Католические и протестантские миссии в истории Китая: I―XIX вв.

Московская Сретенская Духовная Семинария

Католические и протестантские миссии в истории Китая: I―XIX вв.

Диакон Александр Поляк-Брагинский 1138



Для жителей Поднебесной судьба народа и судьба страны тесно переплетены с христианством. Но история жизни христианских миссионеров, их появления и проповеди в Китае требует отдельного рассмотрения, так как среди тех, кто прошел через множество восстаний и гонений и приводил к вере китайское население, были и другие, которые искали политическую пользу, делились на разные миссионерские общины или же создавали свое, искаженное учение о Боге.

Содержание:

  • Появление католичества в Китае до XIX века
  • Направления католических миссий в XIX веке
  • Протестантские миссии и крестьянское движение тайпинов
  • Появление католичества в Китае до XIX века

    В начале XIII века в Китае появляются католические миссионеры, прибыв­шие с европейскими купцами. «Первым из католиков в Китае обосновался фран­цисканский миссионер итальянец Джованни да Монтекревино». Прибыл он в Пе­кин по приказу Папы Иннокентия IV в 1294 году и пробыл там до своей смерти. Император разрешил обратить несториан в католичество, но многие не захотели переходить в другую веру. Есть письма, в которых Джованни жалуется на враждебное отношение несториан в Китае к представителям римской церкви. Но в этих письмах видна ра­дость и удовлетворение хотя и тяжелой, но все же успешной деятельностью мис­сионера в Срединной империи. Джованни да Монтекревино, вместе со своими сподвижниками, построил костел в 1299 г. и крестил около 5 тыс. Человек, в том числе и императора[1]. В 1307 году Папа Климент V (1305-1314) назначил Монтекревино архиепископом Китая и ему в помощь отправил еще несколько еписко­пов. Но в конце века престол занимал францисканец фран­цуз Шарль. В 1384 году Папа Римский объявил об упразднении епископата в Пе­кине[2], в том числе и по политическим причинам. После этого начался христианство в Поднебесной снова пошло на спад.

    «В 1515 г. в гавани Тамао у берегов южнокитайской провинции Гуандун близ города Гуанчжоу (Кантон) бросил якорь корабль португальского капитана Жоржа Альвареша... В 1517 г. к Тамао подошла целая флотилия: 5 португаль­ских кораблей и 4 малаккских судна под командованием Фернао д’Андраде», он доставил дары для главного правительства. Главной целью европейцев была тор­говля, но одним из важных направлений их деятельности было и миссионерство. Только это было не желание принести истину, а лишь облегчить торговлю, что заложило новый тон для проповеди, который очень негативно отразился на христианстве в более поздние века.

    В 1579 году Микеле Риджиере составил первую миссионерскую работу на китайском языке “Тяньчжу шилу” (“Подлинные записи о Небесном Господе”)

    В 1555 году Мельхор Нанобаррето сделал попытки организо­вать миссионерскую деятельность в Гуанчжоу, после него пытался организовать миссионерство монах-доминиканец Гаспар Да Куру, который в 1556 году прожил несколько ме­сяцев в Китае. В дальнейшем было еще несколько неудачных попыток проповеди. «Всего в середине XVI века в Китае безуспешно пытались основать миссию 25 иезуитов, 22 францисканца, 2 августинца и 1 доминиканец. В 1577 г. по пути в Японию останавливался в Макао известный иезуитский миссионер Аллесандро Валиньяно, вызвавший для работы в Китае из Индии Микеле Руджиери»[3]. В 1579 году Микеле Риджиере сделал первые попытки проповеди христианства среди населения Гуандуна и «составил первую миссионерскую работу на китай­ском языке “Тяньчжу шилу” (“Подлинные записи о Небесном Господе”)»[4].

    В 1582 г. на юг Китая прибыл итальянский иезуит-миссионер Маттео Риччи, «ставший другом Сюй Гуанци, министра церемоний при императоре Чжу Ицзюне»[5]. Он стал самым знаменитым миссионером в Китае, местные стали называть его Сидоу ― Западный мудрец. Через год, начав писать и говорить на китайском языке, он вместе с Руджиерри переехал из Маккао в местечко Чжаодцин рядом с Гуанчжоу, там они трудились почти четыре года и крестили более 40 китайцев. За все время пребывания в Китае миссионер со своими соратниками крестит более 2000 китайцев. «В 1602 году Маттео Риччи по просьбе императора Ваньли издал первую китайскую географическую карту «Куньюй Ваньго Цюаньту», ко­торая познакомила китайцев с Новым миром»[6]. Также он открыл китайцам механические часы, за что был прозван «богом часов». Умер Маттео в Пе­кине в 1610 году и хоронили его по всем китайским церемониям, на выделенной императорской земле. Его преемником избрали Николо Лонгобарди, который прора­ботал в Пекине до конца своих дней.

    В 1616 году начались гонения на христиан. Одни католические мис­сионеры были посажены в тюрьму, другие высланы из страны, а китайцам запретили принимать христианство. Однако проповедь продолжалась, но в основном только в южных районах Китая.

    Некоторые миссионеры начали заниматься научной работой. Дж. Алени написал несколько религиозно-философских трактатов, а также «по при­казу императора подготовил разъяснения к “Атласу стран планеты Земля”, став­ших основой его знаменитого сочинения «Поземельная опись заморских стран» (“Чжифан вайцзи”). Этот миссионер открыл для Запада иудаизм в Кайфэне и ис­следовал несторианские памятники в Цюаньчжоу... В конце своей жизни он воз­главлял академию в Фучжоу, а за комментарии к текстам Конфуция получил по­четное наименование “Конфуций Запада”»[7]. Восстановлению влияния христи­анства в Китае способствовало открытие в 1623 г. несторианского памятника VIIIвека, который упоминался в предыдущей статье цикла.

    К концу Минской династии миссионерская деятельность иезуитов встре­чала множество препятствий не от Китая, а, наоборот, от Рима. «Папской буллой 1633 года, допустившей для работы в Китае другие католические ордена, была ликвидирована монополия иезуитов в этой сфере»[8]. В Китае началась борьба между разными католическими организациями. Занялись миссионерской дея­тельностью доминиканцы, францисканцы, лозаристы, парижская миссия, пап­ский отдел просвещения. А Папа Римский и вовсе осудил под­чинение иезуитов китайской светской власти в 1704 году.

    «В 1715 г. была обнародована новая папская булла, подтвердившая, под страхом отлучения от церкви, все предыдущие ограничения и запреты, связанные с культурной адаптацией христианства в Китае»[9]. Китайский император был очень недоволен отношением Европы и в 1720 г. фактически запретил миссио­нерскую деятельность. «Активная борьба европейцев с «язычеством», вплоть до давления на китайского императора, вызывала ответные антихристианские настроения в руководстве страны, которые усилились после смерти императора Канси»[10].

    В XVIII веке миссионеры во главе с Маттео Риччи, приблизившись к императорскому двору, стремились примирить христианство с существующими китайскими ритуалами

    Император Юнчджэн, пришедший к власти в 1723 году, запретил католи­ческим миссиям всякую деятельность в 1724 году. Главной причинной стала не­приязнь к тому, что нужно признавать авторитет папы выше авторитета импера­тора[11]. Это был один из важных актов политики дальнейшей изоляции страны от внешнего мира. Всего при Юнчжэне закрыли более 300 христианских церк­вей. Христианские общины, численность которых оценивалась в 300 тыс. чело­век, перестала развиваться. Но репрессии не остановили христианских миссионеров. В 1765-1775 гг. в Китае было обращено в христианство около 4 тыс. человек.

     

    Направления католических миссий в XIX веке

    К началу XIX века, когда Цинская империя пришла в упадок, как уже упо­миналось, началась антихристианская кампания. Этому способствовала деятель­ность иезуитов, протестантов и других западных миссионеров.

    Еще в XVIIIвеке миссионеры во главе с Маттео Риччи, приблизившись к императорскому двору, стремились примирить христианство с существующими китайскими ритуалами. Ко времени приезда Риччи в Китай государственной идеологией в стране было конфуцианство. И оно основывалось на так назы­ваемых канонах ― цзин, которые содержали в себе и передавали глубинную муд­рость древних китайских мудрецов и потому пользовались в Китае большим авторитетом[12].

    Кроме того, большинство иезуитов были убеждены, что еще в самой древ­ности китайцы знали единого Бога. В глазах большей части иезуитов конфуци­анство идентично с lexnaturae(естественный закон [лат.]), «согласно которому жили первые люди до появления иудейской или христианской веры. Также они нашли указания на некий древний китайский монотеизм и в даосизме, и в неоконфуцианстве. Однако не только указания, но и то, что в китайских класси­ческих книгах содержались «намеки на Спасителя, Троицу и другие христиан­ские догматы»[13].

    Все это оформилось в идею так называемого «фигурализма», где в ключе христианского понимания все богатство древней европейской и китай­ской мысли слилось в оригинальную новую систему, рожденную из контекста китайской культуры, где figura― это образ, которым, например, пользовались бо­гословы для связи Ветхого и Нового Заветов и передачи смысла Ветхого как исполнение Нового Завета. Здесь идет речь о так называемой фигуральной экзе­гезе, в которой, например, многие места из Ветхого Завета толковались в связи с Иисусом Христом[14].

    Что касается Китая, то для иезуитов необходимо было связать христиан­ство с помощью фигурализма, выискивая в конфуцианстве самые образы хри­стианства на основании того утверждения, что согласно priscatheologia(древ­нему богословию) «христианская Церковь, утвержденная на все времена и во всех местах, является всеобщей (кафолической) и что все религии и философские системы (а не только иудаизм) через христианство обрели свое завершение»[15]. Кроме того, важно понимать, что в то время для государственных чинов­ников в Китае конфуцианство было обязательным, и потому все они обязаны были сдавать экзамены на знание древних книг, иначе даже и речи не могло идти о продвижении по карьерной лестнице.

    Итак, иезуиты работали в направлении сопряжения древней китайской ре­лигии и христианства. Значительный вклад в связи с этим сделал миссионер Жоахим Буве, который, например, на основе древней китайской «Книги перемен» разде­лил мировую историю на три эпохи, и последней такой эпохой стала искупитель­ная миссия Иисуса Христа, которую он нашел обозначенной через 11-ю гекса­грамму «Книги»: «Век женьдао или «человеческого пути», в который Слово Божие примирило тварь с Богом»[16]. Однако данная тема (фигурализм в китайском богословии) заслуживает отдельного исследования, здесь же главное уже обозначено ― это то, какими методами действовали китай­ские миссионеры на заре своей активной деятельности.

    Возвращаясь к причинам антихристианской кампании XIXвека, необхо­димо сказать, что выше обозначенная деятельность иезуитов вызвала противо­действие других католических орденов, прежде всего францисканцев и домини­канцев. И в этот спор оказался вовлечен Ватикан, вследствие чего миссионерам еще в начале XIXвека было предписано «относиться к китайским религиям и гражданским культам как к идолопоклонству и язычеству (этот запрет действо­вал до 1939 г.). В ответ император Юнчжэн наложил запрет на проповедь хри­стианства, сохранявший свою силу до первой половины XIX в.», пока не совер­шилось поражение Китая в «опиумных» войнах, после чего миссионерам была дана свобода проповеди и владения имуществом[17].

    Однако, что касается непосредственно антихристианской кампании, кото­рая развернулась в годы правления императора Цзяцина, то здесь немаловаж­ными являются два инцидента. Несмотря на то, что в начале своего правления им­ператор Цзяцин относился к христианам достаточно благосклонно, ситуация кардинально изменилась в 1805 году, когда один иезуит отправил в дар Папе Римскому шестнадцатилетнего китайца[18], что, возможно, связано с тем, что в определенное время были испорчены отношения с Ватиканом и католической миссией в Китае.

    Китай ― страна с ограниченным суверенитетом стала полуколонией стран За­пада в экономическом и политическом отношениях

    С 1810 по 1812 год было привлечено к суду 2 тыс. католиков. В 1815 г. в Сычуани, был арестован и казнен апостолический викарий француз-иезуит Габриель Дюфрес. Голову казненного выставили на шесте и провезли по тем де­ревням, где жило наибольшее число обращенных в новую веру китайцев. В 1811 г. все миссионеры, официально не состоявшие на службе, были высланы из Пе­кина[19]. Здесь важно учитывать, что в 1810 г. в Китае распространением христи­анства занималось немного более 30 миссионеров[20].

    Однако ситуация изменилась в связи с «опиумными» войнами. Внутреннее разложение маньчжурской империи, царящая коррупция в государственном ап­парате, отставание от капиталистических держав, в первую очередь, в военном отношении. Китай, никогда по-настоящему не являвшийся морской державой в сложившейся ситуации, когда Запад был максимально заинтересован в торговых сношениях с китайцами, особенно же, что касается ввоза опиума, перед лицом Ан­глии и Франции (которые перевели уже к середине XIX века свой флот с парус­ного на паровой), был фактически беззащитен.

    Опиум разъедал государственный аппарат, потому что в 30-х годах XIX столетия цифра ввоза превысила 20 тыс. ящиков по 65 кг каж­дый. Для Китая, с его 400-миллионным населением, два миллиона курильщиков опиума было, возможно, не так и много, но в их числе были важные чиновники и военные.

    «Идея ввести налог на сам опиум, тем самым узаконив его ввоз, привела англичан к возмущению. И, таким образом, в Англии назрела необходимость открытия для европейской торговли нескольких портов на китайском побережье, а один какой-нибудь порт получить в полную свою собственность»[21]. На этом фоне начались «опиумные» войны. Таким образом, эти войны создали прецедент, который явился рубежным событием для истории христи­анства в Поднебесной. Китай ― страна с ограниченным суверенитетом стала полуколонией стран За­пада в экономическом и политическом отношениях. Поэтому «христианство, как господствующая в Европе и Америке рели­гия, получило свободу, а христиане приобрели определенные преимущества в Китае»[22].

    Итак, все это способствовало активному распространению христианских миссий на территории Цинской империи. Нанкинский неравноправный договор предполагал, что британские подданые, а, следовательно, и миссионеры, должны получить право селиться в пяти «открытых» портах: Гуанчжоу, Сямыне, Нинбо, Фучжоу и Шанхае, «а дополнительный англо-китайский договор 1843 г. устано­вил для английских подданных право экстерриториальности (неподсудность ки­тайскому суду, неприкосновенность личности и жилища и т. п.)»[23]. Подобный до­говор с Китаем заключили и США[24].

    Новые возможности были немедленно использованы, и в 1859 г. в Китае действовали уже 24 миссионерских общества и более 200 пропо­ведников. В новой серии договоров специально оговаривались привилегии ино­странных миссионеров, чтобы они могли свободно проповедовать и за преде­лами портов[25]. Также с 1843 по 1866 год вдвое выросло число католических епи­скопов в Китае[26].

    Благодаря победе англичан в «опиумной» войне и «дипломатическим успехам» американцев и французов европейские миссионеры получили право строить в китайских городах церкви, приюты, госпитали и училища[27]. Однако в данной ситуации была и обратная сторона. Большинство китай­ского населения стало рассматривать христианскую веру в качестве религии ко­лонизаторов и завоевателей, что вызвало противоречивое, но, в большей мере, негативное отношение к ней основной массы китайцев, и поскольку китайские патриоты-националисты не могли принять того факта, что истина пришла в Китай извне, то «христианство раздражало»[28]. И, как отмечает И. П. Гаранин в автореферате к своей диссертации, «Церковь не только благословляла и оправды­вала кровавые походы завоевателей, но и сама являлась их активной участницей. Миссионеры составляли один из передовых отрядов колонизаторов. Христиан­ская Церковь в значительной степени способствовала расширению и укрепле­нию колониальной системы», особенно же в 70-х гг. XIXвека, когда начался процесс перерастания домонополистического капитализма в монополистиче­ский. Миссионерство делает новый шаг «вперед» и «все больше и больше подчи­няется интересам колониальной политики империалистов, усиливается его связь с монополиями и государственным аппаратом»[29]. Несмотря на атеистический настрой работы И. П. Гаранина, свойственный духу времени, в которое она была напи­сана, он говорит, хотя и с пренебрежением о Церкви, но небезосновательно.

    В 1889-1890-х гг. в Китае насчитывалось порядка 657 католических мис­сионеров. Права и привилегии, полученные миссионерами по статьям неравно­правных договоров, давали им широкие возможности вмешиваться во внутренние дела Китая, даже оказывать влияние на его политическую жизнь в интересах своих правительств, а также грубо нарушать законы и обычаи страны. Кроме того, спекуляции земельными участками являлась одним из источников обогащения западно-христианских миссий. Можно сказать, что даже име­лись «такие районы, где целые деревни и волости относились к “сфере влияния” какого-нибудь католического храма»[30].

    Также заслуживает внимания тот факт, что за счет своей деятельности (эксплуатация труда китайского народа) одни только француз­ы в католической миссии в Китае имели к началу XX века имущество на сумму около 37 млн. франков[31].

    Все эти действия как католических, так и протестантских миссий создавали почву для набирающего силу антимиссионерского движения, которое вылилось в восстание ихэтуаней, речь о которых пойдет в следующих статьях цикла.

    Итак, в конце XIX века, согласно данным гонконгского католического журнала “TheRomanCatholicRegister”, в Китае работали 41 католический епи­скоп, 664 европейских священника и 559 священников-китайцев. Католики имели в стране 2000 низших и 34 высших католических школы, 34 монастыря, 3000 церквей и часовен. Китайская католическая паства насчитывала 1 092 813 человек. По другим данным к началу ХХ века в Цинской империи работало около 900 католических миссионеров и насчитывалось около 700 тысяч китайцев-католиков[32].

     

    Протестантские миссии и крестьянское движение тайпинов

    В первые годы XIX столетия в Китай начинают проникать протестантские проповедники. Однако И. П. Гаранин сообщает, что еще в XVII веке в Китае по­являются голландские протестантские миссионеры, активно участвовавшие в за­хвате Голландией острова Тайвань[33]. Тем не менее, В. Г. Дацышен сообщает, что начало полноценной протестантской деятельности в Китае отно­сится к 1807 году.

    Таким образом, «английский миссионер, представитель Лондонского мис­сионерского общества (TheLondonMissionarySociety) пресвитерианин Роберт Моррисон, служивший переводчиком в Английской Ост-Индской компании, прибыл в Китай на американском корабле с рекомендательным письмом от гос­секретаря Дж. Мэдисона к американскому консулу в Гуанчжоу. С 1809 г. Мор­рисон работал переводчиком в Ост-Индской компании»[34].

    Необходимо указать, что «Миссионерской деятельностью в Китае в сере­дине XIX века также занимались Британское и иностранное библейское обще­ство (British and Foreign Bible Society), Голландское миссионерское общество (The Netherlands Missionary Society), Епископальное общество иностранных мис­сий (The Board of Foreign Mission of the Protestant Episcopal), Базельское миссио­нерское общество (Basel Missionary Society) и другие. Исследователи отмечают, что «несмотря на то, что к 1832 г. протестантская миссия работала в Китае 25 лет, баптистами стало только 16 китайцев». Всего к началу Первой «опиумной» войны (1840 год) протестанты крестили менее ста китайцев»[35].

    Так или иначе, уже первый китаец Лян Афа, рукоположенный в 1823 г. в протестантские священники, оставил большой след в китайской истории. Главным результатом его миссионерской работы стали «Добрые слова для уве­щевания мира» («Цюаньши лянъянь») объемом десять тысяч иероглифов (235 листов), опубликованные в 1832 г. в Гуанчжоу. Именно Лян Афа познако­мил с основами христианства будущего основателя одного из самых радикаль­ных учений и лидера крупнейшего антиправительственного восстания тайпинов ― Хун Сюцюань[36]. Крестьянское движение тайпинов (1851-1864), религиозно-мораль­ный кодекс которого во многом опирался на протестантское учение, явилось од­ной из первых массовых протестных акций в Китае в связи с нарастающим за­падным влиянием.

    Что характерно, китайскому сознанию свойственен синкретизм, отчего ки­таец в молодости может «отправлять культ в даосских храмах, а в конце жизни почитать Будду, при этом в течение всей жизни исполнять ритуалы конфуциан­ского толка»[37]. Однако в середине XIX века в Китае происходил упадок буддизма и даосизма и отождествление в китайском сознании конфуцианского культа с ненавистной маньчжурской династией. Сам же китайский менталитет, в случае исчезновения этих религий, мог продолжать существовать, потому что поклонение предкам, культ усопших у китайцев ― это то, чему отдавали дань по­чтения задолго до появления буддизма, даосизма и конфуцианства в Китае: эта ментальность была настолько утверждена в сознании, что не нуждалась в поддержке государства и священнослужителей.

    Основателем тайпинского движения был Хун Сюцюанем. Его судьба явля­ется типичной для пострадавших от несправедливости и затаивших ненависть к маньчжурам. После чудесного выздоровления от тяжелой болезни Хун Сюцуаню попалось в руки переведенное на китайский язык протестантской миссией в Кан­тоне Евангелие.

    Но нужно сказать, что это было не совсем Евангелие, а «сочинение необразованного жителя Кантона, написанное под влиянием британского проповедника-пресвитерианца и содержавшее искажен­ные отрывки из Библии вперемешку с проповедями автора. Книга излагала ос­новные принципы протестантской веры: всемогущество Бога, мерзость такого греха, как идолопоклонство, и возможность выбора между проклятием и спасе­нием души»[38].

    Однако, как сообщает исследователь М. Мартынова, Хун Сюцюань нашел идентичное совпадение написанного в Священном Писании и того «божествен­ного откровения», которое ему было во время болезни, и, таким образом, он по­святил свою жизнь проповедованию новой веры.

    Крестьянское движение тайпинов (1851-1864) явилось од­ной из первых массовых протестных акций в Китае в связи с нарастающим за­падным влиянием

    Правда, проповедовал веру он не так, как это видели христианские мисси­онеры, а искаженно. Сюцюань считал причиной своей болезни то самое зло, которое «должно быть непременно уничтожено по всей Поднебесной»[39], и потому злился, особенно на маньчжуров, и испытывал презрение к ним за неспособность проти­востоять варварам с Запада. Это настроение разделяли многие его земляки.

    Хун Сюцюань основал «Общество поклонения Верховному Владыке». В связи с тем, что он считал буддизм идолопоклонством, маньчжурские власти сочли данное общество разрушительной агитацией, подрывающей порядок, и сделали по­пытки ликвидировать его. Однако последователи Хун Сюцюаня взялись за оружие и даже захватили маленький город Юньань в Гуанси, который и стал центром движения. Здесь Хун Сюцуань провозгласил Тайпин Тяньго (Царство Небесное Великого Благоденствия) и принял титул «Тянь ван» ― «Небесный князь»[40].

    Немаловажно то, что Хун и его последователи написали немало работ, та­ких как «Гимн об истинном пути к спасению мира», «Поучение об истинном пути к познанию мира», «Книга воли неба, изреченная небесным отцом во время сошествия его на землю» и др. Как уже было отмечено, основу для своих рели­гиозных представлений тайпины взяли от протестантских миссионеров. В том числе и Библия, которую они впоследствии использовали, была переведена миссионе­ром Гуцлаффом, она печаталась для всех сочувствующих и новообращенных в Нанкине.

    Нельзя сказать, что тайпинское учение ― христианское, однако сходств много, например, в знаменитом «Каноне трех иероглифов» ― сочинении от имени «Царя Небесного», с которого начинали образование новообращенные дети, в начале говорится:

    Великий Бог

    Создал небо и землю

    И сушу, и море,

    И все вещи здесь

    За шесть дней

    Он создал все целиком[41].

    Эта книга пронизывает своим содержанием весь Ветхий и Новый Завет, затем дает историю Китая, вплоть до получения откровения Хун Сюцюанем. Кроме того, в ней есть Откровения, «а заканчивается “завет” предписаниями, как соблюдать Десять заповедей и поклоняться истинному Богу»[42].

    И все же христианские догматы с трудом укоренялись в китайской среде. Хотя тайпины и признавали Верховного Бога, но Создатель мира в тайпинской литературе наделялся антропоморфизмами, и более того, мог иметь су­пругу.

    Такое представление о Боге, как отмечает М. Мартынова, «можно сравнить с язычеством Древней Греции, где Олимпийцы имели... возможность спускаться со Священной Горы на землю и непосредственно общаться с людьми, в част­ности, решать спорные вопросы, участвовать в войнах на той или иной стороне»[43]. Это и понятно, потому что тайпины ― восставшие против действующей власти. Таким образом, христианство их далеко от истины.

    Несмотря на такое видение Бога, тайпины признавали Таинства, в том числе Крещение, чтили Евангелие, праздновали Пасху и т.д., но все это прини­мало своеобразные версии. Так, Хун Сюцюань Иисуса Христа «именовал стар­шим Сыном и наследником Бога-Отца, себя же ― младшим братом Христа»[44].

    Однако для лидеров тайпинского движения христианская вера, хотя и в извращенной форме, имела значение даже большее, чем победа над маньчжурами. Если бы они оставили религиозное развитие и все силы направили бы на подъем национального восстания, то успех был бы гарантирован. Что удивительно, те, кто явились родоначальниками идеологии тайпинов, а также идеологии самого Хун Сюцюаня ― протестантские миссионеры и их труды, даже внимания на них не обратили, а предоставившая миссионеров страна ― наоборот, помогла в по­давлении восстания.

    Тайпины признавали Таинства, в том числе Крещение, чтили Евангелие, праздновали Пасху и т.д., но все это прини­мало своеобразные версии

    Итак, идеология тайпинов продемонстрировала «соединение интерпрети­рованных положений христианского вероучения с китайскими ересями»[45]. Тем не менее, это только начало противостояния Западу, в основе своей имеющее нена­висть только к политическому строю и колониальным завоевателям. Далее, с по­следующими нестроениями и вспыхивающими конфликтами, все чаще будут преследовать именно христиан как представителей ненавистного Запада, и все больше будет торжествовать идея христианства как знака нацио­нального позора[46].

    После окончания «опиумных» войн, также и по тем же причинам, как это было с католической миссией, начинается стремительный рост численности про­тестантских миссионерских организаций в Китае. С 1860 по 1867 годы в стране было открыто 48 протестантских миссий[47].

    «Одним из самых крупных протестантских миссионеров в Китае был немец Карл Гютцлафф. Именно его перевод Библии был самым издаваемым и читаемым на юге Китая во второй половине XIXвека»[48].

    Основой христианско-просветительской работы в Китае после победы ан­гличан в Первой «опиумной» войне стала британская колония Гонконг (Сянган). «Именно там с 1843 по 1873 годы работал выдающийся миссионер-ученый, шот­ландец Джеймс Легг. В 1862-1873 годах помощником у него работал крупный ученый, родоначальник современной журналистики в Китае Ван Тао»[49].

    «В 1877 г. в Китае действовало около 500 протестантских миссионеров, принадлежавших к 25 отдельным миссионерским обществам. Число обращенных достигало 14 тыс. человек. Самой большой протестантской миссией в Китае, очевидно, было Христианское общество (ChristianSociety) в Шанхае»[50].

    Также важно обозначить в цифрах издательскую деятельность проте­стантских миссий. О масштабе переводческой деятельности разных мис­сионерских обществ и, соответственно, об их изданиях на разных китайских диа­лектах свидетельствуют данные за разные годы. К примеру, согласно сведениям за 1868 г. Лондонской миссией в Гонконге выпущено для продажи 300 частей Ветхозаветных книг, 20 000 Нового За­вета, 30 000 Четвероевангелия и Деяний Апостольских, 5 000 книг Притчей и Эк­клесиаста, 9 700 комментариев, 37 000 разных рассуждений и исследований, юж­ной баптистской миссией напечатано 15 838 разных рассуждений, 2 161 отдель­ных частей Библии.

    На Филадельфийской всемирной выставке, по данным исторического очерка 1886 года[51], по каталогу 1876 года китайские христианские книги в общей сложности составляли 1019 единиц, причем в единичных экземплярах, а также изданные на самых разных диалектах.

    По каталогу за 1879 год американской пресвитерианской миссией в Шан­хае напечатано 236 различных экземпляров, из них на книги Священного Писа­ния ушло 345 509 долларов, и на книги Нового Завета и отдельных частей Биб­лии ― 292 215 долларов. Распространение и раздача книг совершались под присмотром миссионеров их туземными помощниками и разносчиками.

    Итак, в конце XIX века в Китае работало 40 различных протестантских об­щин, деятельность которых распространялась на все провинции Империи. Число миссионеров-европейцев достигало 1300 человек, в том числе 700 женщин, а также 1657 миссионеров-китайцев. Кроме англичан и американцев, несли слово Божье также шведы и немцы. Численность китайцев-протестантов достигала 50 тысяч человек[52].

    диакон Александр Поляк-Брагинский

    Ключевые слова: Китай, католичество, протестантизм, проповедь, «опиумная» война, антихристианское настроение, привилегии, миссионеры, тайпины, издательская деятельность



    [1] Хеннинг Р. Неведомые земли. Т. 3. Гл. 131. Джованни Монтекорвино — архиепископ Китая (1292­-1328 гг.) [Электронный ресурс] // URL: http://bookzie.eom/book_556_glava_20_3.4._GOSUDARSTVENNAJA_SLUZHBA.html(дата обращения: 06.04.2015).

    [2] Бокщанин А. А., Непомнин О. Е. Лики Срединного царства. Ч. 1. Путешествие в страну Хань. Как европейцы пришли в Срединное государство [Электронный ресурс] // URL: https://www.abirus.ru/content/564/623/626/13004/13023/13026.html (дата обращения: 06.04.2015).

    [3] Дацышен В. Г. Христианство в Китае: история и современность. ― М.: Научно образовательный форум по международным отношениям, 2007. ― С. 23.

    [4] Там же.

    [5]Алексанян А. Г. Несторианство в Китае [Электронный ресурс] // URL: http://www.synologia.ru/a7(дата обращения: 06.04.2015).

    [6] Маттео Риччи — католический миссионер, бог часовщиков [Электронный ресурс] // URL: http://www.china-voyage.com/2010/05/matteo-richi-katolicheskij-missioner/ (дата обращения: 06.04.2015).

    [7] Дацышен В. Г. Христианство в Китае: история и современность. ― М.: Научно образовательный форум по международным отношениям, 2007. ― С. 27.

    [8] Там же. С. 29.

    [9] Там же. С. 39.

    [10]Там же.

    [11] Гессе-Вартег Э. Китай и китайцы. ― СПб.: издание А. Ф. Девриена, 1900. ― С. 355.

    [12] Клаудиа фон Коллани. Фигурализм ― начало и завершение контекстуальной теологии в Китае // Ки­тайский благовестник. Вып. 2003-2004. ― М, 2004. ― С. 92.

    [13] Там же. С. 99-100.

    [14] Там же. С. 89-90.

    [15] Там же. С. 91.

    [16] Клаудиа фон Коллани. Фигурализм ― начало и завершение контекстуальной теологии в Китае // Ки­тайский благовестник. Вып. 2003-2004. ― М,2004. ― С. 89-90.

    [17] Ломанов А. В., Поздняев Д. Христианство в Китае: путь к самостоятельности // Китай на пути модер­низации и реформ 1949-1999: сборник статей. ― М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН, 1999. ― С. 523.

    [18] Дацышен В. Г. Христианство в Китае: история и современность. ― М.: Научно образовательный фо­рум по международным отношениям, 2007. ― С. 43.

    [19] Добель П. В. Путешествия и новейшие наблюдения в Китае, Манилле и Индо-Китайском архипелаге. Часть 2. ― СПб: Типография Н. Греча, 1833. ― С. 210.

    [20] Волохова А. А. Иностранные миссионеры в Китае (1901-1920 гг.). ― М.: «Наука», 1969. ― С. 20.

    [21] Никифоров В. Н. Очерк истории Китая: II тысячелетие до н. э. ― начало XX столетия. ― М.: Институт Дальнего Востока РАН, 2002. ― С. 322-325.

    [22] Дацышен В. Г. Христианство в Китае: история и современность. ― М.: Научно образовательный фо­рум по международным отношениям, 2007. ― С. 58.

    [23] Волохова А. А. Иностранные миссионеры в Китае (1901-1920 гг.). ― М.: «Наука», 1969. ― С. 20.

    [24]Там же.

    [25] Там же.

    [26] Дацышен В. Г. Христианство в Китае: история и современность. ― М.: Научно образовательный фо­рум по международным отношениям, 2007. ― С. 60.

    [27] Там же. С. 59.

    [28] Иванов П., свящ. Из истории христианства в Китае. ― М.: Институт востоковедения РАН, Издатель­ство «Крафт+», 2005. ― С. 13.

    [29] Гаранин И. П. Миссионерство и антимиссионерское движение в Китае в 80-90-х гг. XIX в. // Авторе­ферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук. ― Ленинград, 1967.  ― С. 1-2.

    [30] Там же. С. 12-14.

    [31] Там же. С. 15-16.

    [32] Гессе-Вартег Э. Китай и китайцы. ― СПб.: Издание А. Ф. Девриена, 1900. ― С. 355.

    [33] Гаранин И. П. Миссионерство и антимиссионерское движение в Китае в 80-90-х гг. XIX в. // Авторе­ферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук. ― Ленинград, 1967. ― С. 11.

    [34] Там же.

    [35] Дацышен В. Г. Христианство в Китае: история и современность. ― М.: Научно образовательный форум по международным отношениям, 2007. ― С. 67.

    [36] Там же. С. 65.

    [37] Мартынова М. Христианство в Китае: особенности восприятия // Опыт историко-антропологиче­ских исследований ― 2001 // Сборник научных работ студентов и аспирантов. ― М.: ЭКОН, 2002. ― С. 123.

    [38] Крюгер Р. Китай. История страны. ― М.: Эксмо, 2008. ― С. 468.

    [39] Никифоров В. Н. Очерк истории Китая: II тысячелетие до н. э. ― начало XX столетия. ― М.: Институт Дальнего Востока РАН, 2002. ― С. 335.

    [40] Мартынова М. Христианство в Китае: особенности восприятия // Опыт историко-антропологиче­ских исследований - 2001 // Сборник научных работ студентов и аспирантов. ― М.: ЭКОН, 2002. ― С. 124.

    [41] Там же С. 125.

    [42]Мартынова М. Христианство в Китае: особенности восприятия // Опыт историко-антропологиче­ских исследований ― 2001 // Сборник научных работ студентов и аспирантов. ― М.: ЭКОН, 2002. ― С. 125.

    [43] Там же. С. 126.

    [44] Там же. С. 127.

    [45] Там же. С. 131.

    [46] Иванов П., свящ. Из истории христианства в Китае. ― М.: Институт востоковедения РАН, Издатель­ство «Крафт+», 2005. ― С. 5.

    [47] Там же.

    [48] Там же.

    [49] Там же. С.69.

    [50] Дацышен В. Г. Христианство в Китае: история и современность. ― М.: Научно образовательный фо­рум по международным отношениям, 2007. ― С.71.

    [51] Алексий (Виноградов), иером. Обзор деятельности западных христианских миссий в Китае. Введение. Исторический очерк западных христианских миссий в Китае // Отдельный оттиск из журнала «Православный Собеседник» за 1886 год. ― Казань: Типография Императорского Университета, 1886. ― С. 18.

    [52]Гессе-Вартег Э. Китай и китайцы. ― СПб.: Издание А. Ф. Девриена, 1900. ― С. 357.



    Новости по теме

    О невнимании к делам Божиим и необходимости покаяния Алексей Бородай Христос говорит, что самым ярким доказательствам Его Божества будет воскресение из мертвых после трех дней смерти. Это будет самое главное чудо, а других знамений, именно для доказательства Своего Божества – Он делать не будет.