ЧИН АРХИЕРЕЙСКОЙ ЛИТУРГИИ В РУССКОЙ ЦЕРКВИ В СЕРЕДИНЕ XVI ВЕКА: СВИДЕТЕЛЬСТВО ВЕЛИКИХ МИНЕЙ-ЧЕТЬИХ СВТ. МАКАРИЯ, МИТРОПОЛИТА МОСКОВСКОГО

Московская Сретенская Духовная Семинария

ЧИН АРХИЕРЕЙСКОЙ ЛИТУРГИИ В РУССКОЙ ЦЕРКВИ В СЕРЕДИНЕ XVI ВЕКА: СВИДЕТЕЛЬСТВО ВЕЛИКИХ МИНЕЙ-ЧЕТЬИХ СВТ. МАКАРИЯ, МИТРОПОЛИТА МОСКОВСКОГО

Иерей Михаил Желтов 2201



В статье в научный оборот впервые вводится важный источник по истории богослужения Древней Руси: устав архиерейской литургии из Великих Миней-Четьих свт. Макария, митрополита Московского и всея Руси († 1563). Этот источник существенно дополняет информацию, содержащуюся в двух давно известных списках чина архиерейской литургии того времени, ГИМ. Син. 680 и 909. А поскольку копии указанных списков используются за архиерейским богослужением в старообрядных приходах Русской Церкви, публикуемый чин имеет не только большую научную, но и практическую ценность. Текст устава издается по Софийскому списку Великих Миней-Четьих и сопровождается подробным комментарием.

 

ВВОДНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ

Источники, описывающие древнерусский чин архиерейской литургии, столь малочисленны, что каждый из них заслуживает самого тщательного рассмотрения[1]. Тем более удивителен тот факт, что один из этих источников, долгое время находившийся практически на самом виду у исследователей, до сих пор не был введен в научный оборот. Речь идет о самобытном русском диатаксисе[2] архиерейской литургии XVI в. — «Чине службы святительския, егда восхощет литургисати», — который содержится в приложениях к Великим Минеям-Четьим (далее: ВМЧ) митрополита Московского и всея Руси св. Макария.

ВМЧ представляют собой знаменитый памятник русской книжности 2-й четв. — сер. XVI в., обширнейшее собрание агиографических, аскетических, богословских произведений, как переводных, так и оригинальных[3]. К настоящему времени текст ВМЧ, сохранившийся в трех главных списках — Успенском, Царском и Софийском, — издан лишь частично.

Интересующая нас статья находится в самом конце сборника — в книге за август, не изданной. Состав приложения к этой книге, содержащего в том числе литургические статьи, был обнародован еще в 1848 г. В. М. Ундольским, опубликовавшим постатейную опись Успенского списка ВМЧ, подготовленную в кон. XVII в. справщиком Московского Печатного двора Евфимием, монахом Чудова монастыря в Кремле[4]. А в 1892 г. архим. Иосиф (Левицкий) представил свою, значительно более подробную роспись того же списка[5]; в ней приведены в том числе и полное название и начальные слова интересующей нас статьи[6]. Они привлекли внимание Е. Е. Голубинского, великого историка Русской Церкви, который сделал соответствующую выписку, а затем включил ее в перечень имеющихся свидетельств о чине литургии на Руси в XVI в.[7] Но непосредственно текста устава архиерейской литургии из ВМЧ (как, вероятно, и самих списков ВМЧ) Голубинский не видел, и все его сведения ограничивались росписью архим. Иосифа. В монографии А. А. Дмитриевского, одного из ведущих дореволюционных русских литургистов, полностью посвященной богослужению Русской Церкви в XVI в.[8], включая в том числе и чин архиерейской литургии[9], устав из ВМЧ не упоминается. В работах другого выдающегося русского литургиста того времени, А. П. Голубцова, исследовавшего особенности архиерейского и, шире, кафедрального богослужения в Византии и на Руси[10], этот источник также не используется. В работах последующих исследователей устав архиерейской литургии из ВМЧ также не упоминался. Таким образом, его полный текст публикуется нами впервые.

Этот устав содержится в книге за август во всех трех оригинальных списках ВМЧ: Успенском (ГИМ. Син. 997. Л. 1486 об. — 1489 об.), Царском (ГИМ. Син. 183. Л. 711–714 об.) и Софийском (РГАДА. ф. 201. № 161. Л. 607–608 об.). Мы публикуем его по Софийскому списку[11]; впрочем, как мы непосредственно убедились, текст устава одинаков во всех трех списках, не считая мелких различий в написании отдельных слов. Единственное существенное разночтение — прибавление в Успенском и Царском списках к заглавию устава слов: и3 њ поставлении свэщеносца[12]. и3 четца. и3 пэвца. и3 поdzкона. и3 діакона. i3ерэа2 и3 пр0чегw сщ7нническаго чина, что, несомненно, представляет собой интерполяцию.

Текст устава публикуется с сохранением орфографии рукописи. Для удобства дальнейшего анализа текст разделен нами на части и на абзацы. Части сопровождаются условными нумерацией и подзаголовками, которые в рукописи отсутствуют.

ТЕКСТ УСТАВА АРХИЕРЕЙСКОЙ ЛИТУРГИИ ИЗ ВМЧ (ПО СОФИЙСКОМУ СПИСКУ)

[л. 607] Чи1нъ и3 ўстaвь слu1жбы ст7льскіA. є3гдA восх0щеть литургисaти.

1. Вход в храм

Е$гда ўбо ст7итель вх0дить въ цRковныA двери. тогдA поdzци поют и3сполаи3ти деспота. гщ.

ст7ль же вшеd въ цRковъ, и3 цэлu1е3тъ ст7ыS и3к0ны. и3 пaки входя2 во њлта> целu1етъ цRьскіz двери2. діzкономъ tверзаю3щимъ е3моv. И# вшde во њлтaръ целuет ст7ыи2 пrтлъ, и3 ст7ое є3ђаліе и3же на пrтлэ. держaщим е3мu2 двэма діaкономъ с8 стрaнъ. и3 въходить в жeртвеникъ. и3целоvе3тъ ст7ыи дискwc и3 п0тирь. и3 сіа поdдержащимъ е3мu2 діaкономъ. и3 блcвить сщ7ен8ника и3 діaкона кот0рым проскоромисати.

и3 паки и3сх0дить и3зо њлтарz цRьскими же дверми. и3 и3деть на ўгот0ванное е3мu2 мэсто средэ црк7ви. преdходzщu е3мu поdякu с лампадою. и3 стaвъ на мэстэ и3 tда посо< поdакu. и3 совлачитсz ризъ њбhчны<. поdkкu стоsщu прzмо е3мu2 с лампадою, и3 свэтилником горsщим со њбою странu2 лампады.

2. Облачение епископа во время проскомидии

ї ґбіе началнэи3шіи3 діaконъ речет помaлу блcви вLко.

Ст7ль же речeть. блcвнъ б7ъ нш7ь. и3 поdци поють на ґмбонэ сти<. Ст7лю же њблачаю3щuсz в веc ст7льскіи санъ. и3 њблeксz сzдет на ўготованнэмъ е3му мэсте. началнэи3шіи же діaконъ ставъ прzмо е3мu. и3 воз8глашает, и3сполаити деспотA. гщ. и поdzцы поют нґ амбонэ. многолэтіе пресщ7ен8ному ґрхіепcпу. Ст7ль же блcвитъ діакона.

И$ ґще ўбо єc нэкто хотzи2 поставлsтисz в8 сщ7ен8ныz. ї ґбіе поставлzем бывает, и3ли ни2. и3 посем ст7ль ўмывает рyки. возливaе3т же подіакъ. и3ли новоставленыи2 гlет. е3лико вэрніи. гщ. и3 ўмhвъ рyки, и3 блcвить возливаю3щаго. сеи3 же tходить к жeртвенику. и3 бываетъ tпустъ.

3. Малый вход

и3 по њбычаю начинаетсz бжcтвенаz литургіz.

Е#гда же приспэет времz выхода. тогдA поdzцы держaщіи свэщA. преd ст7лем. и3ніи же поdе3млют свэти1лники. и3 кyпнw tходzт с поклоненіем к жeртвеникu. тaкоже и3 діакони преdстоkщіи ст7лю. tходzт с поклоненіем во њлтaрь цrкими дверми. Е$ди1н же началнэишіи діaконъ, њставлsетсz преd ст7лемъ.

И$ тaко и3дуть діaкони. и3 сщ7енницы на выхоd по чинu и<. преdходzщимъ им двэма поdzкомъ съ свэщами. преd є3ђаліем же и3дuть двA поdkка со свэти1лники2. Е$гдаж приіидuт до ст7лz. поdkцы же носsщіи свэща. сотворше поклонeніе ст7лю. и3 тY преdстоzт. носsщіи же свэти1лники. тaкоже сотворше поклонeніе, ст7лю, tходzт ко њлтарю, и3 поставлzют свэти1лники. со њбою2 странъ цrкихъ двереи2. Ст7ль же блcвит сщ7ен8ника, которы проскорымисалъ. носzи же діаконъ ст7оE є3ђаліе, tдастъ є5 њному діакону. преdстољщему преd ст7лемъ. и3 снем съ ст7лz шaпку. и3 и3деть съ пр0чими діaконы во њлтарь.

діaкон8 же приносит є3ђаліе къ ст7лю. Ст7ль же целовaвъ ст7ое є3ђаліе и3 блcвить е3го2. о3н же възгласит. премdрwсть прости. поdkк же, пріидэте поклонимсz. Ст7льж пріимъ свэщу троиницу. и3 блcвлzет прzмо себE. и3 њдесную себе и3 њлэвую. и3 tдасть свэщу. поdяцыж поют, и3сполаити деспота. гщ

И$ тaко ст7ль ступить с мэста своего. поdдержащим е3го поd руки, двэмA сщ7ен8никомъ началнэишимъ. и3 и3дет ко њлтарю. преdходzщю преd нимъ поdzку. с лампадою. и3 и3ніи же со свэщами поdkк же по немъ и3дет с посохомъ. тaкоже и3 сщ7ен8ницы въслэдуют е3мu. поdzцы же со свэщами вни1дuт во њлтарь. с лампадою же станет њдесную цrкихъ двереи. с посохом же tлэвую.

Ст7льж входz во њлтарь. целuет ц rкіа двери. діaкономъ tверзающим е3мu. и3 пріе3млет шапку t діакона. и3 поцеловaвъ шaпку полагaетъ на главу себэ. и3 пріемлет кади1ло t діакона. и3

[л. 607 об.] кадить ст7ыи2 пrтлъ. преdходsщимъ преd | нимъ поdkкомъ со свэщами и3 дрuгому созадэ е3го. и3 жерътвеникъ. и3 всь ст7ыи2 њлтарь.

4. Трисвятое

и3 посем діaконъ речeть врeмz трист7го.

Ст7ль жъ ставъ, въ цrкихъ двeре< гlть, kко ст7ъ е3си. блcвлzA рукою на церковь прzмо себE. и3 њдесную себE. и3 њлэвую2. кли1рицыж поют ст7ыи2 б9е. ї е3гдA начнуть кли1рицы пёти третьюю2, ст7ыи б9е. тогдA сщ7ен8ницы во њлтари поют, ст7ыи2 б9е.

Ст7ль же пріи3мъ свэщu2 трои3ницу. и3 с нею2 прекрестит ст7ое є3ђаліе рукою крестоњбразно. гщ. держaщимъ е3му двэма дьkконом с8 стрaнъ, и3 поцелu1ет. и3 о3брaщьсz. и3 стaвъ въ цrки< двере<. и3 блcвлzет свэщею2 на цRквь прsмо себе и3 њдесную себе и3 њлэвую. и3 tдaсть свэщу поdzкu стоzщему преd цrкими двeрми. о3н же пріемъ гlть. евлоисонъ, киріонъ доксосъ, клирицыж. Сл+. i =. ст7ыи2 бесмRтныи2 помилуи насъ.

И$ њбрaщьсz ст7ль къ пrтлu. и3 пріемъ свэщу двои3ницу. и3 с нею2 прекрести1тъ ст7ое є3ђаліе рукою2, кrтањбразно. ащ. и3 поцелuет, и3 блcвить свэщею2 њдесн1ую ї о3лэвую. и3 поцеловавъ ст7ыи2 престолъ. и3 и3дет на горнеє2 мэсто, преdходsщимъ преd нимъ двэмA подіакомъ со свэщaми. и3 сщ7ен8ником въслэдующим е3му. пою3ще ст7ыи2 б9е. вщ. и3 вшеdшу емоv, на г0рнеє2 мэсто. сщ7ен8ницыж которіи стољху њдесн1ую ст7лz преd п rтлом. сіи стaнуть њлэвую ст7лz. ґ кот0ріи стољху њлэвую ст7лz. сіи стaнuт њдесную. Ст7ль же пріемъ свэщу трои3ницу. и3 блcвлzет прzмо себе и3 њдесную и3 њлэвую. сщ7ен8ницы же поют третюю2 ст7ыи2 б9е. и3 tдавъ свэщу сzдет.

5. Литургийные чтения

и3 посeмъ діаконъ возгласитъ. вонмэм.

сщ7ен8никъ8 же началнэишіи стоSи3 t лёвыz страны2 ст7лz. речет миръ всэм. діaкони же гlють и3 проч†z премэнzz. поdkк же гlть. прокиме=. ї ґпcлъ по њбhчаю. Ст7ль же повелит сщ7ен8никомъ сэсти. чтомu же ґпcлоv сщ7ен8ник же началнэишіи сэдzи2 њ лэвую страну ст7лz. в8ставъ. и3 прих0дит с прaвыz страны къ ст7лю. Ст7ль же блcвить е3го. о3н8 же целuет е3го в поли1цу. и3 посем сщ7енникъ начaлнеишіи, сэдsи3 њ десную страну ст7лz. в8стaвъ. и3 прих0дит с лэвыz страны2 къ ст7лю. и3 ст7ль блcвить его о3н же целuетъ е3го во њмофоръ. началнэишіиж діаконъ. кадить ст7ыи2 пrтлъ, и3 всь ст7ыи2 њлтарь. держа на лэвои руки њмофоръ.

е3гда же поdzкъ кончzе3тъ ґпcлъ. ТогдA ст7ль в8стaнеть и3 сщ7ен8ницы. началнэишіи же сщ7ен8никъ. стоsи3 њдесную ст7лz. речет миръ всэм. діaкони же, премdрость вонмэм. поdkк же. pлом дв7двъ. ґллђіа. Ст7ль же целуе3тъ сп7са и3же наd нимъ. гlz мlтвоv, восіaи3 въ срцdихъ нaши<. діaкон же пріeмъ кrтъ и3 приносит къ ст7лю. Ст7ль же целuет. діaкон же н0ситъ кrтъ и3 по прочимъ сщ7ен8ником. и3 паки ст7ль сzдет. сщ7ен8никомъ стоsщим. е3гда же поdkкъ речет ґллђіа. келевсате. ТогдA ст7ль в8стaнет. и3 здасть с собz њмофоръ. кончанэ же бывши ґллђіи, и3 по њбычаю є3ђаліе.

По є3ђaліи же. Ст7ль речeт ми1р ти. и3 и3дет з горнего мэста преd ст7ыи2 пrтлъ. поdдержащим е3го двемA сщ7енникомъ поd руки2. Сщ7ен8ницы же станuт њдесную. ст7лz. и3 њ лэвую преd пrтломъ по прежнему. діaконъж гlеть њктенію. держA њмо3фо> на лэвои руцэ. е3гда же речеть. є3ще м0лимсz њ бlговэрномъ. Ст7ль же пріемъ свэщу трои3ницу. и3 стaвъ в8 цrкихъ двере< и3 блcвлzет на цRковь прzмо себе. и3 њдесную и3 њлэвую. и3 њбращ8сz къ пrтлу и3 блcвлzет також. дья1кону гlющу, Е$ще молимсz њ архіппcэ нашем. Сщ7енницы же во њлтари2 поют, г7и помилуи. гщ и3 прочzA.

6. Великий вход

Е#гдA приспэет воз8глаc. Я$ко да поd держaвою твое3ю. гlть ст7ль, ставъ в8 цaрьски< двере<. блcвлzя2 рукою на церковь по прежеписаному. и3 њбрaщьсz к8 пrтлу. и3 гlть мlтву втаи2.

Е$гда же начнуть и3же херувимъ пэти. тогдA приводимъ бывaетъ

[л. 608] п оdkком. новопостaвленыи с руко|мое3ю2 преd цrкіе двери. Ст7ль же ўмывaе3тъ руки. о3н8 же возливаz гlть, е3лико вэрніи. гщ ї е3гда ст7ль ўмывает руки. постaвленыи же tдaсть лохaню поdzкоv њному. и3 поклонитсz преd цRьскими дверми. гщ Ст7ль же ўтеръ руки ўбрусомъ. и3 возлwжи1тъ на рамэ е3го. и3 се блcвить е3го. о3н же tх0дитъ с поклонeніемъ на мёсто своE. И$ ст7ль блcвить поdkка. держaщаго преd нимъ лоханю. и3 прекрести1тъ лоханю. гщ. и3 паки прекреститъ роvкою в8 водэ. гщ. мочz собэ џчи, и3 о3брaщьсz къ пrтлу. и3 дэи3ствуе3тъ њбычнаz. поdkк жевходит во њлтарь носS воду в лохaнэ. и3 сщ7ен8ницы же такоже мочzт собэ џчи.

и3 е3гдA и3дуть сщ7ен8ницы на выхоd. преdходzть д8ва поdяка со свэщами. и3ніи же д8ва со свэти1лники и3дуть преd сщ7енникомъ, несущимъ ст7ыи2 потирь. и3 и3ніи сщ7енницы въслёдую3ть и3мъ несyще њбhчнаz. послэди же вс<э и3деть поdљкъ водS новопоставленаго. несyща воду в лохaни. и3 сеи3 н0сить по всеи цRкви.

Сщ7ен8ницы же е3гда пріидуть преd цrкіе двeри. носzщіи же поdkцы свэщA. сотв0рше поклонeніе ст7лю. и3 и3дuт во њлтарь на своS мэста. и3 посемъ діaкони носzщіи рипи1ды стaвше въ цrки< двере<. и3 гlють да помzнет г7ь б7ъ ст7льство е3го. и3 tходzт во њлтaрь. њвъ на десную страну. њв8 же на лэвую, и3 діaкони носsщіи њмофоръ и3 шaпку. тaкоже рекyть приносz къ ст7лю. Ст7ль же пріeмъ шапку. и3 поцеловaвъ возлагает на главу свою2. тaкоже и3 њмофоръ целует. и3 возлагает на рамэ е3го діаконъ. и3 діаконъ носsи3 кадило. покадит ст7лz и3 tдaстъ е3мu кадило.

Ст7ль же кади1ть ст7ыи2 діњскосъ. носzщу діакону. и3ли ґрхідіакону. и3 пріемъ ст7ль діњскосъ. и3 поцеловавъ поставлsетъ е3го на пrтлэ. и3 пaки њбращьсz и3 пріе3мъ кадило. и3 кадит ст7ыи2 п0тирь. носzщу сщ7ен8нику ст7ыи2 потиръ. и3 пріемъ е3го ст7ль. и3 поцеловавъ поставлzет н а п rтлэ. и3 посeмъ в8нидут и3 прочіи сщ7ен8ницы во њлтарь. носzще њбычнаz. хотsи3 же совершитисz в п0пы. не вх0дить с ни1ми во њлтарь. но стоитъ преd цrкими дверми.

по внесeніи же и3 по положеніи бжcтвены< даровъ. Ст7ль же пріемъ свэщу трои3ницу. и3 стaвъ въ цrски< двере< и3 блcвлzет по њбычаю. поdzцы же пою3ть преd цrкими двeрми. и3сполаити деспота. гщ водsи же поdякъ њноg новопостaвленаго носzща лохaню. привеd. и3 поставлsетъ его2 њдесную цrки< двереи. дастъ е3мY свэти1лникъ держати до времени. е3гда поdkцы начнут пэти другую кэпанду.

7. Рукоположение священника

и3 посем в8водимъ бывaетъ сщ7ен8ником, хотsи3 совершитисz в попы2 во њлтaрь цrкими двeрми преd ст7лz. Ст7ль же блcвитъ е3го. діaкон же воз8гласи1т вонмэмъ. сщ7ен8ницы же поют ст7іи мч7нци. преdначинaющу и3мъ ст7лю. сщ7ен8ник же њбьемъ њ шіи е3го2 патрахилью. и3 њбв0дитъ е3го њколо пrтла. и3 пaки приводить е3го2 к8 ст7лю. Ст7ль же пакы блcвит е3го2. и3 паки начинает ст7іи мч7нци. сщ7ен8ник8 же њбв0дитъ е3го њколо пrтла. и3 пaки трети1цею тaкож.

и3 посем станет преd ст7лемъ на њбою2 колэну. діакон же воз8гласитъ вонмэм. И$ ст7ль положA рукоv на главэ его2. гlть мlтву велеглcно. Бжcтвенаz бLгть. ї е3гдA и3з8гlть. сщ7енницы поют на њбою2 клиросу. ст7ль же прекреститъ главу. гщ и3 гlть мlтву втаи2.

посем ст7ль пріемлет патрахиль. и3 даетъ е3мY целовaти. о3н8 же целуетъ в патрахи1ль и3 в рyку ст7лz. Ст7ль же возложит нaнь патрахиль. и3 положит р yку на главэ е3го. и3 воз8гласит. Ѓxіwсъ, сщ7ен8ницы во њлтари2 поют. ґxіwсъ. гщ. кли1рицыж поют. на њбою2 клиросу тaкоже. Ст7ль же пріемъ поkсъ даетъ е3му целовaти тaкоже. њн8 же целует в поkсъ и3 в руку ст7лz. и3 пріимъ поkсъ t ст7лz и3 њпољсуетсz. Ст7ль же пріемъ ри1зы и3 дае3тъ е3мY целовaти. о3н8 же целуетъ в ри1зы и3 в рyку ст7лz. Ст7ль же возложит нaнь ризы. и3 положит руку на главY его. и3 во€гласит.

[л. 608 об.] Ѓxіwсъ. и3 сщ7ен8ніцы | поют. Ѓxіwсъ. гщ. тaкоже и3 клірицы поют на њбою2 клиросу.

и3 посeмъ діaконъ гlть. њктенью2.

8. Анафора

Е$гдA же речет возлюбим другъ дрyга. поdяцы же поют на aмбонэ. о3ц7а и3 сн7а и3 ст7го дх7а.

е3гдаж кли1рицы поют. млcть миръ жeртва. поdkцыж на ґмбонэ, е3динъ кличет. е3лико вёрным. другіиж њи3се пэC. и3 поют е3лико вэрнымъ.

ї е3гдA кли1рицы поют. ст, ст, ст. поdkцы тaкож на aмбонэ. е3ди1нъ кличет њи3се пэC,. другіи же, е3 лико вэрнымъ. и 3 поют њисE пэC .

Е$гдa же ст7ль воз8гласит. твоS t твои<. поdkк же кличет на ѓмбонэ и3 њ вс<э и3 за всS.

и3 на призывaніе ст7го дх7а. с0и3мет ст7ль шaпку съ главы2 свое3S.

по достои3нэ же діaконъ воз8гласит. е3г0же кіижdо и3мэz помышленіе. њ свои< согрэшeніи<. поdkцы же поют кэпанду на ґмбонэ.

Е$гдаж ст7ль воз8гласит. в8 пeрвы< помzни2 г7и, и3 поминает началнэишаго, ґрхіепcпа митрополи1та. Сщ7енник8 же начaлнэишіи, поминaет свое3го ґрхіепcпа, їм>к8. діaконъж во њлтари чтет. свитокъ њ з®aвіи, ї е3гда скончaет. поdkцы поют, на ґмбонэ другую кэпанду. держaи же свэти1лникъ новопоставленыи2 њнъ, постaвит е3го. и3 поклонитсz преd цrкіми двeрьми. гщ.

Е$гдa же ст7ль речеть, дaи же нам. кли1рицыж поют. ґми= со дх7омъ твоимъ.

9. Рукоположение диакона

тогдA в8водим бывает н0вопоставленыи2 діако= во њлтарь, преd ст7лz. Ст7ль же блcвить е3го2. діакон же во€гlсит, в0нмэмъ. Сщ7ен8ницы же поют ст7іи мч7нцы. Ст7лю же и3мъ преdначинaю3щу. діакон же њбіемъ ўбрусомъ њ шіи е3го. и1 њбводит е3го њколо пrтла. и3 пaки прив0дить е3го къ ст7лю. Ст7ль же пaки блcвить его2. и3 пaки начинaетъ ст7іи мч7нцы. діакон же паки њбводит е3го nкrтъ пrтла. и3 трети1цею тaкож.

и3 посeмъ стaнет преd ст7лемъ на прaвом колэнэ. діaкон же воз8гласит. вонмэм. И$ ст7ль положA руку на главэ его гlть мlтву, велеглcно, бжcтвенаz бLгть.

ї егдA и3з8гlть, сщ7енніцы поют г7и помилуи. гщ. и3 кли1рицы тaкоже поют на њбою2 кли1росу. Ст7ль же прекрестит главY его2. гщ. и3 гlть мlтву втаи2.

и3 посем пріємлет ўлaрь. и3 дает е3му целовати. Ст7ль же положит ему ўларь на лёвомъ плечи2. и3 положит руку на главэ е3го2. и3 воз8гласит. Ѓxіwсъ. сщ7енницы же поют ґксіwсъ. гщ. тaкоже и3 клирицы поют на њбою2 клиросу.

и3 посeмъ діаконъ гlть њктенію. и3 прочzz.

10. Окончание литургии

ї егда же діaконъ речет прости пріимше.

Ст7ль же изходит и3зо њлтарz преdи3дущу е3мu2 поdkку с лампадою. и3 другому послэдующу съзади єg с посохом. и3 шеd стaнеть за ґмбоном. и3 раздает дору. и3 гlть и3 tпuc.

По tпустэ же стaвъ на мэстэ и3дэж њблачи1тсz, и3 совлачитсz ри1зъ сщ7енны<. поdkкомъ поющим, пресщ7ен8ному. и3 и3сполаити. и3 ўмывъ руки ст7ль. и3 њблачитсz во њбhчныz ри1зы.

и3 шеd к ъ ц rким дверем. и3 целuет ст7ыS и3коны. и3 тако и3зх0дитъ и3з8 цRкви.

КОММЕНТАРИИ[13]

Общие замечания

В языке памятника нет ни архаических, ни южносла­вянских черт; можно предположить, что текст был составлен в 1-й пол. XVI в. на Руси — возможно, самим свт. Макарием. Если это предположение верно, он мог составить устав в 1530-е гг. в бытность архиепископом Новгородским и Псковским. Впрочем, полностью отвергнуть переводной характер текста не представляется возможным. В тексте присутствуют интересные лексемы, в том числе слова «двойница» и «тройница» в значении «дикирий» и «трикирий», не вошедшие в «Словарь русского языка XI–XVII вв.» (М., 1975–.).

Содержательно устав архиерейской литургии из ВМЧ представляет собой достаточно подробное описание действий священнослужителей во время службы, но не на всем ее протяжении, а лишь в некоторых частях. Они включают в себя: 1) встречу епископа в храме, 2) проскомидию и облачение архиерея, 3) малый вход литургии, 4) пение Трисвятого, 5) литургийные чтения из Апостола и Евангелия, 6) великий вход, 7) рукоположение священника, 8) евхаристическую молитву (анафору), 9) рукоположение диакона и 10) завершение литургии. Все эти части связаны с перемещениями клириков по храму: 1 и 10 — это вход епископа в храм для службы и выход из него по ее совершении, 3 и 6 — малый и великий входы литургии, 7 и 9 — привод ставленника в алтарь и обведение его вокруг св. престола, 4 и 5 — ряд малых перемещений епископа и клириков по алтарю и из него. В частях 2 и 8 говорится о действиях на облачальном месте и на амвоне, куда клирикам также требовалось переместиться. При этом ход службы в целом не описан, молитвы предстоятеля и пение хора упоминаются в минимальном объеме, ряд священнодействий — например, порядок причащения, — обойдены молчанием[14]. Нет сомнений в том, что устав был создан для восполнения уже имевшегося у его составителей полного формуляра архиерейской литургии, проясняя только те моменты, которые были изложены в последнем недостаточно ясно или же отличались от реальной практики. Поэтому устав представляет собой важное дополнение к формулярам хорошо известных русских рукописей архиерейской литургии того же времени: ГИМ. Син. 680, XVI в., и 909, XVI–XVII вв.[15]

Устав упоминает следующих участников богослужения: епископ («святитель»), священники и диаконы[16], иподиаконы («подьяцы»/«подиацы»), два хора («клиросы»), народ.

Литургическое пространство включало в себя алтарь, жертвенник и основной объем храма, в котором выделены облачальное место епископа в центре: ўгот0ванное е3мu2 [архиерею. — свящ. М. Ж.] мэсто средэ црк7ви, а также амвон.

Амвон, сооруженный в 1533 г. для Софийского собора в Новгороде при самом свт. Макарии, вероятном авторе устава, сохранился до наших дней и находится в Государственном Русском музее[17]. Как и древние византийские амвоны[18], он представляет собой высокую башенку с лестницами, но не каменную, как в Византии, а деревянную, что позволяло его передвигать. Размеры амвона: примерно 2.8 м в высоту (с учетом высоты боковых стен; стоявший внутри амвона находился примерно на полтора метра выше стоявших на полу), 2.2 м в диаметре. Принято считать, что сохранившееся в настоящее время в русской традиции архиерейского богослужения возвышение в центре храма (как правило, оно некорректно именуется «кафедрой») является рудиментом древнего амвона, однако устав из ВМЧ не упоминает о том, чтобы епископ восходил на амвон; таким образом, указанное возвышение тождественно не амвону, а облачальному месту. Амвон же, вероятно, стоял не в самом центре храма, а несколько в стороне.

Пение иподиаконов на амвоне и у царских врат

Наличие амвона-башенки, согласно уставу из ВМЧ, составляло существенную особенность архиерейской службы: устав многократно упоминает пение хора подьяков с амвона; вероятно, оттуда же читалось литургийное Евангелие (устав об этом не сообщает, но рукописи ГИМ. Син. 680 и 909 это прямо предписывают).

Аккламации, исполнявшиеся подьяками с амвона, составляют наиболее интересную часть устава архиерейской службы из ВМЧ, поскольку в других источниках упоминаются лишь некоторые из них, а после никоновской реформы почти все они были опущены. Аналогичным образом и в старообрядческой практике нет ни многих из этих аккламаций, ни самогó амвона, откуда они должны были исполняться.

Многие из аккламаций подьяков исполнялись по-гречески, то есть имели прямой прообраз в византийской традиции. Ниже приводится их полный список согласно уставу из ВМЧ с указанием исполнителя и места исполнения:

·         при входе епископа в храм: и3сполаи3ти деспота [=εἰς πολλὰἔτη, Δέσποτα: «На многая лета, владыко»], трижды (эта аккламация пелась подьяками, видимо, не с амвона, а прямо у входных дверей храма);

·          в начале облачения: стихи на возложение священных одежд (подьяки на амвоне);

·         по завершении облачения: многолетие (подьяки на амвоне, после того как «началнѣйший» диакон возгласит: и3сполаити деспота, трижды);

·         на умовение рук перед литургией: е3лико вэрніи, трижды (подьяк, либо ставленник, подававший архиерею воду для умовения рук);

·         при совершении малого входа: пріидэте поклонимсz, то есть начало входного стиха (подьяк: вероятно, стоявший возле архиерея), а также и3сполаи3ти деспота, трижды (подьяки: возможно, на амвоне);

·         перед «Слава, и ныне» на Трисвятом: евлоисонъ, киріонъ доксосъ [=Εὐλόγησον, Kῦρι τὸ Δόξα: «Благослови, [владыко, петь] Господу “Слава”» [19]] (подьяк у царских врат);

·         перед чтением Апостола: прокимен (подьяк; место произнесения не указано — амвон?);

·         перед чтением Евангелия: pлом дв7двъ[20]. ґллђіа2 — и аллилуиарий со стихами, а также прибавлением на последнем повторе аллилуиария: ґллђіа. келевсате [= Ἀλληλούϊα. Κελεύσατε: «Аллилуия. Повелите»] (подьяк; место произнесения не указано — амвон?);

·         на умовение рук перед великим входом: е3лико вэрніи, трижды (ставленник у царских врат);

·         по окончании великого входа: и3сполаи3ти деспота, трижды (подьяки у царских врат);

·         перед Символом веры: о3ц7а и3 сн7а и3 ст7го дх7а после диаконского возгласа возлюбим другъ дрyга (подьяки на амвоне — не клиросы!);

·         во время анафоры (все — подьяки с амвона):

- когда клиросы поют обычные слова из диалога перед анафорой: млcть миръ..., один подьяк возглашает: е3лико вэрнымъ, второй: њи3сE пэC [= Ὅσοι πιστοί: «Только верные»; позднее интерпретировалось как «а и се песнь»], и хор подьяков поет: е3лико вэрнымъ;

- когда клиросы поют «Свят, свят, свят… » из анафоры, один подьяк возглашает: њи3сE пэC, второй: е3лико вэрнымъ, и хор подьяков поет: њи3сE пэC;

- после возгласа твоS t твои<подьяк возглашает: и3 њ вс<э и3 за всS;

- после «Достойно есть» и возгласа диакона е3г0же кіижdо и3мэz помышленіе. њ свои< согрэшeніи<1 подьяки поют кэпанду [= Καὶ πάντων καὶ πασῶν: «И [помяни] всех [верных мужского пола], и всех [— женского пола]»];

- после возгласа в8 пeрвы< помzни2 г7и и диаконского диптиха подьяки поют другую кэпанду[21];

·         после отпуста литургии и снятия священных одежд: многолетие (пресщ7ен8ному… ) и и3сполаи3ти деспота (подьяки; место произнесения не указано).

Столь активное участие иподиаконов в служении епископа — не только безмолвно прислуживающих ему, но и произносящих ряд возгласов и образующих самостоятельный хор, размещавшийся в самых заметных местах храма: у царских врат и на высоком амвоне возле середины церкви, — представляет собой наиболее яркую особенность чина дониконовской архиерейской литургии. Интересно отметить, что эта особенность частично сохранялась в практике московских кафедральных соборов даже в пореформенное время: так, ключарь храма Христа Спасителя прот. Н. Розанов в 1901 г. писал, что «при архерейском служениии… обязательно [наличие, помимо обычных певчих. — свящ. М. Ж.]… 3-х малолетних, одетых в стихари»[22], которые поют ряд текстов, переходя в различные места храма по ходу службы. Фактически, это и есть тот хор иподиаконов (не случайно предписывается облачение трех «малолетних» в стихари), о котором говорят дораскольные источники, хотя он поет уже не столь много песнопений, как раньше. Нет сомнения в том, что восстановление подлинного дораскольного чина епископской службы предполагало бы возвращение этих песнопений в полном объеме, равно как и восстановление амвона в той или иной форме[23].

Помимо певцов на клиросах и хора иподьяконов, в пении участвовали священники: они повторяли Трисвятое, исполняли одно троекратных из «Господи, помилуй» на сугубой ектении и все песнопения во время хиротоний.

Начало службы

Согласно публикуемому уставу, после входа епископа в храм при пении иподиаконов и3сполаи3ти деспота, он целовал иконы и царские врата и входил этими вратами в алтарь. Входные молитвы в уставе не упоминаются, но в ГИМ. Син. 680 и 909 они расписаны подробно. В алтаре епископ целовал св. престол и напрестольное Евангелие, которое диаконы приподнимали для него, а затем проходил в жертвенник (молитвы у престола также не упомянуты), где целовал священные сосуды, которые вновь держали для него диаконы, благословлял священника и диакона на совершение проскомидии и царскими вратами исходил из алтаря на облачальное место.

С этого момента и до окончания литургии архиерея постоянно сопровождал иподиакон с предносной свечой — «лампадой»[24], — предположительно тождественной привычному нам «фонарю» на крестных ходах. Устав упоминает и другие виды переносных осветительных приборов: помимо «лампады», они включают «свечи», «светильники», а также архиерейские «двойницу» и «тройницу», то есть дикирий и трикирий. Под «свечами» следует понимать большие свечи, носившиеся в руках; «светильники» в определенный момент ставились на пол, откуда можно сделать вывод, что этот термин соответствует свечам на высоких напольных подставках.

Когда епископ приходил на облачальное место, иподиакон с «лампадой» (далее: лампадчик[25]) вставал напротив него, а по сторонам устанавливались две напольных свечи. Епископ отдавал иподиакону посох, снимал «обычные ризы», и после тихих (помaлу) слов старшего диакона: блcви вLко, произносил возглас: блcвнъ бг7ъ. Очевидно, этот возглас служил знаком к началу проскомидии и чтению часов; одновременно хор иподиаконов на амвоне начинал петь стихи на облачение архиерея. Возложив на себя все священные одежды («весь святительский сан»), архиерей садился на приготовленное на облачальном месте сиденье, а старший диакон возглашал: и3сполаи3ти деспота (трижды), после чего хор иподиаконов на амвоне пел многолетие, епископ благословлял диакона и совершал умовение рук перед службой. Произносился отпуст часов и проскомидии.

Малый вход

Начало литургии устав не описывает, лишь упоминая о нем. Но порядок малого входа раскрыт весьма подробно. Сначала устав говорит о том, что архиерей оставался в центре храма практически один: стоявшие напротив него иподиаконы с ручными свечами и диаконы, совершив поклон, удалялись (о появлении тех и других устав не говорит; вероятно, это происходило в начале литургии). Иподиаконы с ручными свечами, вместе с парой других иподиаконов, которые уносили с собой напольные свечи, шли к жертвеннику, а диаконы — царскими вратами! — в алтарь. Рядом с епископом оставался лишь старший диакон и, вероятно, лампадчик.

Далее совершалась первая часть процессии: из алтаря боковыми дверьми выходили два иподиакона с ручными свечами и, по старшинству, диаконы со священниками; отдельно упоминается диакон с Евангелием, перед которым два иподиакона несли напольные свечи. Подойдя к облачальному месту, священнослужители выстраивались определенным образом: иподиаконы с ручными свечами, поклонившись, вставали по сторонам от облачального места; иподиаконы с напольными свечами, также поклонившись, шли к алтарю и устанавливали напольные свечи по сторонам от царских врат. Диакон с Евангелием передавал его старшему диакону и забирал у епископа «шапку», после чего уходил с остальными диаконами в алтарь. Епископ благословлял совершавшего проскомидию священника, а затем целовал Евангелие, которое подносил ему старший диакон, и благословлял диакона. Тот возглашал: премdрwсть прости, и иподиакон запевал входное: пріидэте поклонимсz. В это время епископ принимал в руки трикирий и осенял им перед собой, а также на правую и левую стороны, при пении иподиаконами и3сполаи3ти деспота — вероятно, в одно время с пением хорами входного стиха.

Совершалась вторая, главная, часть процессии: епископ сходил с облачального места и направлялся к алтарю, поддерживаемый двумя старшими священниками; перед ними шли лампадчик и два других иподиакона с ручными свечами, а за ними — иподиакон с архиерейским посохом (далее: посошник) и остальные священники. Иподиаконы со свечами[26] входили в алтарь, лампадчик вставал справа у царских врат, а посошник — слева (где они, очевидно, и оставались до конца литургии). Епископ целовал царские врата и снова надевал «шапку», взяв ее у диакона и поцеловав.

Завершением малого входа служило каждение епископом алтаря и жертвенника, в сопровождении иподиаконов с ручными свечами. В целом, описание малого входа существенно дополняет текст рукописей ГИМ. Син. 680 и 909 (и, следовательно, единоверческий Святительский Служебник). Немаловажно, что и в XVII в., вплоть до патриаршества Никона, малый вход совершался в целом по тому же чину — с передачей Евангелия от младшего диакона старшему и т. д. (см. чин архиерейской службы в рукописи ГИМ. Син. 690, сер. XVII в. Л. 30 об. — 33).

Трисвятое

Трисвятое литургии[27], согласно уставу из ВМЧ, исполнялось следующим образом. После слов диакона врeмz трист7aго, епископ возглашал: Я$ко ст7ъ е3си, смотря из царских врат лицом к народу и благословляя рукой на три стороны. Клиросы пели Трисвятое трижды, причем в третий раз Трисвятое подхватывали и священники в алтаре (е3гдA начнуть кли1рицы пёти третьюю2, ст7ыи б9е. тогдA сщ7ен8ницы во њлтари поют). Епископ трижды осенял трикирием Евангелие (которое для этого приподнимали со св. престола два диакона), целовал его, а затем осенял народ из царских врат на три стороны и отдавал трикирий иподиакону, ожидавшему перед царскими вратами. Иподиакон возглашал: евлоисонъ, киріонъ доксосъ [=Εὐλόγησον, Kῦρι τὸ Δόξα], и хор пел «Слава, и ныне» с окончанием Трисвятого. Епископ поворачивался ко св. престолу, брал дикирий, рукой осенял Евангелие один раз, целовал его, благословлял свечой священников справа и слева от себя, целовал престол, и шел на горнее место, в предшествии двух иподиаконов с ручными свечами, а на горнем месте благословлял трикирием на три стороны и садился. Во время шествия архиерея на горнее место священники вновь пели Трисвятое: два раза до осенения свечами и один раз — после.

Такой порядок исполнения Трисвятого существенно дополняет изложение чина в ГИМ. Син. 680 и 909. В этих рукописях говорится, что сначала Трисвятое трижды пели певцы, а затем диаконы приподнимали Евангелие со св. престола, и епископ трижды осенял его: сначала рукой, затем дважды трикирием (который обозначен просто как «свеча», но в приведенном здесь же толковании говорится о трех свечах), с произнесением определенных стихов. На каждое из осенений Евангелия епископом духовенство пело Трисвятое. Поцеловав Евангелие, архиерей должен был перейти на горнее место, и оттуда осенить духовенство свечой на три стороны; духовенство вновь пело Трисвятое. Таким образом, в ГИМ. Син. 680 и 909 опущены указания об осенении народа перед «Слава, и ныне», о самих словах «Слава, и ныне» и возгласе иподиакона перед ними, о пении Трисвятого духовенством во время перехода епископа на горнее место[28].

Если объединить данные ГИМ. Син. 680 и 909 и устава из ВМЧ, порядок исполнения Трисвятого за архиерейской литургией на Руси в XVI в. был следующим:

1.      Епископ: возглас молитвы Трисвятого (произносился лицом к народу, с осенением его рукой на три стороны);

2.      Хор: Трисвятое, трижды;

3.      Духовенство: Трисвятое, трижды (начиная во время третьего Трисвятого хора). В это время епископ трижды осенял Евангелие (сначала рукой, затем трикирием) и целовал его.

4.      Епископ: трижды осенял народ трикирием, без возгласа.

5.      Иподиакон: евлоисонъ, киріонъ доксосъ.

6.      Хор: «Слава, и ныне», окончание Трисвятого. В это время епископ осенял рукой Евангелие и дикирием — духовенство справа и слева от себя (всего три осенения).

7.      Духовенство: Трисвятое, трижды. Во время первых двух повторов епископ переходил на горнее место, на третий раз осенял оттуда трикирием на три стороны.

Следует, впрочем, отметить, что устав из ВМЧ не говорит о троекратном пении Трисвятого священниками на третьем Трисвятом хора (пункт 3 схемы). В свою очередь, рукописи ГИМ. Син. 680 и 909 не говорят о троекратном пении Трисвятого священниками при восхождении епископа на горнее место (пункт 7). Поэтому нельзя исключать того, что в одном из этих пунктов Трисвятое в действительности пелось однократно. Для сравнения, в одном из византийских уставов архиерейской литургии XIV в. говорится о пении Трисвятого сначала трижды хором, затем однократно духовенством (в это время епископ должен был трижды осенить трикирием Евангелие, со стихом «Господи, Господи, призри… »), после чего — «Слава, и ныне», и снова троекратное Трисвятое (по одному разу: хор, духовенство, хор)[29]. Нетрудно заметить близость этой схемы к уставу из ВМЧ. Поэтому, скорее всего, Трисвятое пелось духовенством однократно именно в пункте 3, а указание рукописей ГИМ. Син. 680 и 909 о трех Трисвятых духовенства при осенении Евангелия трикирием следует либо понимать в смысле трех частей одного и того же Трисвятого[30], либо считать результатом переноса двух повторов Трисвятого во время шествия архиерея на горнее место на более раннюю позицию.

Как нам кажется, устав из ВМЧ проливает свет и на то, почему в позднейшей практике при архиерейском служении литургии Трисвятое поется с бóльшим числом повторов, чем при священническом. В уставе число повторов также уже больше, но лишь за счет пения священников в алтаре — фактически, непубличном, совершаемом как бы для них самих, во время действий епископа в том же алтаре: сначала они поют, накладываясь на хор, при осенении архиереем Евангелия; затем — при переходе на горнее место и осенении архиереем их самих. Вероятно, во втором случае Трисвятое в какой-то момент стали петь трижды, поскольку этот переход, особенно с учетом высоты горнего места в древних византийских храмах, мог совершаться весьма неспешно.

Также нельзя не отметить, что, в отличие от позднейшей практики, указание на «виноград сей» из Пс 79. 15 и в византийских, и в древнерусских источниках соотнесено с действиями епископа в алтаре, а не с благословением народа. Ниже мы к этому еще вернемся.

Чтения из Апостола и Евангелия

Во время перехода архиерея на горнее место в конце Трисвятого священники, как это принято и в современной практике, перестраивались — старшие по сану вставали ближе к архиерею; при этом устав специально отмечает, что сторонами они меняться не должны: стоявшие справа оказываются слева от епископа и наоборот.

Диакон возглашал: вонмэмъ, а старший священник — не сам епископ! — преподавал мир: миръ всэмъ. Пели прокимен, затем читали Апостол, и священники садились на сопрестолии с двух сторон от епископа.

Только после этого совершалась церемония перемены сторон священниками, причем не всеми, а лишь двумя старшими. Тот, что находился слева от епископа и произносил миръ всэмъ, вставал справа, а тот, что был справа, — слева. При этом они благословлялись у епископа и целовали его палицу (первый священник) и омофор (второй священник). Литургический комментарий, интегрированный в формуляр литургии согласно рукописям ГИМ. Син. 680 и 909, трактует это действие как символ Ветхого и Нового Заветов, но это не объясняет причину его возникновения. Возможно, в Византии эти священники должны были снять с епископа после его прихода в храм палицыи омофора — некогда имперских, а не церковных, регалий. Во всяком случае, чин из ГИМ. Син. 680 и 909 прямо предписывает священнику лично снять омофор с архиерея. Устав из ВМЧ не говорит о снятии омофора с архиерея священником, но сообщает, что во время чтения Апостола диакон кадит алтарь, перекинув омофор — возможно, только что снятый с епископа — через левую руку. При этом немногим ниже устав предписывает архиерею снимать омофор после аллилуиария: вероятнее всего, здесь составитель устава оставил незамеченным небольшое противоречие[31].

По окончании Апостола, при пении аллилуиария, епископ целовал образ Спасителя на горнем месте и читал молитву перед Евангелием (в ГИМ. Син. 680 и 909 о целовании образа не сообщается, но говорится, что святитель должен повернуться на горнем месте к востоку). В этот момент диакон брал со св. престола крест и подавал его для лобзания епископу, а затем всем священникам по очереди; этот обычай сохранился в старообрядной практике (в ней ради удобства епископу могут подносить не один крест, а два, для каждой из двух сторон, где стоят священники). Пока пели аллилуиарий, епископ садился (из этого видно, что аллилуиарий пели заметное время), а по его окончании вставал и, сняв омофор, слушал Евангелие.

Сугубая ектения

После Евангелия епископ спускался с горнего места, поддерживаемый двумя священниками, и вставал перед святым престолом. Диакон возглашал сугубую ектению, держа на левой руке омофор. Это можно сравнить с описанием греческой практики сер. XVII в. у Арсения Суханова, который отмечает, что «на Апостолѣ патрiархъ сдастъ съ себя амфоръ, архидiаконъ вземъ и положитъ у себя на лѣвомъ плечѣ концами назадъ себя и тако с нимъ Евангелiе чтеть и ектенью говоритъ»[32]. В силу того, что устав из ВМЧ прямо говорит и о чтении диаконом ектении с омофором на левой руке, и (см. выше) о каждении с ним же на Апостоле, вряд ли следует думать, что между этими действиями, то есть на Евангелии, диакон откладывал омофор в сторону. В таком случае удивление Арсения Суханова должно означать, что либо к XVII в. у русских перестали возлагать омофор на руку диакона во время Евангелия и сугубой ектении (но в ГИМ. Син. 690 прямо утверждается обратное[33]), либо омофором устав из ВМЧ в данном случае называет что-то еще (что маловероятно), либо, скорее всего, что в более древней традиции омофор перекидывался диакону через предплечье, а не возлагался на плечо, как у греков в XVII веке[34].

На прошении о самодержце архиерей принимал в руки трикирий из царских врат и из царских врат осенял народ на три стороны. В рукописях ГИМ. Син. 680 и 909 сообщается, что в этот момент архиерей произносил стих Пс 19. 9 («Господи, спаси царя… »). В греческой практике в эпоху туркократии этот византийский обычай молитвы об императоре трансформировался в осенение народа дикирием и трикирием после чтения Евангелия, что перешло и в русские сначала пореформенную, а позднее (через митр. Амвросия) — и в старообрядную практики.

Осенив народ (и самого царя, если он присутствовал на службе), архиерей поворачивался ко св. престолу и осенял его в четвертый раз; согласно рукописям ГИМ. Син. 680 и 909 это сопровождалось стихом Пс 79. 15–16 («Господи, Господи, призри с небесе… »). В то же самое время диакон возглашал прошение о епископе, после которого священники в алтаре пели троекратное «Господи, помилуй»; рукописи ГИМ. Син. 680 и 909 даже оговаривают, что это «Господи, помилуй» поют одни лишь священники, а хоры молчат. Подобное обособление епископа, о котором молятся только представители духовенства, от светского правителя достаточно ярко иллюстрирует феодальную идею об особой власти епископа над лицами духовного звания (как известно, в Древней Руси епископу принадлежала полнота судебной власти над клириками, в т. ч. по гражданским делам[35]). В том же ключе, видимо, понимался и образ виноградника («виноград сей») из Пс 79. 15, когда епископ осенял свечами в алтаре — на Трисвятом (см. выше) и на сугубой ектении[36].

Великий вход

Следующая часть службы, на которой устав подробно останавливается, — это, естественно, великий вход: визуально самая торжественная часть византийского чина литургии[37].

Последний возглас перед великим входом (Я$ко да поd держaвою) устав предписывает архиерею произносить, стоя лицом к народу в царских вратах и благословляя рукой по прежеписаному, — то есть так же, как и возглас перед Трисвятым (Я$ко ст7ъ е3си). Эта параллель двух возгласов не случайна: именно возглас перед Трисвятым некогда открывал собой литургию оглашенных[38]; соответственно, возглас Я$ко да поd держaвою начинает собой новую службу, литургию верных[39].

Произнеся возглас, епископ поворачивался к престолу и читал тайную молитву (очевидно, имеется в виду молитва «Никтоже достоин»). С началом пения херувимской песни иподиаконы подводили к царским вратам ставленника с руко­мое3ю2, и совершался целый чин умовения рук[40]: епископ умывал руки (ставленник: е3лико вэрніи, трижды), затем ставленник отдавал лохaню иподиакону и трижды покланялся, а епископ вытирал руки и возлагает на плечи ставленнику полотенце, благословляя его (тот кланялся и отходил в сторону). Епископ благословлял иподиакона, держащего перед ним лохaню, трижды осенял ее, затем три раза крестообразно проводил рукой по воде, смачивал себе лицо и поворачивался ко св. престолу. Иподиакон вносил воду в алтарь, и священники также смачивали себе концы пальцев и лицо. Чуть позже, во время процессии великого входа, устав предписывает иподиакону в конце процессии вести за собой ставленника с этой водой, обходя весь храм, — очевидно, чтобы все желающие также могли смочить лицо и пальцы.

Порядок самой процессии: два иподиакона с ручными свечами, два (?) диакона с рипидами, два диакона с омофором и «шапкой», диакон с кадилом[41], старший диакон с дискосом, два иподиакона с напольными свечами, священник со св. потиром, прочие священники с различными священными сосудами и крестами (носzще њбычнаz), в конце — иподиакон и ставленник с водой. У царских врат иподиаконы с ручными свечами кланялись епископу и уходили в алтарь. Следующими за ними диаконы с рипидами, встав в царских вратах, произносили: да помzнет г7ь б7ъ ст7льство е3го, — и входили в алтарь, располагаясь справа и слева от престола (где они, очевидно, и оставались стоять на протяжении всей анафоры[42]). Те же слова, входя в алтарь, произносили диаконы с омофором и «шапкой», после чего архиерей надевал «шапку» и принимал на плечи омофор. Следующий диакон, покадив епископа, отдавал ему кадило, и тот кадил дискос в руках у старшего диакона[43]. Отдав кадило и взяв и поцеловав дискос, епископ поставлял его на св. престол, а затем вновь брал в руки кадило и кадил св. потир в руках у священника. Отдав кадило и взяв и поцеловав св. потир, епископ также поставлял его на св. престол. Священники входили в алтарь, и великий вход заканчивлся тем, что епископ из царских врат благословлял народ трикирием, а иподиаконы у царских врат пели и3сполаити деспота.

Устав ничего не говорит о гласных поминовениях на великом входе; вообще, все поминовения сводятся к словам двух пар диаконов (с рипидами и с омофором и «шапкой»): да помzнет г7ь б7ъ ст7льство е3го, которые они произносили, входя в алтарь. Вероятно, поминовений или еще не было вовсе (в древнейшей византийской традиции их действительно не было[44]), или они имели частный характер[45]. Последнее соответствует чину литургии в ГИМ. Син. 680 и 909, где поминовения уже выписаны, но почти все — за исключением возгласа диакона с омофором — указано произносить «тихо». О том же, как справедливо отмечает В. Ю. Григорьева[46], свидетельствует отсутствие разрыва в тексте херувимской песни в древнерусских певческих рукописях.

В конце чина великого входа приводятся указания о ставленниках. Если на литургии предполагалось совершить хиротонию во священника или во диакона, ставленники размещались возле царских врат: поставляемый во священники — напротив них, а во диаконы — справа от врат, с напольной свечой (воду у него забирали).

Анафора и чины рукоположений

Далее устав описывает порядок рукоположения во священники. Мы предполагаем подробнее остановиться на чинах хиротоний из ВМЧ в одной из следующих публикаций; здесь можно лишь вновь отметить, что все песнопения иерейской и диаконской хиротоний пелись священнослужителями в алтаре (ср. сказанное выше о пении «Господи, помилуй» на сугубой ектении; впрочем, здесь часть песнопений — «Господи помилуй» и «Аксиос» вслед за священниками предписано повторять и певцам).

Порядок совершения анафоры примечателен исполнением иподиаконами на амвоне различных аккламаций на всем протяжении евхаристической молитвы, а также сохранением двух диаконских диптихов вместо одного; эти особенности были прокомментированы нами выше. После анафоры устав описывает порядок рукоположения во диакона.

Окончание литургии

В конце литургии, во время благодарственной ектении прости пріимше, епископ выходил из алтаря (перед ним шествовал лампадчик, за ним — посошник) и вставал сзади за амвоном. Здесь он раздавал народу антидор (дору)[47] и произносил отпуст.

После отпуста епископ вставал на облачальное место и снимал священные одежды, при пении иподиаконами многолетия и и3сполаити деспота. Епископ умывал руки[48], одевался во внебогослужебную одежду (њбhчныz ри1зы), подходил к царским вратам и, поцеловав св. иконы[49], покидал храм.

ВЫВОДЫ

Опубликованный в настоящей статье устав представляет собой важный источник по истории архиерейского богослужения в Древней Руси. Он существенно дополняет данные двух сохранившихся рукописей чина архиерейской литургии в Московской митрополии XVI в., ГИМ. Син. 680 и 909, на которых основан текст единоверческого Архиерейского Служебника 1910 г. Его свидетельство имеет не только научную, но и практическую ценность и должно обязательно учитываться при совершении русскими архиереями литургии «старым чином».

Доцент иерей Михаил Желтов,

заведующий кафедрой Литургики 



[1]Обзор основных источников по истории епископского чина литургии в Византии и на Руси см. в нашей статье «Архиерейское богослужение» (Православная энциклопедия. М., 2001. Т. 3. С. 566–575). К указанной в этой статье литературе по вопросу следует прибавить две недавние диссертации: ин. Вассы (Лариной) и диак. М. Юдакова. Инокиня Васса защитила свою докторскую диссертацию в 2008 г. в Мюнхенском университете, а затем, доработав, опубликовала в виде монографии: Larin V. The Byzantine Hierarchal Divine Liturgy in Arsenij Suxanov’s Proskinitarij. R., 2010 (= Orientalia Christiana Analecta; 286). Диакон Максим защитил свою магистерскую диссертацию в 2010 г. в Православном Свято-Тихоновском гуманитарном университете (тема работы: «Русский архиерейский чин Божественной литургии в XVI веке», не опубликована).

[2]Термином διάταξις (букв. «чин по порядку») в византийской традиции было принято называть детальные протоколы порядка совершения того или иного богослужебного чина — прежде всего, Божественной литургии (см.: Акишин С. Ю. Диатаксис // Православная энциклопедия. М., 2007. Т. 14. С. 628–629).

[3]См. основную информацию об этом энциклопедическом труде русских книжников XVI в. во главе с митрополитом Московским св. Макарием, включая подробный список литературы, в статье: Дробленкова Н. Ф. Великие Минеи Четии // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Л., 1988. Вып. 2 (вторая половина XIV — XVI в.). Ч. 1. С. 126–133; к приведенной здесь литературе можно прибавить: Макарий (Веретенников), архим. Великие Макарьевские Четьи-Минеи — сокровище духовной письменности Древней Руси // Богословские труды. М., 1989. Сб. 29. С. 106–126; Гребенетский А. Слова и поучения в Великих Четиих-Минеях Митрополита Макария // Там же. 1993. Сб. 31. С. 175–266.

[4]Ундольскiй В. Оглавленiе Четiихъ Миней Всероссiйскаго митрополита, Макарiя, хранящихся въ московскомъ Успенскомъ соборѣ, составленное справщикомъ, монахомъ Евфимiемъ // Чтенiя въ Императорскомъ обществѣ исторiи и древностей Россiйскихъ при Московскомъ Университетѣ. М., 1847 («годъ 3-й»; фактически книга вышла в 1848 г.). № 4. С. III–VI, 1–78 [четвертой пагинации]; здесь с. 72–74, 78.

[5]Подр0бное w3главлeніе вели1кихъ чeтіихъ минeй всерwссjйскагw митрополjта макaріz, хранsщихсz въ моск0вской патріaршей (ны1нэ сmнодaльной) библіотeкэ. М., 1892.

[6]Там же. Кол. 479.

[7]Голубинскiй Е. Исторiя Русской Церкви. Перiодъ второй, Московскiй. М., 1911. Т. 2: 2. С. 428.

[8]Дмитрiевскiй А. Богослуженiе въ Русской Церкви въ XVI вѣкѣ. Часть I: Службы круга седмичнаго и годичнаго и чинопослѣдованiя таинствъ. Историко-археологическое изслѣдованiе. Казань, 1884.

[9]Там же. С. 57–132.

[10]Голубцовъ А. О предносной архiерейской лампадѣ // Богословскiй вѣстникъ (издаваемый Московскою Духовною Академiею). Сергиев Посад, 1905. № 7–8. С. 560–569 [третьей пагинации]; Он же. О старомъ архiерейскомъ мѣстѣ въ храмѣ // Там же. С. 570–583; Он же. Соборные Чиновники и особенности службы по нимъ. М., 1907.

[11]Автор сердечно благодарит А. А. Турилова и Л. В. Мошкову за помощь в работе с ним.

[12]В Царском списке вместо этого слова — очевидная описка: сщн7ница

[13]Автор статьи благодарит Р. Н. Кривко и А. Ю. Виноградова за консультации при работе над комментариями.

[14]Впрочем, порядок причащения кратко описан в ВМЧ в статье, следующей за публикуемым нами уставом и озаглавленной так: совершениє во w3лтари. новопоставленомu сщ7енникu и3ли діаконu.

[15]В нач. XX в. текст архиерейского чина литургии из ГИМ. Син. 909 с разночтениями по ГИМ. Син. 680 был издан, с благословения Святейшего Правительствующего Синода, в типографии единоверцев (Служeбникъ а3 рхієрeйскій. М., 1910). Фактически, эти две рукописи до настоящего времени оставались единственным источником знаний о чине архиерейской литургии в Московской митрополии в XVI в. Известны еще две (южно-)русские рукописи архиерейского чина литургии того же времени — ГИМ. Син. 310, нач. XVI в., и БАН. 21. 4 .13 (Новг. 918), 1-й пол. XVI в., — но они происходят из Киевской митрополии и их чин не вполне совпадает с чином по ГИМ. Син. 680 и 909. Столь малое число списков архиерейской литургии, несомненно, объясняется тем, что русские епископы преимущественно использовали за богослужением обычный, священнический, формуляр литургии — например, именно он содержится в Служебниках митрополита Московского свт. Киприана (ГИМ. Син. 601, кон. XIV в.; известно, что впоследствии по нему иногда служил, напр., патриарх Никон), патриарха Московского свт. Иова (ГИМ. Син. 1074, нач. XVII в.) и в ряде других рукописей, достоверно принадлежавших епископам. Вероятно, при использовании епископами священнического формуляра литургии особенности архиерейской службы добавлялись по памяти: так, уже в древнейшем сохранившемся русском Служебнике, ГИМ. Син. 604, нач. XIII в., содержащем священнический формуляр литургии, имеются пометы позднейшей рукой (на л. 17 об.), свидетельствующие о совершении по нему службы епископом.

[16]Среди них выделены «началнѣйший» диакон и «началнѣйшие» священники, но без использования терминов «протодиакон» или «протопоп» (впрочем, в описании церемонии великого входа в уставе неожиданно возникает термин ґрхідіаконъ, что заставляет предположить использование какого-то внешнего источника при составлении соответствующего раздела устава). В русских богослужебных книгах старше XVII в. также не встречаются молитвы на поставление в сан протодиакона и протопопа (протоиерея).

[17]Клюканова О. Новгородский амвон 1533 г. // София. Новгород, 1998. № 4. С. 18–20.

[18]См.: Xydis S. G. The Chancel Barrier, Solea and Ambo of Hagia Sofia // The Art BulletiN. 1947. Vol. 29. P. 1–24; Sodini J.-P. L’ambon de la rotonde Saint-Georges: Remarques sur la typologie et le décor // Bulletin de correspondance hellénique. 1976. Vol. 100. P. 493–510; idem. Les ambons médiévaux à Byzance : Vestiges et problèmes // ΘυμίαμαστήμνήμητήςΛασκάριναςΜπούρα. Αθήνα, 1991. Σ. 303–307; Казарян А. Ю., Желтов М. С., Клюканова О. В. Амвон // Православная энциклопедия. М., 2001. Т. 2. С. 108–110

[19]Ср. «Церковную историю и таинственное созерцание» (толкование на Божественную литургию) псевдо-Германа Константинопольского, § 25.

[20]Интересно, что слова «псалом Давыдов» прямо предписано произносить перед аллилуиарием, а перед прокимном они, как минимум, не упомянуты. Таким образом, предположение В. Ю. Григорьевой, озвученное в докладе «Некоторые вопросы богослужебной практики по дониконовскому чину: уставной аспект» (прочитан 26 января 2016 г. на конференции «Старый обряд в жизни Русской Православной Церкви: прошлое и настоящее» в рамках XXIV Рождественских чтений и опубликован в интернете по адресу http://www.oldrpc.ru/Zametki_ Po_Ustavu_-_Doklad.pdf), о появлении у старообрядцев слов «псалом Давыдов» перед аллилуиарием под влиянием беглого духовенства, привыкшего к пореформенным книгам, не подтверждается.

[21]Обозначение этой «кепанды» как «другой», то есть второй, соответствует древней традиции провозглашения двух различных диптихов во время анафоры — об усопших и о живых; впрочем, в уставе из ВМЧ от первого остался лишь фрагмент (см. предыдущее примечание), тогда как второй сохранился полностью и обозначен как свитокъ њ з®aвіи.

[22]Руководство для лицъ, отправляющихъ церковныя богослуженiя при участiи митрополита, епископа… въ Московскомъ Кафедральномъ Христа Спасителя соборѣ и Московскомъ Большомъ Успенскомъ… составилъ… Протоiерей Николай Розановъ, при сотрудничествѣ… К. Соловьева. М., 1901. С. 92.

[23]К сер. XVII в. высокий амвон в центральной части храма составлял яркую особенность именно русского архиерейского богослужения, а греками был позабыт настолько, что они упрекали русских за его использование (хотя именно такие амвоны некогда были устроены в Св. Софии в Константинополе и других важнейших храмах, а кое-где — напр., в церкви Успения Пресв. Богородицы в Каламбаке у подножия Метеор — стоят до сих пор). Так, Арсений Суханов писал о увиденном им у греков: «Амвона отнюдъ нигдѣ нѣту, и нашихъ зазираютъ, что церковь всю заслонили отъ того: и образы и престолъ и царскiе двери и всю красоту отняли» (LariN. The Byzantine Hierarchal… P. 103–104).

[24]См. об этом древнем атрибуте архиерейской службы: Голубцовъ. О предносной…

[25]В современной практике этого иподиакона называют «примикирий», но у прот. Н. Розанова в его «Руководстве… » он обозначается именно как «лампадчик» (с. 91), что вновь указывает на преемственность старых традиций московских соборов.

[26]Речь идет о ручных свечах; когда в алтарь заносились также и напольные свечи, неясно. Но они не стояли у царских врат всю литургию, поскольку в описании великого входа говорится об их несении перед священником со св. потиром. Видимо, они уносились уже на малом входе, когда места у царских врат занимали лампадчик и посошник.

[27]Наиболее актуальным, хотя и требующим пересмотра, исследованием о Трисвятом в составе византийской литургии остается соответствующая глава из книги: Mateos J. La célébration de la Parole dans la liturgie byzantine: Étude historique. R., 1971. (= Orientalia Christiana Analecta; 191). P. 91–126.

[28]В пореформенной практике один из них: «Господи, Господи, призри с небесе… » (ср. Пс 79. 15–16), — превратился в архиерейский возглас при осенении епископом свечами народа.

[29]Дмитрiевскiй А. А. Описанiе литургическихъ рукописей, хранящихся въ библiотекахъ православнаго Востока. Т. II: Εὐχολόγια. К., 1901. С. 306.

[30]«Святый Боже»; «Святый крепкий», — и т. д.

[31]В противном случае следует предположить, что либо устав предполагал использование за литургией двух омофоров (большого и малого, как в позднейшей традиции? В таком случае первый должны были снимать с епископа на аллилуиарии, со вторым диакон совершал каждение), либо термином «омофор» называли не только омофор епископа, но и какой- то иной предмет.

[32]LariN. The Byzantine Hierarchal… P. 100.

[33]Правда, омофор здесь предписано возлагать не на левую, а на правую руку: Л. 39 об.

[34]В современной практике, как известно, младший диакон просто держит омофор на вытянутых руках во время чтения Апостола и проносит его перед Евангелием.

[35]Ср. также, напр., церемонию передачи изверженного из священного сана клирика под компетенцию светской власти в конце чина извержения из сана согласно первопечатному униатскому архиерейскому Чиновнику, где епископ, в частности, говорит: И3#зволsю... дA сего2... Сyдъ Ми1рскій, въ свою2 o3блaсть, а3ки и3зверженнаго пріймeтъ (ПОНТИФИКАЛЪ, си2 є$сть Служeбникъ Ст7и1телcкій. Супрасль, 1716. Л. 42).

[36]Соответственно, превращение в пореформенной традиции стихов Пс 79. 15–16 в возглас при осенении епископом не духовенства, а народа, можно считать знаком отхода от средневековой феодальной парадигмы.

[37]См. знаменитую монографию об этом священнодействии: Taft R. F. The Great Entrance: A History of the Transfer of Gifts and Other Preanaphoral Rites of the Liturgy of St. John Chrysostom. R., 1975 [во 2-мизд. в 1978 к названию книги добавлен подзаголовок: A History of the Liturgy of St. John Chrysostom; Vol. 2]. (= Orientalia Christiana Analecta; 200). Недавно была выпущена существенно дополненная версия этого исследования: Taft R. F., Parenti S. Il Grande Ingresso: Storia della Liturgia di S. Giovanni Crisostomo, vol. II (Edizioneitalianarivista, aggiornataeampliata). Grottaferrata, 2014. (= ΑΝΑΛΕΚΤΑΚΡΥΠΤΟΦΕΡΡΗΣ; 10).

[38]Энарксис, то есть три антифона, перемежаемые малыми ектениями, исполняемые до малого входа, в классической византийской традиции IX–XII вв. еще не стал частью литургии, оставаясь лишь вступительным последованием, которое могло исполняться вне храма или вовсе отсутствовать (см.: Mateos. La celebration… P. 27–45). В свою очередь, мирная ектения до XII в. читалась не перед антифонами, а после малого входа, непосредственно перед Трисвятым. Даже в современной традиции в тех случаях, когда литургия совершается на вечерне, энарксис опускается, и литургия начинается с ектении (правда, не мирной, а малой) перед Трисвятым.

[39]Впрочем, формально литургия верных начинается немногим ранее, после ухода оглашенных.

[40]Ср.: Taft, Parenti. Il Grande Ingresso… P. 321–325.

[41]Интересно, что устав не содержит указаний о том, кто несет воздух: возможно, ставленник во иереи? Но устав подчеркивает, что ставленник во иереи не входит в алтарь на великом входе, а остается перед царскими вратами. При этом ничего не говорится о наличии у него воздуха или же о том, что при дальнейшем введении ставленника в алтарь он передавал воздух кому-либо.

[42]Т. о., рипиды еще не превратились в достаточно формальный атрибут архиерейских процессий, как в позднейшей практике, но использовались по прямому назначению: отгонять насекомых от евхаристических Даров.

[43]Устав ничего не говорит о том, куда ставились напольные свечи, которые несли иподиаконы после диакона с дискосом. Можно предположить, что они устанавливались перед царскими вратами, по обеим сторонам от священника с потиром.

[44]См.: Taft, Parenti. Il Grande Ingresso… P. 403–411.

[45]См.: Ibid. P. 421.

[46]См. выше ссылку на ее доклад.

[47]Обисторииэтогообычаясм.: Taft R. F. The Communion, Thanksgiving and Concluding Rites. (A History of the Liturgy of St. John Chrysostom, Vol. 6). R., 2008. (= Orientalia Christiana Analecta; 281). P. 699–718.

[48]Это уже третье умовение рук за время литургии. Указание о нем восходит к диатаксисам священнической литургии, где умовение рук по завершении службы является стандартным действием (ср., напр.: Красносельцевъ Н. Ѳ. Матерiалы для исторiи чинопослѣдованiя Литургiи святаго Iоанна Златоустаго. Каз., 1896. С. 29, 78–79, 93, 114; до- и пореформенные издания Служебника также предписывают его совершать). При священническом служении умовение рук совершалось в алтаре, здесь же, как и умовения в начале службы и перед великим входом, оно происходит на виду у всего народа — очевидно, потому, что архиерею предписано разоблачаться в центре храма. В ГИМ. Син. 680 и 909, где также говорится о разоблачении «на обычном месте на орле», умовение рук почему-то не упоминается.

[49]Неясно, можно ли считать это указание намеком на исходные поклоны.

Новости по теме

«ДЛЯ ПОНИМАНИЯ СОВРЕМЕННОЙ ЦЕРКОВНОЙ ЖИЗНИ ВАЖНО ЗНАНИЕ ЕЕ ИСТОРИИ» Алексей Светозарский Церковная история всегда была сопряжена с историей Отечества. И мне хотелось бы, чтобы студенты духовных школ хорошо понимали, насколько это взаимосвязано и насколько события общегражданской истории детерминируют события церковной истории и наоборот, чтобы не было узкоклерикального подхода, чтобы события истории Церкви рассматривались в контексте национальной истории, каковой бы она ни была и какой бы период мы ни взяли.
АНТОЛОГИЯ СЕМИНАРСКОЙ ЖИЗНИ. СВЯТИТЕЛЬ ИОАНН (МАКСИМОВИЧ) БИТОЛЬСКАЯ СЕМИНАРИЯ Протоиерей Пётр Перекрёстов С 1927 по 1934 годы иеромонах Иоанн преподавал на юге Югославии, в семинарии святого апостола Иоанна Богослова в Битоле, где в те годы насчитывалось от четырехсот до пятисот студентов, по большей части сербов, а также албанцев, русских и чехов. Это был важный этап его жизни, о котором у нас есть любопытные свидетельства.