодом редакции;

4.         богослужение на украинском и других языках допускается беспрепятственно;

5.         изменение в богослужебных чинах и уставе, регулирующим вообще жизнь верующих иноков и мирян, не допускается без санкции Собора;

6.         представить свободу творчества Богослужения, согласно постановлению собора 1923 года при непременном условии благословения новых реформ службы местной Епархиальной властью, которая в необходимых случаях сносится со Священным Синодом.

Предс. Св. Син. митрополит Вениамин»[18].

Как уже отмечалось выше, многие из документов вводятся в научный оборот впервые и цитируются в настоящей статье полностью. Это связано, в первую очередь с тем, что на сегодняшний день нет полного сборника документов по обновленческому расколу.

В заключение повторим, что обновленчество не просуществовало и четверти века как самостоятельное движение. Оно не прижилось по ряду причин. В силу конкретных исторических и политических обстоятельств, когда искренние реформаторы были оттеснены на задний план приспособленцами государственного аппарата. Также обновленцы ошиблись в тактике деятельности — верующие не были готовы к таким радикальным реформам. Наконец, большой удар по репутации и авторитету реформаторов нанесла их скандальная связь с ГПУ. Обновленчество стало, как и задумывалось изначально Троцким, «выкидышем».

 

Бабаян Георгий Вадимович

 

Ключевые слова: обновленчество, Московская епархия, документы, циркуляры, реформы.



[1] ЦИАМ. Ф. 2303. Оп. 1. Д. 2. Л. 1.

[2] Там же. Л. 18.

[3] Там же. Л. 3.

[4] ЦГАМО. Ф. 66. Оп. 18. Д. 314. Л. 3.

[5] Там же. Л. 5.

[6] Там же. Л. 8.

[7] ЦИАМ. Ф. 2303. Оп. 1. Д. 12 ч. 2. Л. 87-88.

[8] Там же. Л. 96.

[9] Там же. Л. 112-113.

[10] Там же. Л. 116.

[11] «Известия» 28.04.1923.// Современное обновленчество — протестантизм «восточного обряда». Сборник. / Сост. Н. Каверин. — М.: ОДИГИТРIЯ, 1996. —С. 33.

[12] «Живая Церковь». 1922. №10 // Современное обновленчество — протестантизм «восточного обряда». С. 33.

[13] «Церковное знамя». 1922. 15 сент. №1 // Современное обновленчество — протестантизм «восточного обряда». С. 37.

[14] «За Христа». 1922. №1-2 // Современное обновленчество — протестантизм «восточного обряда». С. 37.

[15] Левитин-Краснов А., Шавров В. Очерки по истории русской церковной смуты. — М.: Крутицкое патриаршее подворье, 1996. — С. 580.

[16] Труды первого Всероссийского съезда или Собора Союза «Церковное возрождение». — М., 1925. — С. 25 // Современное обновленчество — протестантизм «восточного обряда». С. 40.

[17] «Церковное знамя». 1922. 15 сент. №1 // Современное обновленчество — протестантизм «восточного обряда». С. 40.

[18] ЦИАМ. Ф. 2303. Оп. 1. Д. 12 ч. 2. Л. 93.


Новости по теме

Обновленческое движение в Русской Православной Церкви (с начала XX века до 1943 года) Часть 2: Начало раскола и его расцвет Георгий Бабаян Участники обновленческого движения при первой же возможности поспешили взять Церковное управление в свои руки. Делали они это при поддержке советской власти, которая желала не только распада прежде единой Русской Церкви, но и дальнейшего деления ее расколотых частей, которое и произошло в обновленчестве между им же устроенными Съездом белого духовенства и Вторым Поместным Собором.
«Борьба со страстями и укоренение в добродетелях по прп. Паисию Святогорцу». Часть 2: «В чем проявляется сребролюбие (по прп. Паисию Святогорцу)». Иерей Василий Родионов Наверное, многие, услышав слово «сребролюбие», скажут, что не страдают этой страстью — дескать, нам на жизнь-то не хватает, а потому о какой любви к деньгам и накопительстве речь? Однако всё ли так просто и неужели лишь материально обеспеченные люди подвержены этому греху? В этом помогут разобраться поучения старца Паисия о бескорыстии, жертвенности и справедливости, которые представлены нами во второй статье цикла о страстях и добродетелях.
ИСТОРИЯ РОССИИ Часть 2. Последствия захвата власти большевиками. – Раздор в антибольшевистской оппозиции. – Разгон Учредительного собрания и утверждение однопартийной диктатуры. – Создание регулярной Красной Армии Анатолий Смирнов Последствия захвата власти большевиками. – Раздор в антибольшевистской оппозиции. – Разгон Учредительного собрания и утверждение однопартийной диктатуры. – Создание регулярной Красной Армии.

ekaterina

Комментарий от Иван

Считаю русификацию богослужения шагом к расколу нашей церкви по национальному признаку: ведь тогда и в Украине, и в Белоруссии захотят сделать подобное со своими языками, а потом и о полной отпадении объявят. А это значит, что наша Церковь, одна из немногих сил на постсоветском пространстве, служащая объединению, перестанет играть эту роль, что чревато тяжелыми последствиями. Церковнослвавянский язык является общим для наших братских народов величайшим культурным и духовным достоянием: пока он жив - Русь жива.

что значит - народ не понимает, народ понимает гораздо больше, чем кажется людям пищущим такие строки, зачем говорить за всех, прекрасные тексты богослужебные на церковнославянском языке периодически хочется кому-то упростить и отнять древнюю силу  и красоту богослужебных текстов и молитв, кому это так хочется, уж точно не "народу"

Ответить

Иван

Комментарий от Иларион

Статья замечательная. Но есть свои минусы. Например, к негативу четко присоединяют упразднение иконостаса и русификации богослужения (выделено отдельно). Складывается ощущение, что только обновленцы были "за" упразднение иконостаса и перевод богослужения на русский язык. Считаю, что можно и даже нужно обвинять обновленческое движение в раскольнической деятельности и в поругании канонов. Но упразднение иконостаса и русификация богослужения - явления не отрицательные. Не будем забывать, что ранние христиане никаких иконостасов не имели. Да и что, если не будет иконостаса, то не будут совершаться Таинства? По поводу русификации богослужения: да, сложно сейчас перевести все службы на русский язык, который не такой певучий и богатый, как церковнославянский. Однако ничто не мешает читать Священное Писание (Паремии, Апостол, Евангелие) на русском языке. Все прекрасно знают, что народ те же Ветхозаветные чтения и Апостол на церковнославянском плохо понимает. Так зачем ставить людей в неловкое положение? Спаси Господи!

Считаю русификацию богослужения шагом к расколу нашей церкви по национальному признаку: ведь тогда и в Украине, и в Белоруссии захотят сделать подобное со своими языками, а потом и о полной отпадении объявят. А это значит, что наша Церковь, одна из немногих сил на постсоветском пространстве, служащая объединению, перестанет играть эту роль, что чревато тяжелыми последствиями. Церковнослвавянский язык является общим для наших братских народов величайшим культурным и духовным достоянием: пока он жив - Русь жива.

Ответить

Андрей

Большое спасибо автору за статью. Милин погост, упоминаемый в ней, сейчас входит в поселок им. Цюрупы Воскресенского р-на, храм сохранился.
Илариону: я за чтение Священного писания в храме только на церковнославянском. Но по-моему мало пособий и словарей по языку Библии.

Ответить

Нина

Интересно читать , тем более , что сейчас в Украине у нас раскол. Боль и грусть от того , что происходило и что сейчас у нас. Я за церковнославянский язык в богослужении. Если считаться с тем , чтобы ''не ставить людей в неловкое положение...'' , то можем далеко пойти , т.к. ''неловкое положение'' у каждого - свое.
Так можно и Само Слово потерять и не найти.

Ответить

Иларион

Статья замечательная. Но есть свои минусы. Например, к негативу четко присоединяют упразднение иконостаса и русификации богослужения (выделено отдельно). Складывается ощущение, что только обновленцы были "за" упразднение иконостаса и перевод богослужения на русский язык. Считаю, что можно и даже нужно обвинять обновленческое движение в раскольнической деятельности и в поругании канонов. Но упразднение иконостаса и русификация богослужения - явления не отрицательные. Не будем забывать, что ранние христиане никаких иконостасов не имели. Да и что, если не будет иконостаса, то не будут совершаться Таинства?

По поводу русификации богослужения: да, сложно сейчас перевести все службы на русский язык, который не такой певучий и богатый, как церковнославянский. Однако ничто не мешает читать Священное Писание (Паремии, Апостол, Евангелие) на русском языке. Все прекрасно знают, что народ те же Ветхозаветные чтения и Апостол на церковнославянском плохо понимает. Так зачем ставить людей в неловкое положение?

Спаси Господи!

Ответить