Детский дом: история и современность сиротского житья

Московская Сретенская Духовная Семинария

Детский дом: история и современность сиротского житья

Иерей Владимир Щетинин 2265



"Ребёнок, не имеющий мамы и папы, — это беда. Причём беда в равной степени не только самого ребёнка, но общества и государства. Зрелая, самостоятельная, ответственная личность вырастает в атмосфере любви и заботы. Лишение одного из важнейших условий такого возрастания в детстве сказывается во всей последующей жизни человека…" - так писала И.В. Склярова в одной из своих статей. О том, как решалась эта проблема в разные годы в нашей стране — подборка материалов, которую вы видите перед собой.

Содержание:

1. История развития социального призрения детей в России

  • С древности до Х века
  • X-XVI век
  • С начала XVII века до реформы 1861 года
  • С 60-х гг. XIX века до начала XX века
  • Советский, с 1917 года до 90-х годов
  • 2. Современное состояние призрения детей в России

  • Детские дома и Русская Православная Церковь на современном этапе
  • Государство и методы воспитания в детских домах
  • Альтернативные пути
  • История развития социального призрения детей в России

    История становления системы призрения детей в России — это история возникновения и развития идей попечительства о детях, родители которых отказались от их воспитания. Ситуации воспитания детей-сирот, родители которых умерли, были достаточно немногочисленны и, как правило, в таких трагических обстоятельствах сирота оказывался в семье ближайших родственников, которые и брали на себя ответственность за его воспитание. Общественное же воспитание детей касалось, в первую очередь, подкидышей и незаконнорожденных детей. Общество брало на себя также обязанности по профессиональному обучению детей-сирот. Заботу о них призваны были разделить Церковь и государство[1].

    Можно выделить несколько последовательных этапов становления и развития социального призрения детей в России[2].

    1 этап (с древности до Х века)

    Этап зарождения социальной помощи, призрения в древних славянских общинах. Этому мы находим подтверждение в этнографических материалах. Внутри родовой общины имело место так называемое «приймачество» — усыновление. «Приймать в семью сироту», как правило, могли люди позднего возраста, когда им становилось трудно справляться с хозяйством или когда у них не было наследников. Принятый в семью должен был почитать своих новых родителей, вести хозяйство и т. д.

    Общественное же воспитание детей касалось, в первую очередь, подкидышей и незаконнорожденных детей

    Другой формой поддержки сироты была общинная, мирская помощь, когда ребенок переходил из дома в дом на кормление. Сироте могли назначать «общественных» родителей, которые брали его на свой прокорм. Но если сирота имел хозяйство, община противодействовала усыновлению. Такие сироты назывались «выхованцами», «годованцами».

    Обязательными «помочи» были в семье, где взрослые ее члены были больны. Их называли «наряды миром». Соседи приходили, чтобы натопить печь, накормить скот, ухаживать за детьми.

    Таким образом, в древнейший период славянской истории зарождаются формы помощи и поддержки, которые в дальнейшем станут основой для христианской модели помощи и поддержки нуждающимся детям.

    2 этап (X-XVI век)

    Начиная с Xвека, на Руси разрушаются родоплеменные отношения. Создавшаяся культурно-историческая ситуация потребовала иных форм поддержки и защиты нуждающихся детей. Основные тенденции помощи в этот период времени были связаны с княжеской защитой и попечительством, которые в своем развитии претерпевают как бы два этапа становления.

    Первый связан с распространением христианства в Киевской Руси, который условно обозначается с периода крещения князя Владимира и второй половины XII века — образования удельных княжеств и распространения христианства на окраинах восточнославянских земель. А второй период — со второй половины XII века по XIII век включительно, когда благотворительные функции князя постепенно сливаются с монастырско-церковными формами призрения.

    Князь Владимир положил начало и осуществил ряд мероприятий по приобщению россиян к просвещению и культуре. Он учредил училища для обучения детей знатных, среднего состояния и бедных, видя в образовании детей одно из главных условий развития государства и духовного становления общества.

    Князь Ярослав Владимирович, принявший престол в 1016 году, учредил сиротское училище, в котором обучал на своем иждивении 300 юношей.

    Призрение бедных, страждущих, сирот было одной из главных забот Владимира Мономаха, о чем свидетельствует и его завещание: «Всего ж паче убогих не забывайте, поскольку вам возможно по силе своей кормите». Сестра его, Анна Всеволодовна, основала в Киеве училище для девиц, которых не только содержала за свой счет, но и учила их читать, писать и ремеслам.

    В России среди монастырей и крупных храмов не было таких, которые не содержали бы больницы, богадельни или приюты. Князья, духовенство и лучшие люди земли русской, как свидетельствуют летописи, находясь под свежим и здоровым влиянием только что воспринятого христианского вероучения, охотно поучались великим религиозным заповедям, главнейшие из которых повелевали любить Бога и любить ближнего, как самого себя. Практически это означало накормить голодного, напоить жаждущего, призреть хоть «единого из малых сирот».

    Традиции призрения в русском народе не ограничивались деятельностью церкви и отдельных князей и выражались не только в частных благотворительных акциях. Простые люди оказывали помощь и поддержку друг другу, и в первую очередь — детям-сиротам. Церковь во главе с епископатом и духовенством ставила главной своей задачей воспитание в князьях и народе такой важной христианской добродетели, как милосердие.

    Сложившаяся еще в догосударственный период традиция заботиться о ребенке всей родовой общиной преобразовалась в заботу о брошенных детях при скудельницах. Скудельница — это общая могила, в которой хоронили людей, умерших во время эпидемий, замерзших зимой и т. п. При скудельницах сооружались сторожки, куда привозились брошенные дети. Занимались их призрением и воспитанием скудельники — старцы и старухи, которые специально подбирались и выполняли роль сторожа и воспитателя.

    В России среди монастырей и крупных храмов не было таких, которые не содержали бы больницы, богадельни или приюты

    Содержались сироты в скудельницах за счет подаяний населения окрестных сел и деревень. Люди приносили одежду, обувь, продукты питания, игрушки. Именно тогда сложились такие пословицы, как «С миру по нитке, а бедному сироте сорочка», «Живой не без места, а мертвый — не без могилы». В скудельницах покрывались народным милосердием и несчастная смерть, и несчастное рождение.

    При всей своей примитивности дома для убогих детей являлись выражением народной заботы о сиротах, проявлением человеческого долга перед детьми. Скудельники следили за их физическим развитием, с помощью сказок передавали им нравственные правила человеческого общежития, а коллективные отношения сглаживали остроту детских переживаний.

    К началу XVI века, наряду с личным участием любого человека в благотворительной деятельности, в деле оказания помощи нуждающимся наметилась новая тенденция, связанная с благотворительной деятельностью государства. В частности на Стоглавом Соборе в 1551 году Иван Грозный высказал идею о том, что в каждом городе необходимо выявлять всех нуждающихся в помощи — убогих и нищих, строить специальные богадельни и больницы, где им был бы обеспечен приют и уход.

    3 этап (с начала XVII века до реформы 1861 года)

    В этот период происходит зарождение государственных форм призрения, открываются первые социальные учреждения. Историю призрения детства на Руси связывают с именем царя Федора Алексеевича, а точнее — с его указом (1682 г.), в котором говорилось о необходимости обучения детей грамоте и ремеслам.

    Но более всего истории известно имя великого реформатора — Петра I, который в свое правление создал государственную систему призрения нуждающихся, выделил категории нуждающихся, ввел превентивные меры борьбы с социальными пороками, урегулировал частную благотворительность, закрепил законодательно свои нововведения.

    При Петре I впервые детство и сиротство становятся объектом попечения государства. В 1706 году открываются приюты для «зазорных младенцев», куда было приказано брать незаконнорожденных с соблюдением анонимности происхождения, а за «погубление зазорных младенцев» государь грозил смертной казнью. Младенцы обеспечивались государством, и в казне были предусмотрены средства на содержание детей и обслуживающих их людей. Число таких младенцев постоянно возрастало. Так, в 1742 году в одной Московской губернии их числилось 865 человек в возрасте не выше 8 лет. На них расходовалось 4731 руб. Кормлением младенцев занимались 218 кормилиц. При этом постановлялось, что когда дети подрастали, то мальчиков отдавали бы в учение к какому-нибудь мастеру или в матросы, а девочек помещали к кому-нибудь в услужение и, конечно, если представлялся случай, выдавали замуж. Если впоследствии они подвергались болезням или увечью, или впадали в помешательство, то могли возвращаться в приюты, как в родительские дома.

    При Петре I впервые детство и сиротство становятся объектом попечения государства

    Екатерина Великая реализовала замысел Петра I строительством вначале в Москве (1763 г.), а потом в Петербурге (1772 г.) императорских воспитательных домов для «зазорных младенцев».

    Благотворительная деятельность Российского Императорского двора, прежде всего его женской половины, приобретает в этот период форму устойчивой традиции. Так, Мария Федоровна, жена Павла I и первый министр благотворительности (открылось даже специальное ведомство благотворительности ее имени — Ведомство учреждений императрицы Марии), проявляла большую заботу о сиротах. В 1797 году она пишет императору доклад о работе воспитательных домов и приютов, в котором, в частности, предлагает «...отдавать младенцев (сирот) на воспитание в государевы деревни к крестьянам доброго поведения. Но только когда малыши в воспитательных домах окрепнут, а главное — после оспопривития. Мальчики могут жить в приемных семьях до 18 лет, девочки — до 15».

    Так было положено начало системе воспитания сирот в семье. А чтобы воспитатели были «искусны и умелы», Мария Федоровна на собственные средства открывала педагогические классы при воспитательных домах и пепиньерские (пепиньерка — девушка, окончившая среднее закрытое учебное заведение и оставленная при нем для педагогической практики) классы — в женских гимназиях и институтах, которые готовили учительниц и гувернанток. Ею же в 1798 году было основано Попечительство о глухонемых детях.

    Вступив в управление ведомством благотворительности[3], Императрица назначила из своих средств ежегодно по 9 тысяч рублей на содержание грудных младенцев с кормилицами.

    Особое внимание Мария Федоровна обратила на Воспитательные дома. За 30 лет из поступивших в них 65 тысяч младенцев в живых осталось 7 тысяч. Императрица заключила, что ужасающая смертность детей связана главным образом с теснотой помещения. Для улучшения условий в Санкт-Петербурге был пожалован Воспитательному дому обширный особняк графа Разумовского на Мойке. К этому зданию был прикуплен еще соседний дом графа Бобринского. (В этих зданиях Воспитательный дом располагался до 1917 года.) Императрица реорганизовала Опекунский Совет так, чтобы каждый его член «высокого и знатного рода» сверх участия в общем управлении заведовал отдельным учреждением или частью учреждения, причем «без всякого вознаграждения, из любви к Отечеству и человечеству».

    Заботясь об устройстве уже существующих, Императрица открыла и новые учебные и благотворительные заведения. К 1802 году в Москве и Петербурге были открыты женские учебно-воспитательные учреждения имени Св. Екатерины. В 1807 году основан Павловский военно-сиротский институт, в 1817 году — Харьковский институт благородных девиц. Причем начальству предписывалось заботиться не только о трудоустройстве выпускниц, в основном гувернантками, разбирать их несогласия с семействами, где они будут жить, печься о выдаче их в замужество, а также ходатайствовать по делам воспитанниц и после выпуска их из заведения.

    В этот же период начинают создаваться общественные организации, самостоятельно выбирающие объект помощи и работающие в той социальной нише, которую государство не охватывало своим вниманием. Так при Екатерине II (середина XVIII века) в Москве открывается государственно-филантропическое «Воспитательное общество». В 1842 году, также в Москве, создается опекунский совет детских приютов, который возглавляет княгиня Н.С.Трубецкая. Первоначально деятельность совета была сосредоточена на организации свободного времени бедных детей, остающихся в дневное время без присмотра родителей. Александр I обращает свое внимание на детей с нарушением зрения. По его приказу в Петербург был приглашен знаменитый французский учитель Валентин Гаюи, который разработал оригинальную методику обучения слепых детей. С этого времени начинают строить учреждения для этой категории детей, а в 1807 году открывается первый институт слепых, где обучалось лишь 15 слепых детей.

    В этот период в России начинает развиваться определенная социальная политика и законодательство, складывается система призрения людей, и в частности — детей, нуждающихся в помощи. Церковь постепенно отходит от дел призрения, выполняя другие функции, а государство создает специальные институты, которые начинают осуществлять государственную политику в деле оказания социальной поддержки и защиты.

    Церковь постепенно отходит от дел призрения, выполняя другие функции, а государство создает специальные институты, которые начинают осуществлять государственную политику в деле оказания социальной поддержки и защиты

    Впервые в России на государственном уровне начинает осуждаться инфатицид (убийство ребенка). Детоубийство считается преступлением, а ребенок становится субъектом права: ему предоставляют ясные жизненные гарантии и тем самым обозначается его место в системе социальных связей. Его субъектность соотносят не с божественным началом, а с государственными нормами, принципами жизни. Отсюда жесткая детерминация социально-необходимого поведения и жизненного сценария личности. По отношению к детям помощь выступает как волюнтаристско-административная система социализации. Причем, если раньше помощь детям обосновывалась необходимостью следования христианским заповедям и требованиям, то в этот исторический период выдвигается тезис о государственной необходимости[4].

    Как и в Западной Европе, в России постепенно формировалась сеть благотворительных учреждений и заведений, налаживались и совершенствовались механизмы призрения, которые охватывали все более широкий круг детей с разными социальными проблемами: болезнь или дефект развития, сиротство, бродяжничество, беспризорность, проституция, алкоголизм и т. д. Призрение распространилось и на детей с физическими недостатками. Были организованы приюты для глухонемых, слепых детей, детей-инвалидов, где их образовывали и обучали различным ремеслам в соответствии с их недугом.

    Попечительство о глухонемых содержало за счет своих средств школы, учебные мастерские, приюты и убежища для детей, выдавало пособия семьям, имеющим глухонемых иждивенцев. Бедным воспитанникам выдавалось казенное обеспечение.

    Вслед за кончиной Императрицы Марии Федоровны все учреждения, бывшие в ее ведении, принял под свое покровительство Император Николай I.

    Венцом деятельности Императора было учреждение сиротских институтов. Война и холерная эпидемия 1830-1831 года оставили сиротами огромное число детей, нуждающихся в призрении. В 1834 году при Воспитательных домах Санкт-Петербурга и Москвы открылись сиротские отделения на 50 мест в каждом, затем латинские и французские классы. В них дети обоего пола получали столь основательное образование, что после латинских классов могли поступать в медико-хирургическую академию, а из французских классов выходили воспитатели в частные дома.

    Дети, рожденные вне брака, вместе с сиротами получали прекрасное образование. Это породило случаи отказа родителей от детей. Обнаружились факты, когда родители из бедных семей тайно приносили своих детей в Дома, в надежде на их счастливую будущность. Император Николай I положил конец этому ненормальному явлению. В 1837 году французские и латинские классы были упразднены, а взамен их были учреждены институты для воспитания сирот офицеров военной и гражданской службы. Из сиротского мужского института (на 300 детей) при Московском Воспитательном доме в 1847 году образовался Кадетский Корпус с выходом из Ведомства Императрицы Марии Федоровны.

    4 этап (c 60-х гг. XIX века до начала XX века)

    В 1859 в Санкт-Петербурге было освящено первое в России открытое женское учебное заведение — женская гимназия, куда принимались девочки всех сословий и вероисповеданий. А в начале 70-х годов XIX века число женских гимназий в Империи превысило число мужских.

    В 1882 году открылось общество призрения бедных и больных детей «Синий крест», руководила которым Великая княгиня Елизавета Маврикиевна. Уже в 1893 году в рамках этого общества появилось отделение защиты детей от жестокого обращения, включая убежища и общежития с мастерскими.

    При Благотворительном совете стали открываться отделения для сирот, а в 1895 году — больница для детей московских бедняков.

    В это же время на средства частной предпринимательницы А. С. Балицкой был создан первый приют для калек и парализованных детей. В конце XIX века становится необходимым открытие приютов для детей-идиотов и эпилептиков, которые также требуют специального ухода и заботы. Такую благородную миссию взяло на себя Общество призрения калек несовершеннолетнего возраста и идиотов, которое открыло приют для детей-инвалидов в Санкт-Петербурге. Так же врач психотерапевт И. В. Маляревский открывает врачебно-воспитательное заведение для умственно отсталых детей, преследуя цель содействовать детям с проблемами психического здоровья в обучении их честной трудовой жизни.

    В 1904 году в Петербурге основан Союз борьбы с детской смертностью в России. Извлечение из Воззвания Союза: «Среди бедствий русского народа есть одно неизмеримое — это ужасающая детская смертность. Нигде в мире не умирает так много грудных младенцев, как в России. Главная из причин растущей смертности, по свидетельству врачей, — это губительные условия, в которых находятся только что родившиеся младенцы. Особенно велика смертность в коренном великорусском населении. У евреев, татар и даже вотяков смертность детей гораздо ниже, так как у инородцев в силу религиозного закона кормление детей признается как священный долг. Ни еврейка, ни татарка не заменяет собственного молока соской. Это исключительно русский обычай и один из самых губительных. По свидетельству врачей, эта соска (из жеваного хлеба, каши и т. п.) уносит в России более жизней, чем все неприятельские нашествия. Отказ от кормления младенцев грудью — главная причина их вымирания. Так в Псковской губернии в 1890 году умерло из 1000 детей до года 829. (в Норвегии — 95). Средствами снижения детской смертности служат детские ясли (дневные приюты для детей, не умеющих ходить) и приюты, учреждения для раздачи молока, лечебные и санитарные пункты, убежища для рожениц и после родов, распространение гигиенических сведений, общий подъем народной жизни и особенно просвещения и нравственного воспитания»[5].

    У евреев, татар и даже вотяков смертность детей гораздо ниже, так как у инородцев в силу религиозного закона кормление детей признается как священный долг

    Таким образом, система общественного государственного призрения детей в России в конце XIX века представляла собой разветвленную сеть благотворительных обществ и учреждений, деятельность которых значительно опередила становление профессиональной социальной помощи в Европе.

    В этот период благотворительность принимает светский характер. Личное участие в нем воспринимается обществом как морально-нравственный поступок, благородство души и считается неотъемлемым делом каждого.

    Примечательной чертой этого периода является зарождение профессиональной помощи и появление профессиональных специалистов. Начинают организовываться различные курсы, ставшие началом профессионального обучения кадров для социальных служб. «Социальная школа» была образована на юридическом факультете Психоневрологического института, где одной из кафедр была «кафедра общественного призрения» (октябрь 1911 года). В этом же году был сделан первый набор студентов по специальности «общественное призрение». В 1910 и 1914 годах состоялись первый и второй съезды деятелей социальной сферы.

    Одним из важнейших направлений деятельности ученых и практиков в этот период было оказание помощи и построение системы воспитательно-исправительных учреждений, куда попадали нищие и беспризорные дети.

    В Москве при Городской думе действовал Благотворительный совет и образованная им специальная Детская комиссия, которая осуществляла статистический сбор данных о детях, исключенных из школы или выгнанных из приютов за дурное поведение; контролировала условия содержания малолетних преступников; содействовала открытию детских приютов.

    Вопросам исправления малолетних преступников путем психического воздействия на почве любви к ближнему были посвящены съезды представителей русских исправительных заведений для малолетних (с 1881 до 1911 года прошло 8 съездов).

    В России широкие масштабы принимала просветительская деятельность по отношению к малолетним преступникам. Читались лекции, проводились беседы по вопросам деятельного участия каждого гражданина в судьбе ребенка, совершившего правонарушение.

    В 90-е годы появились детские дома трудолюбия, ольгинские детские приюты трудолюбия (в ознаменование рождения Великой княжны Ольги Николаевны) в Москве, Петербурге, Архангельске, Ельце, Ряжске и других городах. Эти дома имели интернаты, мастерские различного производственного профиля.

    В начале XX века в России успешно развивалась система различных социальных служб. В 1902 году действовало 11400 благотворительных учреждений, 19108 попечительских советов. Только в Петербурге их приход составил 7200 рублей, по тем временам сумма огромная. Деньги шли на создание учебно-воспитательных учреждений, содержание домов для бедных детей, ночных приютов для бродяжек, народных столовых, амбулаторий и больниц. В обществе сохранялось и укреплялось устойчивое мнение о необходимости призрения детей, положительное отношение к благотворительности.

    5 этап (советский, с 1917 года до 90-х годов)

    Переломным моментом в развитии системы призрения и благотворительности в России стала Октябрьская революция 1917 года. Большевики осудили благотворительность как пережиток, а поэтому любая благотворительность была запрещена. Ликвидация частной собственности закрыла возможные источники частной благотворительности. Отделение церкви от государства и фактически ее репрессирование закрыло путь церковной благотворительности.

    Новая структура, сначала Министерство, а затем Народный комиссариат государственного призрения (НКГП) проводит политику упразднения существующих органов помощи с перераспределением средств и имущества на нужды, определяемые новыми государственными потребностями.

    Изменяется отношение общественности к социально обездоленным детям — к ним стали относиться как к жертвам войны

    Уничтожив благотворительность, которая являлась реальной формой помощи нуждающимся детям, государство взяло на себя заботу о социально обездоленных, число которых в результате острейших социальных катаклизмов (Первой Мировой войны, нескольких революций, гражданской войны) резко возросло. Сиротство, беспризорность, правонарушения среди подростков, проституция несовершеннолетних — острейшие социальные проблемы того времени, которые требовали своего решения. В первые годы советской власти эти задачи возлагались на Совет защиты детей, а чуть позже — на Комиссию по улучшению жизни детей при ВЦИКе, созданную декретом ВЦИК от 10 февраля 1921 года.

    По данным Комиссии по улучшению жизни детей, в Москве и Московской губернии было зарегистрировано следующее количество беспризорных:

    1924-1925 гг. — 6790 человек

    1925-1926 гг. — 6984 человек

    1926-1927 гг. — 7332 человек

    1927-1928 гг. — 7477 человек

    Тысячам этих беспризорников дали возможность получить образование и рабочую специальность организованные в то время трудовые коммуны.

    Большое значение для развития работы по спасению детей и повышению ее эффективности имело создание детской социальной инспекции при отделе правовой защиты детей Наркомпроса. Комиссия проводила работу по борьбе с нищенством, детской беспризорностью, проституцией, спекуляцией, правонарушениями, эксплуатацией детей, жестоким обращением в семье.

    Представляет интерес опыт работы самих инспекторов — братьев и сестер социальной помощи. Это — люди, не моложе 21 года, они посещали мастерские, семьи, учреждения, задерживали малолетних правонарушителей и направляли их в детские приемники-распределители, принимали меры по устройству беспризорных, сирот и находящихся в детских учреждениях детей в другие семьи.

    6 февраля 1928 года ВЦИК и СНК приняли постановление «О передаче воспитанников детских домов и других несовершеннолетних сирот трудящимся в городах и рабочих поселках». Передача детей осуществлялась на основе письменного обращения того лица, которое намеревалось принять несовершеннолетнего в свою семью для дальнейшего воспитания.

    За первые годы советской власти было издано больше различных инструкций, постановлений, программ обучения и воспитания детей, чем за предшествующие сто лет. Очень многие из них остались практически неосуществленными, поскольку у государства не оказалось необходимых средств для их выполнения.

    В этот период активно начинает развиваться педология — направление в науке, ставившее своей целью объединить подходы различных наук (медицины, биологии, психологии, педагогики) к развитию ребёнка[6]. Иными словами, она ставила перед собой задачу на основе синтезированных знаний о ребенке и среде обеспечить наиболее успешное воспитание: помочь детям учиться, предохраняя детскую психику от перегрузок, безболезненно овладевать социальными и профессиональными ролями и т.д.

    В середине 60-х правительство приняло решение преобразовать большую часть детских домов в школы-интернаты

    На 20-е годы пришлось появление целой плеяды талантливых педагогов и психологов, в числе которых А. С. Макаренко, П. П. Блонский, С. Т. Шацкий, Л. С. Выготский и многие другие. Их научные труды, впечатляющие достижения в практической работе по социальной реабилитации «трудных» детей и подростков (Первая опытная станция Наркомпроса, трудовая колония имени Горького и другие) получили заслуженное международное признание[7].

    Однако система социального воспитания и педология развивались недолго, фактически они прекратили свое существование после печально известного постановления 1936 года «О педологических извращениях в системе Наркомпроса». Педологии была инкриминирована роль «антиленинской теории отмирания школы», будто бы растворяющей последнюю в среде. Многие представители этой теории были репрессированы, а социальное призрение, воспитание и понятие среды дискредитированы и изъяты из профессионального сознания педагогов на долгие годы.

    С 30-х годов, названных в нашей истории «великим переломом», опустился «железный занавес», надолго отделивший советских ученых и практиков от зарубежных коллег.

    Не смог быть полностью реализован из-за отсутствия средств и утвержденный 20 июня 1927 года ВЦИК и СНК трехлетний план по борьбе с беспризорностью, подготовленный наркоматом просвещения. Данный план предполагал выполнение трех основных задач: полную ликвидацию уличной беспризорности путем развертывания новой сети детских учреждений; ускорение выпуска детей из существующих детских домов при осуществлении их серьезной профессиональной подготовки, дающей возможность начать самостоятельную жизнь и развертывание мероприятий, предупреждающих беспризорность.

    На третьем Всероссийском съезде в мае 1930 года было принято решение о закреплении всех детских домов за заводами, предприятиями, колхозами, что укрепляло материальную базу детских домов и решало проблему трудоустройства воспитанников и обеспечения их жильем.

    К середине 30-х годов с окончательным утверждением в стране тоталитарного режима все разнообразие различных видов детских учреждений практически исчезло и было заменено унифицированной системой детских домов-интернатов, которая просуществовала до 90-х годов.

    В сложившемся тоталитарном государстве произошла подмена общечеловеческих ценностей на классовые. Провозглашение утопической цели построения самого совершенного и справедливого общества, ликвидации всех пережитков прошлого, в том числе и социальных бед, сделало закрытой тему социальных проблем и систему социальной помощи нуждающимся детям.

    Новые социальные потрясения, связанные с Великой Отечественной войной (1941-1945 гг.), вновь обострили положение детей. «Теперь, когда тысячи советских детей лишились родных и остались без крова, — писала газета «Правда», — их нужды должны быть приравнены к нуждам фронта». Изменяется отношение общественности к социально обездоленным детям — к ним стали относиться как к жертвам войны.

    В первые годы войны сотни детских домов перебрасывались из прифронтовых районов в тыл. Для эвакуированных детей создавались новые детские дома. Для сирот, детей фронтовиков, партизан открывались «специальные» детские дома.

    Огромную роль в судьбе детей сыграли государственные и общественные организации: профсоюзы, органы внутренних дел, система трудовых резервов. Общественники снимали детей с поездов и через приемники-распределители устраивали их в детские дома. Подростки определялись на работу. Велась активная работа по выявлению беспризорных детей и определению их в детские дома.

    Число детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, сократилось за 2017 г. до 50,2 тыс. человек

    В сентябре 1942 года принято постановление СНК СССР «Об устройстве детей, оставшихся без родителей», где государственным ведомствам, партийным, профсоюзным и комсомольским организациям вменялось проявление заботы о детях.

    «Комсомольская правда» опубликовала счет специального денежного фонда, куда поступали средства на содержание детских домов, здравниц, детских садов в освобожденных от немцев районах; на стипендии студентам, не имеющим родителей[8].

    Широкое распространение приобретает во время войны усыновление. Некоторые семьи усыновляли десять и более детей.

    К концу 1945 года для детей-сирот уже было создано 458 суворовских училищ по 500 человек каждое, 23 ремесленных училища по 400 мест, 120 детских домов для детей погибших фронтовиков (в них воспитывалось 17 тысяч детей), 29 детских приемников-распределителей. Всего в 1943 году в детских домах находилось 308 тысяч детей; в 1944 г. — 534 тысячи. Дети наравне со взрослыми перенесли все тяготы войны. Взрослые пытались облегчить судьбу детей как могли.

    В первые послевоенные годы в стране даже открылось несколько детских домов для одаренных детей — сирот, которые поступали в музыкальные, художественные училища и балетные школы.

    Общее число детских домов в послевоенное десятилетие постепенно сокращалось. В середине 60-х правительство приняло решение преобразовать большую часть детских домов в школы-интернаты (Детские дома — 100-150 детей, школы-интернаты — 350-500 мест). Детские дома потеряли свою первоначальную неповторимость, которую пронесли через года.

    В 60-70 гг. в призрении детей, в педагогической науке и практике наметился явный поворот. Возобновились теоретические исследования в этих областях, связанные с разработкой системного подхода к призрению, воспитанию и обучению детей.

    В 1985 году ЦК КПСС и Совмин СССР приняли решение «О мерах по улучшению обеспечения детей сирот и детей, оставшихся без попечения родителей в домах ребенка, детских домах, школах-интернатах».

    В 1987 году учрежден Детский фонд.

    Как правило, подростки выходят из детского дома совершенно неподготовленными к жизни

    В 1988 г. принято постановление «О создании детских домов семейного типа». В 1990 г. в 347 созданных детских домах семейного типа находятся 3,5 тысячи детей. Эти дома финансируются из госбюджета, с учетом зарплаты родителям-воспитателям, оплаты их отпусков.

    В начале 90-х гг. были приняты и начали реализовываться три большие социальные программы: «Социально-психологическая поддержка, обучение и воспитание детей с аномалиями развития», «Творческое развитие личности» и «Социальные службы помощи детям и молодежи». Тогда же были разработаны и в настоящее время действуют такие государственные социальные программы, как «Дети России», «Дети Чернобыля»[9].

    В 1991 году в России был официально введен институт социальной педагогики, что дало сильнейший импульс для методологических, теоретических и научно-практических исследований в сфере подготовки и деятельности новых кадров (социальных педагогов)[10].

    Современное состояние призрения детей в России

    Детские дома и Русская Православная Церковь на современном этапе

    По данным Генеральной прокуратуры РФ, сейчас реальное количество беспризорников в России не превышает 5 тысяч человек[11].

    Важно отметить, что беспризорников часто путают с безнадзорными детьми, с детдомовцами и с сиротами. В то время как под «безнадзорным» понимается обычный трудный подросток, а «беспризорный» — это тот самый маленький бомж, который живёт на вокзале[12].

    Если же говорить о статистике, на начало 2014 года почти 79 тысяч детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, воспитывались в интернатных учреждениях, среди которых детские дома, дома ребенка и интернаты различного типа. В то же время на воспитании в семьях (под опекой, в приемных семьях и на усыновлении, а также в детских домах семейного типа) находилось 667 тысяч детей[13]. По не до конца проверенным данным, в 2015 году в детских домах находится, по сравнению с 2013 годом, меньше детей — 72 тысячи[14].

    Наконец, число детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, сократилось за 2017 г. до 50,2 тыс. человек. Об этом сообщается в материалах к заседанию коллегии Минобрнауки: «По состоянию на 30 декабря 2017 г., в государственном банке данных находились сведения о 50,2 тыс. человек. В 2017 г. численность детей, состоящих на учете в государственном банке данных, сократилась на 15,1%», — говорится в документе. Отмечается также, что всего в 2017 г. были устроены в семьи более 64 тыс. детей. Кроме того, в документе говорится, что число записей в банке данных детей-сирот сократилось с 2005 г. в 3,7 раза за счет усыновления и различных форм семейного устройства детей[15].

    Только 10% выпускников детских домов находят достойное место в жизни. Почему так происходит?

    Важно понимать, что у большинства детей, живущих в государственных детских домах и интернатах, жизнь далека от благополучия: некоторые учреждения не имеют даже нормальных санитарных условий, многие требуют капитального ремонта, а часть находится в аварийном состоянии. Во многих местах детские учреждения не получают даже положенного по бюджету финансирования. Имеют место случаи нецелевого использования бюджетных средств администрациями детских домов. В ряде регионов у детей по 2-3 года не бывает медосмотров, а ведь среди воспитанников детских домов много ослабленных детей и страдающих хроническими заболеваниями, детей с плохой генетической наследственностью.

    Кроме того, как правило, подростки выходят из детского дома совершенно неподготовленными к жизни, им не оказывается ни практическая, ни психологическая поддержка в дальнейшем устройстве своей судьбы. В итоге существует мнение, что только 10% выпускников детских домов более или менее успешно устраиваются в самостоятельной жизни.

    Русская Православная Церковь принимает участие в помощи детям, оставшимся без попечения родителей. Одним из направлений такой деятельности является посещение государственных детских домов и приютов. Священники беседуют с детьми, рассказывают им о вере и Церкви, крестят желающих. К церковным праздникам, особенно к Рождеству Христову и Пасхе, для детей устраиваются праздничные представления, им раздают подарки. Там, где возможно, организуются экскурсии с посещением монастырей, храмов и православных святынь. Иногда удается приобщить детей к каким-то видам деятельности при храме или принять в воскресную школу.

    Другое направление — создание детских домов и приютов на базе приходов и монастырей. На этом пути церковным структурам приходится сталкиваться с огромными трудностями. Основная группа проблем связана с недостатком помещений и финансирования. Даже для небольшого приюта необходимо отдельное здание или часть здания, где могли бы разместиться спальни, комнаты для занятий и игр, туалет, душ и другие помещения. Даже при наличии такого здания, что бывает далеко не всегда, его ремонт и переоборудование под приют стоит огромных денег. Большие средства необходимы и для обеспечения функционирования приюта. Однако даже в тех случаях, когда удается каким-то образом решить материальные проблемы, найти спонсоров, возникают почти непреодолимые бюрократические сложности с официальной регистрацией приютов. Необходимо получить разрешение нескольких комиссий, которые, руководствуясь формальными инструкциями, придираются к малейшим отклонениям от предписанных норм, в то время как государственные детские учреждения в большинстве случаев функционируют с гораздо более серьезными нарушениями.

    Данное положение приводит к тому, что многие церковные детские приюты существуют на нелегальном положении, не получая никакой поддержки от государства. Лишь в некоторых случаях приютам, созданным церковными организациями, удается получить официальный статус и государственное финансирование.

    Еще один вид работы церковных учреждений с безнадзорными и беспризорными детьми — создание социальных станций, где дети могут пообедать, пройти медицинский осмотр и санитарную обработку, получить психологическую помощь. Работники таких станций пытаются также вернуть детей в семью или устроить в приюты.

    Какой бы ни была форма помощи социально осиротевшим детям, свою важную задачу работники церковных организаций видят в том, чтобы духовно «отогреть» попадающих к ним детей, подготовить их к самостоятельной жизни, помочь им обрести духовную и нравственную опору через приобщение к Церкви[16].

    Государство и методы воспитания в детских домах

    Основную тяжесть попечения о детях, оставшихся без родителей, несет государство. В российской системе воспитания сирот самая обычная и распространенная форма — большие государственные детские дома. Обычно они рассчитаны на 100-200 детей. Главное, что дает ребенку государственная система, — это социальные гарантии: жилье по выходе из детского дома, право на бесплатное второе образование и др. Однако приходится признать, что с делом воспитания государство не справляется. Об этом говорят цифры. Из предыдущего раздела мы знаем, что только 10% выпускников детских домов находят достойное место в жизни. Почему так происходит? Дело в том, что у этой системы есть несколько серьезных изъянов[17].

    Ребенку нужно нечто большее — нужен идеал

    Во-первых, она устроена как огромный конвейер, «перерабатывающий» жизнь ребенка. Ребенка, оставшегося без родителей, передают по цепочке — из одного учреждения в другое. До четырех лет он живет в Доме ребенка, после четырех — попадает в детский дом, а в семь лет его переводят в школу-интернат (тоже детский дом, но с собственной школой), где он начинает учиться. Часто в таких интернатах младшая школа со своим директором и коллективом воспитателей расположена в одном корпусе, а в старших классах дети переходят в другой корпус, и им опять приходится привыкать к новым воспитателям[18].

    В результате за свою жизнь ребенку три, четыре раза приходится начинать все с начала. Эта проблема известна всем, кто работает в детских домах. Дети со страхом ждут окончания четвертого класса, когда они должны уйти из детского дома.

    Детдомовцы привыкают к тому, что взрослые вокруг них — это временщики, которые постоянно меняются. На 8-10 детей нормативами предусмотрен только один воспитатель в смену, летом — один воспитатель на 15 детей. Дети оказываются без присмотра, без настоящего внимания.

    Другая проблема — замкнутость «детдомовского» мира. Дети живут в детдоме и здесь же учатся, даже в школе видя вокруг себя только таких же сирот. Кончается учебный год, наступает лето, и весь детдом, 100-150 детей, едет отдыхать на турбазу или в пансионат, куда свозят таких же сирот еще и из других детских домов. Получается, что ребенок просто не знает, как общаться с внешним миром.

    К тому же воспитанные в государственном детдоме дети чаще всего не приучены к труду и не хотят работать. Они знают, что их накормят и оденут — государство обязано. У них не только нет необходимости себя обслуживать, это еще и запрещено. Воспитатели не имеют права привлекать ребенка даже к помощи на кухне — это не допускается нормативами по гигиене и технике безопасности. В результате дети растут иждивенцами — не умеют ни готовить, ни убираться, ни зашить свои вещи. И это не просто лень — искажается склад личности, способность принимать решения. Этот «результат» государственной системы воспитания тоже признается всеми.

    Проблема хорошо изучена психологами и социологами. «Дети, которые с раннего возраста живут в закрытых детских учреждениях, растут в условиях дефицита общения со взрослыми, казалось бы, в подобных условиях следует ожидать у воспитанников детских домов сравнительно высокого уровня умения организовывать себя, планировать свое поведение. Как показали исследования, проведенные в интернатах и детских домах Москвы, это далеко не так. Ограниченное, преимущественно групповое общение детей со взрослыми на самом деле не предоставляет ребенку самостоятельности: твердый режим дня, постоянные указания взрослого, что следует делать в тот или иной момент времени, контроль со стороны воспитателей — все это лишает детей необходимости самостоятельно планировать и контролировать свое поведение, формирует привычку к пошаговому выполнению чужих указаний[19].

    Так что, когда ребенок выходит из детдома, он совершенно не приспособлен к жизни. Он получает квартиру, но не может жить один — в детском доме в комнате с ним всегда было еще 4-5 человек. Он никогда сам не ходил в магазин, не покупал себе еду. Он не знает, как расходовать деньги, не разбирается в людях и ничего не знает о нормальной жизни в семье. Вполне закономерно, что, вырастая, он становится жертвой криминальных структур или спивается.

    Так бывает даже в благополучных внешне детских домах. Конечно, очень важно, чтобы в детском доме детей кормили, одевали, заботились об их здоровье. Слава Богу, что находятся благотворители, которые дарят детдомам вещи, книги, мебель. Но ребенку нужно нечто большее — нужен идеал. А воспитатели должны уметь вдохновить им ребенка. Государство же, само такого идеала не имеющее, не может дать детям полноценного нравственного воспитания.

    Есть форма воспитания, приближенная к усыновлению, — так называемые патронатные семьи

    По мнению директора одного из московских детских домов, «воспитательная цель во многих госучреждениях сейчас одна — чтобы не было ЧП. Придешь иногда в какой-нибудь интернат, а там дети бродят толпами и где-то в холле сидит один воспитатель и с ними же курит, а иногда и выпивает. В одном из государственных детских приютов дети живут “семьями” — мальчики с девочками. Отношения у них там, если можно так сказать, неформальные. Все об этом знают, и это считается нормальным, лишь бы все было тихо»[20].

    В старших классах сиротам начинают читать лекции об их правах, объясняя, что они имеют право на жилье, на двойное образование, на пособие. Но отличное знание своих прав имеет и оборотную сторону. По словам директора православного детдома в Ногинске В. А. Самозванцева, «в результате детям внушается отношение к себе как к маленькому божку. Прививается завышенная самооценка, знание прав и отказ от обязанностей. Ребенок воспитывается маленьким эгоистом»[21]. Не имея духовного стержня, дети деградируют и опускаются все ниже и ниже.

    Альтернативные пути

    Итак, нужно признать, что большие государственные детские дома — это самая малоэффективная форма воспитания сирот. Но не единственная.

    Специалисты считают лучшей формой воспитания детей-сирот усыновление[22]. Она дает наибольшие результаты, потому что только семья может восполнить то, чего ребенку не хватает. Достигается это благодаря ежедневному подвигу приемных родителей.

    Те, кто хорошо знает жизнь приемных семей, убеждены, что им нужна постоянная и серьезная помощь - со стороны государства, благотворителей специальных организаций. Вот, что говорит о. Аркадий Шатов, духовник Свято-Димитриевского сестричества, опекающего четыре детских дома: «Для семей, готовых взять на себя такой труд, нужно покупать квартиры, оплачивать содержание детей. Церковь тоже должна участвовать в материальной и моральной помощи семьям, усыновившим детей-сирот. Священники должны заниматься с приемными детьми и родителями, потому что у них возникает масса проблем, даже если в приемной семье ребенка очень любят»[23].

    Есть форма воспитания, приближенная к усыновлению, — так называемые патронатные семьи. Семья берет ребенка на воспитание, патронатные родители получают зарплату из детского дома, ребенок знает, что это не его родители, но в остальном он является полноправным членом семьи. Сейчас в Москве есть детский дом, который работает именно так[24].

    Неплохие результаты дают семейные детские дома. Многие из появляющихся сейчас негосударственных детских домов идут именно по этому пути. Например, в московском пансионе семейного воспитания «Отчий дом», созданном супругой бывшего управляющего делами президента Валентиной Бородиной, шесть семей, у каждой из которых — своя квартира. В каждой семье восемь детей, «мама», которая имеет два выходных, и «тетя», которая помогает маме и заменяет ее в выходные и в случае болезни. Есть директор, есть машина и шофер. Покупают продукты, готовят и занимаются домашними делами дети по очереди, вместе с мамой. Большую известность получили также «детские деревни SOS», устроенные по модели, предложенной австрийским педагогом Германом Гмайнером. Сейчас в России работают 6 Детских деревень – SOS: в Томилине (Московская область), Лаврове (Орловская область), Пушкине (г. Санкт-Петербург), Кандалакше (Мурманская область), Вологде и Пскове. Кроме этого работают три Дома молодежи (в Санкт-Петербурге, в Орле и в Мурманске). В общей сложности в Детских деревнях – SOS живут более 660 детей[25]. Там тоже условия жизни максимально приближены к семейным[26].

    Существуют и так называемые малокомплектные детские дома. Здесь все, как в обычном детском доме, только детей гораздо меньше — есть, например, детские дома, рассчитанные на 20-30 детей. Обстановка здесь, конечно, гораздо ближе к домашней, чем в огромных интернатах. Очень важно, что дети ходят в обычную школу и общаются там со своими «домашними» сверстниками. Увеличение числа таких небольших детских домов тоже было бы выходом из сложившейся тяжелой ситуации.

    По мнению воспитателей православных и некоторых государственных детских домов, к работе с сиротами нужно обязательно привлекать Церковь. Каждому ребенку нужна пища для души, идеал, которому он может следовать, а сироте, лишенному естественной семейной теплоты, такой идеал нужен как никому другому. Это может быть идея патриотическая или идея какого-то служения, но лучше всего, если это вера во Христа, в истинного Бога. Поэтому православные детские дома обладают большим потенциалом. Пусть на деле они часто несовершенны, но у верующих есть представление о том, что жить нужно не для себя, а для других.

    Преимущество малого воспитательного учреждения, созданного при храме, еще и в том, что живая церковная община в какой-то степени заменяет ребенку семью. Здесь всегда много знакомых, под присмотром которых он останется, выйдя из детского дома. У детей, воспитывающихся в приходе, сохраняются связи с духовником, с друзьями в общине, которая очень нужна им[27].

    Сегодня при монастырях и приходах один за другим открываются детские дома и приюты. Но, начиная новое дело, верующие часто не подозревают о тех проблемах и препятствиях, которые придется преодолевать.

    Автор-составитель:

    Иерей Владимир Щетинин

    Выпускник Сретенской духовной семинарии

    Ключевые слова: детский дом, интернат, сирота, приют, история, социальный педагог, Церковь, благотворительность



    [1]Склярова Т. В. Проблемы церковного попечения о детях-сиротах: Дети, оставшиеся без попечения родителей, — история и современное состояние// Круглый стол по религиозному образованию и диаконии // URL: http://www.rondtb.msk.ru/info/ru/orphans_ru.htm (дата обращения: 29.05.2018). См. также: Склярова Т. В. История призрения детей в России// Православное воспитание в  контексте  социализации: гл. 1. — М.: ПСТГУ, 2006. — 152 с.

    [2]См. об этапах подробнее: Штинова Г. Н., Галагузова М. А., Галагузова Ю. Н. Социальная педагогика: учебник для вузов: раздел 1 глава 1 «Культурно-исторические предпосылки возникновения социальной педагогики в России». — М.: Владос, 2008. — С. 5-19. // URL: http://ural-education.ru/wp-content/uploads/2016/12/Галагузова-М.А.-Штинова-Г.Н.-Галагузова-Ю.Н.-Социальная-педагогика.pdf (дата обращения: 29.05.2018).

    [3] Ведомство учреждений императрицы Марии // URL: https://ru.wikipedia.org/wiki/Ведомство_учреждений_императрицы_Марии (дата обращения: 31.05.2018).

    [4] См. также: Фирсов М. В. История социальной работы в России. — М.: Гуманит. изд. центр ВЛАДОС, 1999. — 256 с. //URL:http://www.studmed.ru/view/firsov-mv-istoriya-socialnoy-raboty-v-rossii_c4a0dad52a6.html(дата обращения: 29.05.2018).

    [5] Мельников В.П., Холостова Е.И. История социальной работы в России // Учебное пособие. — М.: Издательско-книготорговый центр «Маркетинг», 2001. — С. 61-73.

    [6] Педология // URL: https://ru.wikipedia.org/wiki/Педология_(значения) (дата обращения: 29.05.2018 года).

    [7] Постернак А. Организация работы с беспризорными детьми в 1920-е годы // Дети-сироты России и стран СНГ // URL: URL:http://www.cirota.ru/foster/?id=136&ids=4 (дата обращения: май 2007).

    [8] Очерки истории школы и педагогической мысли народов СССР (1941-1961). — М,  1998. — С. 37-45.

    [9] История становления и развития социальной работы в России // URL: https://works.doklad.ru/view/3I7Mj3diS_Y.html (дата обращения: 31.05.2018).

    [10] См. об этапах также: Эволюция социальной работы с детьми-сиротами в России // URL:https://studfiles.net/preview/5246822 (дата обращения: 29.05.2018); Фирсов М. В. История социальной работы в России. — М.: Гуманит. изд. центр ВЛАДОС, 1999. — 256 с. //URL:http://www.studmed.ru/view/firsov-mv-istoriya-socialnoy-raboty-v-rossii_c4a0dad52a6.html (дата обращения: 29.05.2018).

    [11] Федеральный закон РФ № 120-ФЗ «Об основах профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» // URL: http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=140386 (дата обращения: 31.05.2018).

    [12] Беспризорники в России // URL: http://ruxpert.ru/Беспризорники_в_России (дата обращения: 31.05.2018).

    [13] Устройство детей, оставшихся без попечения родителей, в 2013 году // Федеральная служба государственной статистики // URL: http://www.gks.ru/free_doc/new_site/population/obraz/i-obr2.htm (дата обращения: 31.05.2018).

    [14] Устройство детей, оставшихся без попечения родителей, в 2011 году // Усыновление в России // URL: http://www.usynovite.ru/statistics/2011/2/ (дата обращения: 31.05.2018).

    [15] Усыновление в России // Информационно-консультационный портал Министерства образования и науки РФ. 2016 Департамент государственной политики в сфере защиты прав детей // URL: http://www.usynovite.ru/db/ (дата обращения: 31.05.2018).

    [16] Витренко Н. Б. Доклад о детских домах // URL: http://www.rondtb.msk.ru/info/ru/orphanage1_ru.htm (дата обращения: 31.05.2018)

    [17] Казанцев И. Детский дом: миссия невыполнима? // Журнал «Нескучный сад» №1(2), 2002 // URL: http://fondberega.ru/index.php?option=com_k2&view=item&id=107:detskiy-dom-missiya-nevyipolnima?&Itemid=82 (дата обращения: 31.05.2018).

    [18] Как организовать милосердие на приходе. — М, 2005. — 136 c.

    [19] Красвицкая Г.С. [и др.]. Вы решили усыновить ребенка. — М.: Дрофа, 2001. — 288 с.

    [20] Как организовать милосердие на приходе. — М, 2005. — 136 c.

    [21] Там же.

    [22] Красвицкая Г.С. [и др.]. Вы решили усыновить ребенка. — М.: Дрофа, 2001. — 288 с.

    [23] Как организовать милосердие на приходе. — М, 2005. — 136 c.

    [24] Там же.

    [25] Детские деревни-SOS в России: Вопросы и ответы // URL: https://sos-dd.ru/about/faq/ (дата обращения: 31.05.2018).

    [26] Детские деревни-SOS России // URL: https://sos-dd.ru/ (дата обращения: 31.05.2018).

    [27] Казанцев И. Детский дом: миссия невыполнима? // Журнал «Нескучный сад» №1(2), 2002 // URL: http://fondberega.ru/index.php?option=com_k2&view=item&id=107:detskiy-dom-missiya-nevyipolnima?&Itemid=82 (дата обращения: 31.05.2018); Как организовать милосердие на приходе. — М, 2005. — 136 c.



    Новости по теме

    Как выбрать книгу для ребенка? Алексей Мигальников Студент Сретенской духовной семинарии Алексей Мигальников побывал на одной из бесед цикла «История святых», которые ежемесячно проходят в воскресной школе при храме Рождества Пресвятой Богородицы в Старом Симонове. Проводит встречи Петр Пашков — выпускник филологического факультета МГУ, преподаватель греческого и латинского языка и литературы. Алексей делится своими мыслями по поводу услышанного.
    ЗАВЕТЫ ЖИЗНИ СВ. ИОАННА ЗЛАТОУСТОГО Священномученик Иоанн Восторгов Кто из православных христиан не слышал имени святого Иоанна Златоустого? Едва ли есть другой из чтимых святых, кого бы Церковь Христова поминала так часто, — почти каждый день во всех своих священных храмах. Ему мы обязаны составлением божественной литургии, чаще всего совершаемой в нашей Церкви; ему мы обязаны многими чудными и доселе трогающими всякое сердце молитвами.

    Владимир

    Статья мне понравилась. По поводу того, что государство не справляется с поставленной задачей хочу отметить, что уже в Подмосковье известны факты обеспечения жильем сирот и не простым жильем эконом класса, а жильем бизнес-план сам с консьержем и подземным паркингом ... кроме взяток на распределении в таких решениях не видно более ничего. Также было отмечено слабая предрасположенность воспитанников государственных органов опеки к труду, что происходит на самом деле - 18 летние детины, получившие несколько квартир на группу, съезжаются для проживания в одну, а остальные сдают. Государство таким образом создаёт пласт социальных вредителей. Это всё, конечно, последствия, причины хорошо описаны в статье. Спасибо.

    Ответить