Монашество и жизнь в миру – единый путь

Московская Сретенская Духовная Семинария

Монашество и жизнь в миру – единый путь

Алексей Сидоров 23055



Мы привыкли проводить четкую разделительную черту между монашеством и семейной жизнью, но принципиальной разницы между ними нет просто потому, что это один и тот же путь – путь к Богу. 

Сегодня часто говорят, что нынешнее христианство сильно отличается от христианства прошлого, ибо мир коренным образом изменился и современная цивилизация накладывает мощный отпечаток на бытие Церкви. Поэтому условия спасения сейчас для нас несколько другие, чем те, которые предлагали и предлагают святые отцы. На мой взгляд, подобное суждение глубоко ошибочно, ибо мир изменяется лишь во внешних и, надо сказать, несущественных своих формах, как это ни парадоксально звучит, поскольку суть человеческой жизни после грехопадения остается прежней.

Христианство прежних веков и нынешнего времени нисколько не отличаются

Христианство прежних веков и нынешнего времени нисколько не отличаются. Задачи христиан в деле спасения остаются теми же: исполнять заповеди Господни, молиться, поститься, участвовать в богослужении, делать добрые дела. Все это ведет к стяжанию духа мирного, о котором в свое время говорил преподобный старец Серафим. Не изменилось за историю христианства и главное – стараться избегать двух главных грехов: осуждения («Не судите, да не судимы будете», Мф. 7:1) и неблагодарности («Всегда радуйтесь. Непрестанно молитесь. За все благодарите: ибо такова о вас воля Божия во Христе Иисусе», 1 Фес. 5:16-18). Если есть в твоем сердце благодарение, если ты никого не осуждаешь, то «дух мирен» потихонечку приходит в твою душу.

Осуждение же отступает тогда, когда человек любит не абстрактной любовью все человечество[i], но любит каждого отдельного человека, а уже через эту любовь учится любить и весь мир, частью которого всякий человек является. Примечательные слова есть у святого апостола Иоанна Богослова: «Не любите мира, ни того, что в мире: кто любит мир, в том нет любви Отчей» (1 Ин. 2:15). Что же это, значит, не надо любить творение Божие? Нет, наоборот, его нужно любить, нужно восхищаться им и радоваться ему. Но под «миром» здесь понимается грех, исказивший красоту тварного мира и губящий ее. Тогда, конечно, от этого греха и от жизни во грехе надо отрекаться. Ведь подлинное содержание мирской жизни не заключается в пребывании в каких-либо клубах, кафе – в занятии тем, что опустошает душу… Труд, чадородие, воспитание детей, работа – вот что подразумевает наша мирская жизнь, вот что составляет истинную ее цель. И это не только можно – нужно любить! И благодарить Бога за все, что Он тебе дает.

Мы постоянно должны воспитывать в себе благожелательность

В чем должна проявляться такая любовь? В нашем отношении к тем, кто рядом с нами. Мы постоянно должны воспитывать в себе благожелательность. Мы должны стараться быть примером любящего человека. Мы должны ко всем относиться при этом мирно, уметь отличать догматическую истину, истину Православия от человеческих отношений.

Посмотрите, православным христианам приходится общаться с разными людьми, разного вероисповедания. Вот у меня был сосед-мусульманин – Ахмед. Мы с ним всегда хорошо общались, можно даже сказать, дружили. Я всегда относился к нему с любовью. Также у меня было много знакомых иудеев, я и их любил, но это не значит, что я исполнял закон Моисеев. Еще пример: в моем доме живет раввин, но я к нему отношусь с любовью. У нас никогда с ним не было никаких диспутов, мы всегда просто и по-человечески искренно относились друг к другу.

Господь говорит, что надо возлюбить не только ближнего, как самого себя (Мф. 22:39), но и врагов (Мф. 5:43-45), а здесь перед нами не враги. Поэтому я и всех своих студентов учу: давайте, как говорится, разделять, одно дело – наша любовь, которая должна проявляться во всем нашем существе. И совсем другое – наши убеждения в вере, которые должны оставаться нашими убеждениями, которые мы должны хранить независимо от добрых и хороших отношений к людям другой веры или национальности.

Научиться такому дружелюбному, мирному и полюбовному отношению к людям мы можем на примерах, впитывая мудрость святых отцов и подвижников Церкви. Есть прекрасная духовная литература, например, «Лавсаик, или повествование о жизни святых и блаженных отцов» или «Древний Патерик», где показывается, что смирение, смиренномудрие, доброе отношение, «дух мирен», о котором мы говорили, – вот то, чему мы обязаны учиться. В монашеской письменности это очень четко проявляется. Монашеская письменность, я бы так сказал, – это сосредоточие всего нашего духовного опыта. Этот опыт мы приобретаем, в первую очередь, личным путем, но поучиться опыту святых отцов нам просто необходимо, чтобы в спешке и горячности не оступиться.

Монашеская письменность – это сосредоточие всего нашего духовного опыта

При этом, конечно, чтение монашеской литературы не означает, что все мы должны становиться монахами. Часто можно слышать, что есть два пути: монашеская жизнь и жизнь семейная. Однако своим семинаристам я обычно говорю: у нас порой не понимают, кто такой монах. Монах – это не столько «один», «одинокий», сколько «единый». Значит это, что он в идеале един с самим собой и с Богом. Но единство с Богом – это идеал не только монашеской, а и вообще всякой христианской жизни. И я бы даже сказал так: монашество и семейная жизнь – это не два разных пути, а две разные обочины одной и той же дороги. Что очень важно, и та и другая стезя ведет к единой цели. А опыт достижения этой цели как раз и сосредоточен в основном в монашеских книгах.

Конечно, нужно признать, что монашеская стезя более короткая. Мирская стезя, которой я, например, проходил и прохожу до сих пор, связана со многими житейскими попечениями. Хочешь не хочешь, но ты должен многое делать. Если ты человек семейный – у тебя жена, дети, – ты должен о них заботиться, и тут могут быть всякие трудности и даже неприятности. Особенно важно для людей семейных понять и всегда помнить, что чадородие является великим подвигом и необходимым условием для спасения. У монаха – свои заботы и свои огорчения. Как-то я у одного спросил: «Ну что, отец, молишься?» А он мне в ответ: «Да какой там молюсь! У меня так желудок болит, что ничего на сердце нет (имеется в виду молитва)». Болезни – это тоже монашеское делание.

Однако в мирской жизни всякого рода попечения преизобилуют и непрестанно отвлекают от Бога. Встать на утреннюю, вечернюю молитву, в храме побывать, помолиться, приобщиться, причастившись, Богу иногда очень тяжело. Наши попечения нас раздергивают, отвлекают и не дают сосредоточиться. Отцы это явление называли «περισπασμός», то есть собственно «развлечение» и «отвлечение».

Некоторые говорят сейчас часто о том, что надо «развлечься» и «отвлечься». На самом же деле нужно, наоборот, соединиться с самим собой. Монах почему «единый»? Потому что он молится умом и сердцем, сосредотачивается на том, что он – образ Божий. Мы очень много усилий тратим на то, чтобы в мирской жизни этот образ в себе восстановить, но постоянно отвлекаемся от этой главной своей цели. Например, надо идти в магазин: что-то купить жене, допустим, платье или сапоги – старые совсем уже пришли в негодность. Бывает, стоишь на молитве, а в голове у тебя все эти попечения, весь этот мелочный «мусор», и все это мешает тебе. А у монаха – в тех совершенных примерах, которые нам являют святые монахи, такие, как преподобные Пимен Великий, Арсений Великий и другие, – таких попечений не было.

Но сонм святых огромен. В нем не только те святые, которые прославились совершением монашеских подвигов, но много и тех, кто жил в миру, людей семейных, воспитывавших детей и т.д. Но эти люди, посвящая свою жизнь родным и близким, удостоились духовной высоты, например, как святой апостол Петр. Святая Мелания Старшая сначала жила мирской жизнью, а после того, как осталась одна с единственным выжившим ребенком, отдала его на попечение Божие и избрала монашеский путь. Она в своей жизни сочетала два пути, пережив трагедию (гибель ближайших родственников), приняла монашество. Святые Петр и Феврония сначала тоже прожили в браке, а потом приняли постриг.

Более того, нам известны примеры святости и высоты духовной жизни, явленной мирянами, на которых Сам Бог указал для того, чтобы их совершенному житию подражали монахи. С таким случаем мы встречаемся в житии преподобного Макария Египетского.

Думается, настоящая православная мирская жизнь рано или поздно должна приводить к монашеству. Дело даже не в формальном постриге. Мы привыкли проводить четкую разделительную черту между монашеством и семейной жизнью, но, как я уже говорил, принципиальной разницы между ними нет просто потому, что это один и тот же путь – путь к Богу. Главное, что все должны быть едины. И в Церкви мы именно едины. Мы, по словам апостола Павла, составляем одно тело (1 Кор. 12:13). Нужно понимать, что каждый из нас в Теле Христовом выполняет свое назначение, только бы это было ради Бога, во славу Божию и, конечно, ради ближнего.

В этом-то есть неизменная в веках истина христианства.

Алексей Иванович Сидоров,

кандидат исторических наук, кандидат богословия,

доктор церковной истории,

профессор Сретенской духовной семинарии



[i] «Любовь к человечеству — словесный блуд. Любовь к человеку конкретному, на нашем жизненном пути Богом данному, — дело практическое, требующее труда, усилия, борьбы с собой, своей леностью» (архимандрит Иоанн (Крестьянкин).



Новости по теме

«Многие, понадеявшись на свой разум, подверглись заблуждению». Цитаты и наставления святых отцов Сретенская семинария В жизни всякого человека бывает период охлаждения и уныния, когда вера остывает, руки опускаются, и сил, кажется, нет. Как ни парадоксально, но часто всего лишь одна-другая фразы из творений святых отцов Православной Церкви способны помочь в такой момент душе встрепенуться, загореться, настроиться, собраться, чтобы вновь взять свой крест и идти за Христом. Мы предлагаем вашему вниманию цитаты, которые украшают кабинеты и коридоры Сретенской духовной семинарии: они назидают, прежде всего, учащихся, будущих пастырей, но, безусловно, будут полезны христианину любого возраста и образования.
АНТОЛОГИЯ СЕМИНАРСКОЙ ЖИЗНИ. ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ ВОЛОГОДСКОГО СЕМИНАРИСТА. ЧАСТЬ 1 Евгений Грязнов С началом курса семинарии открывалась для ученика область словесного искусства; мало того, на первом же курсе семинарии центр тяжести классных ученических трудов и забот и научного интереса перемещался от древних языков на курс словесности. Семинарист испытывал свои силы на первых шагах сочинительства и рад был, что для него приподнимается завеса этого таинственного искусства.

Армен

Мир вам! Бог есть любовь. И Царствие его есть Царствие любви. Когда мы любим Бога, то наша душа прикасается к Нему и освящается. Независимо монахи мы или семейные. Бог наполняет нас всем необходимым. Только искушения неизбежны. По-моему искушения монахов и семейных отличаются. Но один искуситель и цель одна - погибель души. Братья и сестры, будем хранить себя для Господа, несмотря ни на какие искушения. Хранит вас Бог.

Ответить

Владимир

Как мирянин без мысли о Боге, так и монах без умной молитвы. Как монах с умной молитвой, так и мирянин со страхом Божьим. Как одни сыны  обетования, так и  делающие себя таковыми .

Ответить

Наталья

Спасибо за статью. Хотелось бы посоветовать прочитать на эту же тему письмо к Другу священномученика Илариона (Троицкого) о "Единстве идеала Христова".

Ответить

Наталья

Спасибо Вам за слово. Хотелось бы слышать обо всем этом в храме. Чаще всего там говорят о том, какие все мы, а уж за пределами храма тем паче, плохие. А о ЛЮБВИ, которая бы наполняла нас, замалчивается. Вот и сеется самоедство или гордыня, осуждение и зависть. Храм конечно можно и нужно менять в большом городе, но так не хочется тратить время на дорогу. Еще раз благодарю, Алексей Иванович!

Ответить

Дмитрий Скрылев

Спаси, Господь! Действительно, в жизни можно сочетать семейный путь и путь полного посвящения себя Богу.

Ответить

Елена

Как хорошо сказано:Единый-един с самим собой и с Богом."

Ответить

Александр

Спасибо за статью!

Ответить

Наталья

Алексей Иванович, спасибо за интересную и полезную  статью!

Ответить