СВЯЩЕННОСЛУЖИТЕЛИ ТАМБОВСКОЙ ЕПАРХИИ И СВЯТИТЕЛЬ ЛУКА КРЫМСКИЙ В ГОДЫ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ

Московская Сретенская Духовная Семинария

СВЯЩЕННОСЛУЖИТЕЛИ ТАМБОВСКОЙ ЕПАРХИИ И СВЯТИТЕЛЬ ЛУКА КРЫМСКИЙ В ГОДЫ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ

Иерей Александр Неплюев 2317



Русская Православная Церковь в годы войны наравне со своим народом несла тяготы и фронта, и тыла, и оккупации. Об этом можно рассказать на примере лишь одной из множества епархий — Тамбовской. Ее духовенство и прихожане в полной мере переживали все трудности войны, будучи защитниками Отечества, помогая раненым и т. д. А в 1944–1946 гг. в их числе находился и архиепископ Лука Войно-Ясенецкий.

В годы тяжелых испытаний служители Церкви всегда вставали на патриотические позиции и призывали верующих к защите Отечества. Не стала исключением и Великая Отечественная война 1941-1945 гг. Церковь оказывала свою посильную помощь Отечеству в борьбе за освобождение. Не стала исключением и Тамбовская епархия.

Например, с сентября 1943 г. Патриархия собирала средства на строительство танковой колонны «Дмитрий Донской». Свой вклад в это благородное дело сделала и Тамбовская епархия. Всего три действующие церкви в епархии — Покровская в Тамбове, Скорбященская в Мичуринске и Никольская в Моршанске, — перечислили на строительство танковой колонны в первом полугодии 1944 года более 250 тысяч рублей.

Кроме этого, перечислялись средства в фонды обороны, помощи раненым и на подарки бойцам на фронтах. Настоятель Покровской церкви Иоанн Леоферов в телеграмме Сталину сообщал, что два его сына защищают Родину на фронтах, а он в фонд обороны перечислил 10 000 рублей. Ответная телеграмма гласила: «Примите мой привет и благодарность Красной Армии за Вашу заботу об обороне СССР»[1]. Всего духовенством и прихожанами Тамбовской епархии на патриотические цели в 1944-46 гг. был собран 1 493 581 рубль[2].

Тамбовские священнослужители, сотрудники епархиального управления и члены церковных советов наравне со всем народом прошагали трудными военными верстами. Многие из них были награждены орденами и медалями и даже отмечались персональными благодарностями И.В. Сталина.

Судьбы священнослужителей-участников войны удивительны и порой невероятны.

Судьбы священнослужителей-участников войны удивительны и порой невероятны. В списке священнослужителей и церковных советов епархии числились участники обороны Ленинграда, освобождения Праги, Будапешта, Варшавы, Кенигсберга и Берлина. За фронтовые подвиги протоиерею Иоанну Засыпкину дважды адресованы персональные благодарности Сталина. Протоиерей Иоанн Васнев награжден медалями «За оборону Ленинграда», «За освобождение Праги», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.». Последнюю из перечисленных награду получил и протоиерей Павел Торопцев. Протоирею И.М. Леоферову за патриотические проповеди и сбор пожертвований на танковую колонну была вручена медаль «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.»[3]. Кроме того, уполномоченный регулярно отмечал его деятельность и деятельность благочинного Мичуринского округа протоиерея А.М. Лебедева в своих отчетах и справках в Совет по делам РПЦ[4]. Также медалями за доблестный труд в годы войны были отмечены протоиреи Нестеров, Добров, Жданов, Лагутин и многие другие.

Схиархимандрит Рафаил (Лукиан Иоакимович Брыксин, 1893–1976), воспитанник Вышенского монастыря, в 1916 году закончил военные фельдшерские курсы в Харькове и служил фельдшером в действующей армии. После демобилизации в 1920 году он вернулся в Вышенский монастырь и принял монашество. Но в 1941–1945 годах он снова проходил дорогой военного фельдшера. Прах его упокоен в Тамбове рядом с храмом Святых Апостолов Петра и Павла, а воинский подвиг отмечен скромной наградой — медалью «За доблестный труд в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг.».

Протоиерей Александр Ильич Бородин, в схиме — Питирим, прошел всю Великую Отечественную и закончил войну в Берлине. Он был награжден медалями «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.», «За взятие Берлина», «За освобождение Варшавы». После войны он служил в Михаило-Архангельском храме села Мордово до времени своей кончины в 1975 году[5].

Отдельно хотелось бы отметить врачебную и педагогическую деятельность архиепископа Тамбовского и Мичуринского Луки (Войно-Ясенецкого), находившегося в Тамбовской епархии с 1944 г. до назначения на Крымскую кафедру в мае 1946 г. Ведь он, профессор медицины и выдающийся хирург, получил всего лишь медаль «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.» А ведь самоотверженный труд архипастыря и ученого мог быть оценен правительством гораздо выше. Но признать заслуги архиерея означало еще один шаг в признании Церкви, а этого государство допустить не могло.

Архиепископ Лука был назначен хирургом-консультантом эвакогоспиталей, которые вслед за победоносным наступлением наших войск переехали в Тамбов.

Деятельность святого архиепископа Луки можно по праву назвать патриотической. С октября 1941 года, будучи сосланным в Сибирь, профессор Войно-Ясенецкий стал консультантом всех госпиталей Красноярского края и главным хирургом эвакогоспиталя. 27 декабря 1942 года епископу Луке, «не отрывая его от работы в военных госпиталях», было поручено управление Красноярской епархией с титулом архиепископа Красноярского[6]. В феврале 1944 года владыка получил указ о назначении на Тамбовскую кафедру. Одновременно архиепископ Лука был назначен хирургом-консультантом эвакогоспиталей, которые вслед за победоносным наступлением наших войск переехали в Тамбов.

Хирургической работы в Тамбове оказалось значительно больше, чем в Красноярске. Как главный хирург, архиепископ Лука (официально — В.Ф. Войно-Ясенецкий) курировал около 150 госпиталей, в каждом из которых было от 500 до 1000 коек, и, кроме этого, хирургическое отделение большой городской больницы. Тамбовская госпитальная база испытывала огромную потребность в профессионалах. Достаточно сказать, что в 1944 году в Тамбове было только 4 специалиста с 10-летним довоенным стажем хирургической работы, а госпитальная база на 90 % состояла из хирургических отделений. Третья часть врачебных штатов не была укомплектована, а многие врачи не имели необходимой практики. Между тем, только в 1944 году через тамбовские госпитали прошло более 72 000 раненых, при этом более 80 % из них после лечения вернулись на фронт. Это достигалось за счет четкой организации работы и многогранной консультативной деятельности местных специалистов и врачей московских бригад. В этот год в городе было проведено 190 врачебных конференций и прочитано значительное число лекций. В этих условия практический опыт прибывшего в Тамбов хирурга-консультанта в ранге профессора медицины был просто необходим.

Новый хирург с первых дней включился в напряженную работу, читал лекции по гнойной хирургии, весной 1944 года сделал большой доклад на областном съезде медработников.

В феврале 1944 года владыка развернул научно-практическую работу в эвакогоспиталях №5355 и № 5894. На материалах одного из лучших тамбовских госпиталей (№ 5894) им проводились исследования, результаты которых изложены в монографии «О течении хронической эмпиемы и хондратах». Этот труд требовал затраты огромных физических сил и времени. А насыщенность и обширность хирургической работы была колоссальна. Шестидесятисемилетний владыка работал по восемь-девять часов в сутки и делал четыре-пять операций ежедневно. Все это сказывалось на подорванном в ссылках и тюрьмах здоровье.

Одновременно владыка осуществлял духовное служение в сане архиепископа: титул архиепископа Тамбовского и Мичуринского владыке был присвоен Указом Синода от 24 октября 1944 года. По данным тамбовского облисполкома, на 1 сентября 1942 года в области числилось 147 незакрытых церквей, однако действующими были только три. Подавляющее большинство использовалось как подсобные и складские помещения. Свое архипастырское служение святитель Лука совершал в Покровской церкви Тамбова. С первых же дней управления епархией владыка ходатайствовал об открытии в Тамбове большого двухэтажного Спасо-Преображенского собора, который вместил бы всех верующих, но местные власти всячески препятствовали этому.

26 февраля 1944 года архиепископ Лука произнес свою первую проповедь, которая, как и все последующие, была отправлена под грифом «Сов. секретно» Председателю Совета по делам Церкви Карпову Г.Г. в Москву:

«Пятнадцать лет были закрыты и связаны мои уста, но теперь они вновь раскрылись, чтобы благовествовать вам слова Божии. Примите мои утешения, мои бедные, голодные люди. Вы голодны отсутствием проповеди Слова Божия, храмы наши разрушены, они в пепле, угле и развалинах. Вы счастливы, что имеете хоть небольшой, но все же храм. Он грязен, загажен. Темен. Но зато в сердцах наших горит Свет Христов. Давайте сюда живописцев, художников. Пусть они пишут иконы, нам нужен ваш труд для восстановления уничтоженного, и вера засияет новым пламенем».

В годы войны каждое слово проповеди владыки было проникнуто чувством гражданского долга, сыновней любви к Родине, отеческой заботой к многострадальному народу.

Проповеди Святителя производили на прихожан огромное впечатление. Их приходили послушать и верующие, и неверующие, в том числе представители интеллигенции. Их записывали прямо в храме, а затем перепечатывали на машинке, сохранилось 77 переписанных от руки проповедей архиепископа. Профессор гомилетики Московской Духовной Академии А. Ветелев считал проповеди архиепископа Луки исключительным событием в современной церковно-богословской жизни. Как проповедник он был самобытен по силе и искренности чувства, простоте и доходчивости изложения. Богослужения, совершаемые архиепископом, отличались высокой духовной молитвенностью. Следуя заветам Апостола Павла, он стремился к просвещению паствы. В годы войны каждое слово проповеди владыки было проникнуто чувством гражданского долга, сыновней любви к Родине, отеческой заботой к многострадальному народу.

Прошло чуть больше двух месяцев после назначения на Тамбовскую кафедру, но эхо самоотверженной архипастырской деятельности Святителя Луки докатилось и до Москвы.

Уполномоченный по делам религии Г.Г. Карпов выговаривал Патриарху Сергию, что «Тамбовский владыка в хирургическом госпитале в своем кабинете повесил икону, перед исполнением операций совершает молитвы, на совещании врачей эвакогоспиталя за столом президиума находится в архиерейском облачении, в дни Пасхи 1944 года делал попытки совершать Богослужения в нефункционирующих храмах, делал клеветнические выпады по отношению к обновленческому духовенству»[7].

Святитель Лука, находясь на высоте своего архиерейского достоинства, никогда не угодничал перед властями, и это раздражало светских начальников всех рангов. Но, тем не менее, они не могли не отметить его огромный вклад в медицинскую науку и практическую хирургию. Нарком здравоохранения послал рукопись «Очерков гнойной хирургии» в комитет по Сталинским премиям, и комитет присудил Сталинскую премию 1 степени за 1944 год выдающемуся хирургу, доктору медицинских наук, профессору В.Ф. Войно-Ясенецкому. Из полученных 200 тысяч рублей 130 архиепископ передал в фонд помощи «сиротам жертвам фашистских извергов». В архивном фонде Тамбова — копии телеграмм, адресованных Сталину о передаче этих средств. На телеграммах подпись — «Тамбовский архиепископ Лука» и только после — «профессор хирургии»[8].

В декабре 1945 года председатель облисполкома вручил хирургу-архипастырю медаль «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 годов».

Жители Тамбова и через сорок с лишним лет с благодарностью вспоминают труды Святителя-хирурга, 2-я городская больница названа его именем. При этой же больнице создан музей Архиепископа Луки, и в 1994 году в дни визита в Тамбовскую епархию Патриарха Московского и всея Руси Алексия II Святому исповеднику Луке установлен памятник.

Таким образом, патриотическая деятельность священнослужителей Тамбовской епархии в годы войны была многогранна: они и воевали с оружием в руках, и поддерживали людей словом, и собирали пожертвования в фонд обороны, и оперировали. А архиепископ Лука совмещал архипастырское служение, деятельность хирурга-консультанта и научно-педагогическую работу.

Иерей Александр Неплюев

Ключевые слова: Церковь, война, патриотическая деятельность, духовенство, Тамбовская епархия, святитель Лука.


[1] ГАТО. Ф. Р-5220, оп. 1, д. 26. — Л. 8, 10, 13.

[2] Цыпин В., прот. История Русской Церкви. Кн. 9. — М.: Спасо-Преображенский Валаамский монастырь, 1997. — С. 70.

[3] Якунин В.Н. Церковные соборы периода Великой Отечественной войны // Татищевские чтения. — Тольятти, 2002. — С.292–298. — С.395.

[4] Цыпин В., прот. История Русской Церкви. Кн. 9. — М.: Спасо-Преображенский Валаамский монастырь, 1997. — С. 71.

[5] Кученкова В.А. Церковь и Армия; Вера и Мужество. // Тамбовские епархиальные вести, 2000, №2.

[6] Галкин А. К. Указы и определения Московской Патриархии об архиереях с начала Великой Отечественной войны до Собора 1943 года // Вестник церковной истории. 2008, № 2. — С. 90.

[7] Крестный путь Патриарха Сергия: документы, письма, свидетельства современников (К 50-летию со дня кончины). — Отечественные архивы, 1994, №2. — С. 76.

[8] ГАТО. Ф. Р-5220, оп. 1, д. 53.

Новости по теме

ЦЕРКОВЬ В ГОДЫ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ. ЧАСТЬ 2. МОЛИТВЕННОЕ УЧАСТИЕ И РАТНЫЙ ПОДВИГ ДУХОВЕНСТВА Игорь Максимов Участие священнослужителей и монахов в жизни воюющего народа выражалось не только в поддержке словом и сборе средств и вещей для фронта, но и в молитвенном предстоянии: богослужениях, молебствиях, требах, совершаемых священниками порой ежедневно и едва ли не круглосуточно. Кроме того, церковнослужители, что многим неизвестно, участвовали непосредственно в боевых действиях.
Церковь в годы Великой Отечественной войны Часть 1. Патриотическая деятельность Русской Православной Церкви Игорь Максимов До сих пор, к сожалению, о патриотической деятельности Русской Церкви в Великой Отечественной войне сказано не так много. Из настоящей статьи вы узнаете о том, в чем состояла эта деятельность: о посланиях митрополитов, и Патриаршего Местоблюстителя Сергия в частности, об организации сборов, денежных и вещественных, в пользу фронта, инвалидов, детей, и о многом другом.
Армейская семинария Александр Харитонов Это уникальное явление духовного образования в Российской Империи просуществовало недолго, но являлось интересным и чрезвычайно важным начинанием эпохи императора Павла I. Кроме того, вопросы, стоявшие перед ее учредителями и реформаторами, важны для нас и сегодня.