«Семинаристы – рядовые, сержанты и офицеры», Или о том, как будущие священники служат в армии. Часть 1

Московская Сретенская Духовная Семинария

«Семинаристы – рядовые, сержанты и офицеры», Или о том, как будущие священники служат в армии. Часть 1

Сретенская семинария 4334



«Истинные христиане всегда считали свою жизнь военной службой. И, как солдаты считают дни своей службы и с радостью думают о возвращении домой, так и христиане постоянно помнят о конце своей жизни и возвращении в свое Небесное Отечество». Святитель Николай Сербский

 

Согласно Указу Президента Российской Федерации от 1 октября 2012 года, священнослужителям, получившим духовный сан, предоставляется отсрочка от службы в армии. Это правильно с той точки зрения, что священникам, совершающим Литургию (бескровную жертву), нельзя проливать чужую кровь, какими бы благими, патриотичными ни были их мотивы. Но это не значит, что священнослужители не служат в армии. Те, кто подходят по состоянию здоровья, служат Родине в самых разных местах. Кто – до семинарии, кто – во время, а кто – после.

30% студентов Сретенской семинарии уже отслужили в рядах Вооруженных Сил России. И география их службы самая широкая: от Иркутска до Каспия.

Чтобы познакомиться с живыми историями семинаристов о службе в армии, предлагаем вашему вниманию интервью с некоторыми из них.

Михаил Лихачев – Спецназ ГРУ

Феодосий Кудряшов – Радиотехнические войска

Михаил Середа – Спецназ «Витязь»

Феодор Середа – Инженерные войска

Игорь Иванов – Войска связи

Михаил Калинин – Морская пехота

Кирилл Миронов – Президентский полк, рота охраны

Андрей Сенин – Железнодорожные войска

Владимир Байков – военные сборы в разведроте

 

Михаил Лихачев (1 курс магистратуры) – спецназ ГРУ

«У меня никогда не было столь сильного чувства присутствия Божия, как во время службы в армии!»

— Где и когда ты служил?

— 4 июня 2011 года был призван на службу в ряды ВС РФ. Службу проходил в городе Иркутске в воинской части 55433.

— Что особенного было в твоей службе?

— Всю службу прошел в звании рядового. С января 2012 года занимал должность водителя.

— Что хорошего тебе запомнилось?

— Желание служить в армии было с самого детства. А учась в кадетском классе школы, нося звание «вице-сержанта» и занимая должность заместителя командира взвода (старосты класса), я еще больше захотел служить в армии, особенно в элитных войсках. Пошел служить по исполнении 18 лет, после первого курса обучения в семинарии. Возможность избежать призыва была, но я считал нужным идти и служить.

— Что было самое трудное в армии?

— Привыкнуть к тому, что «ты ничто и звать тебя никак». Было сложно настроиться на то, что окружающие тебя люди в любой момент не против самоутвердиться за твой счет (после дружного коллектива семинарии я был в шоке от такого). Конечно, были и хорошие парни – сослуживцы, с которыми было приятно общаться по-человечески, ведь именно человеческого общения в моей роте не хватало…

— Как к тебе относились сослуживцы и командование, зная, что ты верующий?

— С первых дней сослуживцы знали, что я учусь в духовной семинарии и собираюсь в будущем быть священником. Реакция бывала разная. Кто-то смеялся и считал меня «ущербным», потому что никак не мог понять, почему я стараюсь соблюдать посты и почему еще до сих пор не «спал» с девушками (именно во множественном числе). Я, как мог, пытался объяснить сослуживцам, но у меня никак не получалось до них донести смысл своего воздержания.

Часто мне приходилось быть «апологетом» всей Русской Православной Церкви и Ее священнослужителей, которые, как мне говорили, «разъезжают на крутых машинах»…

Но есть и положительные моменты. Заместитель командира батальона по воспитательной работе каждое воскресение отпускал меня в храм святого благоверного князя Димитрия Донского, располагающийся в клубе части. Должен сказать, что одиночные передвижения по части были запрещены, и замполит всю ответственность брал на себя.

После того, как меня перевели из батальона в отдельную роту, меня «радушно» встретил (сразу дав мне понять, что он мне мать и отец) старшина роты, по национальности бурят, а по вероисповеданию – буддист. Но, на удивление, он меня также всегда отпускал на богослужения и даже помог мне беспрепятственно посещать храм каждый день со Страстного Четверга по Четверг Светлой седмицы (отправил меня в наряд по клубу, где я бессменно нес службу неделю – это был лучший подарок на Пасху!). Обычно, отпуская меня на службу, старшина улыбался и просил помолиться за него.

У меня никогда не было настолько сильного чувства присутствия Божия, как во время службы в армии! Не на кого было надеяться, кроме Бога. Хорошо помню то состояние, когда просыпаешься, уже по привычке, за несколько минут до истеричного «Рота подъем!», лежишь и думаешь: «Что же сегодня тебя ждет? Какие сложности принесет наступающий день?» И только молишь Бога, чтобы Он дал тебе силы не сломаться. Была ясная уверенность, что все идет так, как Богом суждено, от меня требуется лишь покорно все принять и остаться человеком.

В армии верующий человек является лицом Церкви. Не стоит забывать об этом.


За время моей службы в армии произошел один интересный случай. Для меня это ничто иное как чудо! За пару месяцев до моего увольнения построили нас, старослужащих – «дембелей» – и объяснили, что необходимо быть благодарными своей части и своей роте за все, что они нам дали. Одним словом, намекнули на «дембельский аккорд». От нас требовалось восстановить грузовые автомобили – «гробы», как мы их называли. Каждого закрепили за «гробом», помню, мне достался ЗИЛ 131. И когда я пришел в автопарк и увидел свой «гроб», понял, что проще новую машину купить: мой ЗИЛ врос в землю, а под капотом была только половина двигателя и радиатор... И вот тут я загрустил.

Вечером меня отправили в наряд дежурным в общежитие. Весь день я думал «о своем дембельском аккорде» и, судя по всему, он должен был стать минорным. Я был на грани отчаяния, так как понимал, что у меня нет средств на восстановление ЗИЛа, а у родителей просить считал недостойным. Ничего не оставалось, как просить помощи у Бога. Перед сном я обратился к Нему совсем простыми словами, как ребенок. Своим умом я не понимал, как Бог мог бы мне помочь, но верил, что Он может все решить.

Сутки наряда пролетели быстро. После сдачи наряда возвращаюсь в роту, а сослуживцы меня встречают вопросом: «Знаешь новость? Наша бригада переезжает из Иркутска в Новосибирск и вся техника списывается». Так мне Господь помог сыграть мой «дембельский аккорд».

— Что бы ты посоветовал ребятам, которые только собираются идти в армию?

— Мне было трудно, сложно, иногда больно служить в армии, но оно того стоит. Советую всем парням, будущим мужчинам, идти и служить в армии, какая бы она ни была. Мечтаешь о хорошей армии с взаимовыручкой и дружбой – пойди и сделай, как гласит девиз знаменитого рода войск: «Никто, кроме нас». То, что заставляет пережить армия за время службы, на «гражданке» нигде не найдешь. Армия закаляет характер, закаляет тело – из мальчиков делает мужчин. Моя любимая фраза: «Может, ничему армия и не учит, но дурь из тебя выбьет», а это нужно многим молодым людям сегодня.

 

Феодосий Кудряшов (4 курс бакалавриата) – Радиотехнические войска.

«У каждого будет свой опыт службы в армии, главное – оставаться человеком, христианином»

— Где и когда ты служил?

— На острове Валаам, Республика Карелия, 2011-2012 гг., Радиотехнические войска.

— Что особенного было в твоей службе?

— Был оператором радиолокационной станции. Мы отслеживали вертолеты, которые пролетали над границей нашей Родины с Финляндией.

— Что хорошего тебе запомнилось?

— У меня был опыт поездки в командировку на четыре месяца в Казахстан, на полигон Ушулук. И мне запомнились необычайно теплые отношения между молодыми, старослужащими и администрацией, что редко можно встретишь в других частях

— Что было самое трудное в армии?

— Отсутствие храма. Когда я служил на Валааме, мы каждую неделю имели возможность причащаться в храме. Начальство очень лояльно к этому относилось. Но когда уехал в командировку, то оказался без богослужения четыре месяца, и для меня это было очень сложно.

— Как к тебе относились сослуживцы и командование, зная, что ты верующий?

— Люди с неподдельным интересом иногда задавали вопросы, зная, что я человек верующий. Чувствовалось проникновенное и доброе отношение. Когда я пришел на Пасху в казарму, уставший, после наряда по столовой, я физически не мог встретить Пасху – не мог даже просто сесть и понять, что сейчас Воскресение Христово. Я заснул, и меня разбудили ребята после полуночи, и говорят: «Ну что, Феодосий, Христос Воскрес?» Я им говорю: «Воистину Воскрес!»

— Что бы ты посоветовал ребятам, которые только собираются идти в армию?

— Не бояться, идти и служить, и думать о том, зачем ты это делаешь. У каждого из нас будет свой опыт службы в армии. Главное – оставаться человеком, христианином. Не поддаваться на провокации, потому что среда в армии достаточно жесткая, где-то грубая. Оставаться самим собой, не пытаться скрыть свою веру. Пришел в столовую – помолился, перекрестился; ложишься спать, не можешь прочитать все молитвы, прочитай хотя бы какую-то одну! Стараться нужно читать Писание. Я в семинарии не смог прочитать полностью Новый Завет, а в армии мне это удалось. Нужно стараться понимать, что хоть ты и в армии, все равно предстоишь перед Божиим взором, и поэтому нужно работать над собой, тогда и люди к тебе потянутся, и не будет проблем ни с начальством, ни с ребятами, ни с собой.

После полуночи меня разбудили ребята: «Ну что, Феодосий, Христос Воскрес?» «Воистину Воскрес!»

 

Михаил Середа (2 курс магистратуры) – Спецназ «Витязь»

«Самое хорошее в армии: она дает понять, как дорого то, что мы имеем»

— Где и когда служил?

— Служил в в/ч 3179, отряд спецназа «Витязь».

— Что особенного было в твоей службе?

— Интересная служба. Настоящие мужские приключения. Благодаря переизбытку «романтики» стал пацифистом.

— Что хорошего тебе запомнилось?

— Люди, которым я был дорог. Я им благодарен. Самое хорошее в армии – она дает понять, как дорого то, что мы имеем.

— Что было самое трудное в армии?

— Предательство товарищей.

— Как к тебе относились сослуживцы и командование, зная, что ты верующий?

— Нормально. Замполит, правда, мусульманином был. Хотя и «краповик», но мне даже пытался запретить с ребятами о вере говорить. Но не вышло.

— Что бы ты посоветовал ребятам, которые только собираются идти в армию?

— Идите в те воинские части, где год пройдет с максимальной пользой, для того, чтобы что-то приобрести в жизни.

Отец Тихон сам ответил на свой вопрос: «Если приказ будет против заповеди – не делай».

 

Феодор Середа (4 курс бакалавриата) – Инженерные войска.

«Самое трудное – оставаться самим собой»

— Где и когда ты служил?

— Во Владимирской области, в 2012-2013 гг.

— Что особенного было в твоей службе?

— Выполнял боевую задачу по охране секретной базы, где хранились боеприпасы – мины ТМ-80 и прочее. Есть легенда, что там лежат ядерные боеголовки, но их там нет (улыбается).

— Что было самое трудное в армии?

— Оставаться самим собой.

— Как к тебе относились сослуживцы и командование, зная, что ты верующий?

— Я служил в «православной» части. Там была возможность пообщаться с батюшкой, и каждое воскресение разрешалось посещать Божественную Литургию. У меня не было проблем с тем, что я верующий, командование позитивно относилось ко всем, кто ходил в храм.

— Что бы ты посоветовал ребятам, которые только собираются идти в армию?

— Когда я уходил в армию, отец Тихон спросил: «Чем ты будешь руководствоваться в трудных ситуациях?» И сам же ответил мне на этот вопрос: «Если приказ будет против заповеди – то не делай». Желаю всем семинаристам помнить слова владыки Тихона.

 

Игорь Иванов (3 курс бакалавриата) – Войска связи

«Во всех ситуациях, чтобы там ни было, оставайтесь людьми»

— Где и когда служил?

— Я пошел в армию по осеннему призыву, служил год с 2009 по 2010-й, в войсках связи, в Вологодской области.

— Что особенного было в твоей службе?

— По независящим от меня причинам я служил в четырех разных ротах. Это позволило мне познакомиться с разными образами жизни в армии. Окунулся в жизнь различных подразделений и получил опыт, который мне помогает в моей жизни до сих пор.

Но больше всего мне понравилось, конечно же, само место, где я служил. Это была действительно уникальная часть, которая совмещала в себе черты как «уставщины», так и дедовщины. Получился довольно «вкусный» и своеобразный «компот» из этих двух форм армейской жизни.

Больше всего я запомнил своего ротного командира. Я не могу назвать его имя и звание, условно буду звать его дядя Гриша. Так вот, дядя Гриша был молод, но выглядел гораздо старше своих лет. Он был горяч и энергичен. Он из тех людей, которым не все равно, что солдат ничего не умеет. Для него было важно научить нас всему, что может рано или поздно пригодиться в настоящем бою, да и просто в жизни. Он пытался сделать из нас настоящих людей любой ценой. Ценой своих нервов, своей личной жизни, ценой постоянных изнуряющих тренировок. Он был самым настоящим командиром, командиром от Бога, и примером для подражания.

— Что было самое трудное в армии?

— Поступать по совести. Очень редко получалось не предавать себя, особенно вторые полгода, когда давление на тебя ослабевает, и ты начинаешь чувствовать некоторую свободу. Побороть многие искушения становится все сложнее и сложнее.

В это время я еще не был полностью воцерковленным. Я только начинал молиться и читать Библию, соблюдать посты. О христианской жизни еще ничего не знал и делал много глупостей, хоть уже и позиционировал себя как православный. Когда начался Рождественский пост, то я, повинуясь своему «неофитскому» максимализму, со всем рвением и тщанием принялся его соблюдать. У меня был церковный календарь, в котором указывались все постные дни – когда что можно есть, а когда нельзя. И я, руководствуясь самыми благочестивыми намерениями, решился его исполнить, оберегая каждую букву закона. А то, что в армии необязательно соблюдать посты, мне объяснил только весной один заезжий батюшка, до этого же я изнурял свое и без того немощное тело совершенно бесполезным для этого места и времени воздержанием в пище.

Так или иначе, все окружающие приняли меня за православного «в четвертом поколении» и относились к моей вере по-разному. В подавляющем большинстве, как среди солдат, так и среди офицерского состава, отношение было положительным. Видя, как во время постов я отдаю свою гречку с тушенкой соседям по столу и питаюсь одним хлебом с чаем, сослуживцы сразу прониклись ко мне каким-то особым сакральным чувством: «Этот человек – святой. Кто его тронет, тот будет проклят». Вслух, конечно же, такого никто не произносил, но иногда у меня складывалось впечатление, что некоторые ребята ровно так и считали.

К сожалению, после перевода из моей любимой роты дяди Гришы, мой религиозный пыл угас… Возможно, я слишком много сразу на себя взял.

— Что бы ты посоветовал ребятам, которые только собираются идти в армию?

— Я бы посоветовал только одно: во всех ситуациях, чтобы там ни было, оставаться людьми.

Когда укладываешь оба купола парашюта не себе, а сослуживцу, образуется нечто большее, чем доверие…


Михаил Калинин (2 курс бакалавриата) – Морская пехота

«В воздухе у нас все верующими становились, не было разницы, кто и как исповедует Бога»

— Где и когда ты служил?

— Город Каспийск, 414 батальон, Морская пехота, 2011-2012 гг.

— Что особенного было в твоей службе?

— Хорошая служба. Зарядка с пробежкой на море, в котором в итоге мы не купались, а, посмотрев на него, бежали обратно. Ежевика, которую срывали и ели на бегу. Ночные стрельбы, полигоны, звездное небо и горы Каспия.

— Что тебе больше всего запомнилось?

— Первый прыжок. Укладка парашютов. Особенно, когда ты укладываешь оба купола (основной и запасной) не себе, а сослуживцу. Здесь образуется нечто большее, чем доверие, ведь от правильности укладки зависит жизнь твоего однополчанина. Так же и тебе кто-то укладывает…

— Что было самое трудное в армии?

— Марш-броски в полной выкладке. Неудобный РПГ7Д (гранатомет) с боезапасом. Огневая подготовка и тактика. Выполнение упражнений по стрельбе на время были очень сложными. Выполнить все быстро, точно и качественно иногда не представлялось возможным. Шли дожди на полигоне, и приходилось спать в луже, чтобы не выдавать позицию.

— Как к тебе относились сослуживцы и командование, зная, что ты верующий?

— Я особо тогда не молился. И верующим себя не мог назвать. Разве что – перед прыжком. Но в воздухе у нас все верующими становились, и не было разницы, кто и как исповедует Бога.

— Что бы ты посоветовал ребятам, которые только собираются идти в армию?

— Не бояться сложностей, заниматься спортом (бегом) и непременно идти служить.

 

Кирилл Миронов (4 курс бакалавриата) – Президентский полк, рота охраны

«Как ты себя поставишь, так и будут к тебе относиться – с презрением или уважением»

— Где и когда ты служил?

— Президентский полк СКМК ФСО России, 6 рота охраны. Служил в 2013-2014 гг.

— Что особенного было в твоей службе?

— Служба связана с государственной охраной. Охраняли спецобъекты Москвы и Московской области.

— Что тебе больше всего запомнилось?

— Главное, что вынес из армии, – это опыт старших военнослужащих и офицеров. Когда ты берешь самое лучшее из их поступков и формируешь этим свой характер.

— Что было самое трудное в армии?

— Самое трудное… это когда ты ломаешь свой характер. Кому-то все не нравится, одному всего мало, другой жадина, который за еду удавится. И нужно сломать себя. У нас даже в спортзале плакат висел: «Победи себя!» И эти слова имеют отношение не только к физическому развитию.

— Как к тебе относились сослуживцы и командование, зная, что ты верующий?

— Командование было хорошее, уважительно относились, ребята тоже все хорошие были. В армии ведь главное не то, верующий ты или нет. Как ты себя поставишь, так и будут к тебе относиться – с презрением или уважением.

— Что бы ты посоветовал ребятам, которые только собираются идти в армию?

— Быть самим собой. Есть такое понятие – двуличность. В армии это очень хорошо видно, и к таким солдатам не очень хорошо относятся. И еще есть такое выражение «Военнослужащий РФ – лицо Вооруженных Сил РФ», и, находясь в армии, верующий человек является лицом Церкви. Не стоит забывать об этом.

 

Андрей Сенин (4 курс бакалавриата) – Железнодорожные войска

«Это незаменимая школа. Отнеситесь к ней, как к делу, вверенному Самим Богом»

— Где и когда ты служил?

— В 2006-2008 гг., в/ч 71278, пос. Дягилево Рязанской области, Железнодорожные войска.

— Что тебе больше всего запомнилось?

— Мы всегда помогали друг другу.

— Что было самое трудное в армии?

— Первый марш-бросок: думал, что не выдержу.

— Как к тебе относились сослуживцы и командование, зная, что ты верующий?

— Командир – доброжелательно, изредка спрашивал про церковные праздники, между караулами отпускал в храм. С ребятами тоже отношения были добрые, из нашего взвода (36 человек) – 8 человек ходили в храм.

— Что бы ты посоветовал ребятам, которые только собираются идти в армию?

— Это незаменимая школа. Пожелаю отнестись к этому, как к делу, вверенному Самим Богом.

Я был в отчаянии: у меня не было средств на восстановление ЗИЛа. Оставалось молиться…


Владимир Байков (2 курс бакалавриата) – военные сборы в разведроте

«Советую: разносить заранее берцы, побыстрее найти друзей... И не роптать!»

— Где и когда служил?

— Закончил МГУ, Факультет государственного управления. Два года учился на военной кафедре МГУ, факультет военного обучения, кафедра Зарубежной военно-политической информации, специальность – воспитательная работа. Стажировался в качестве заместителя командира разведроты по воспитательной работе в в/ч 53609 в Федулово (под г. Ковровом, Владимирская область). Неделю – в солдатском режиме, три недели – офицером. Лейтенант запаса.

— Что особенного было в твоей службе?

— Стажировка в качестве офицера. Мы анализировали личные дела, проводили беседы с призывниками, психологическое тестирования, готовили рекомендации по кандидатам на заступление в боевое дежурство. Проводили занятия, посвященные воинским праздникам, текущей государственной политике, актуальным вопросам национальной безопасности.

— Что тебе больше всего запомнилось?

— Армейский быт, армейский юмор. Однообразие цветов, звуков, вкусов, размеренность режима. И мне нравилось. Такой режим благотворно влияет и на здоровье, и на психику.

— Что было самое трудное в армии?

— Обрести место в воинском коллективе – среди друзей, среди подчиненных, в глазах начальства. Там все, как в обычной жизни, – есть люди, с которыми приятно общаться, есть люди, от которых лучше себя оградить, а есть те, кого приходится терпеть. Со всеми нужно наладить здоровые отношения.

— Как к тебе относились сослуживцы и командование, зная, что ты верующий?

— Не было повода об этом разговаривать. На то время единственным проявлением церковности в части были крестики на шее и молитвословы в комнате отдыха.

— Что бы ты посоветовал ребятам (семинаристам и не только), которые только собираются идти в армию?

— Разносить заранее берцы. Побыстрее найти друзей. Смириться с режимом и людскими недостатками. Не роптать. Следить за собой. Делать, что требуется. Стараться быть добрым, открытым, полезным. Армия – это, прежде всего, люди. Люди, которые живут по определенным правилам и занимаются совместным трудом. Благородным трудом. Так что – «Друг друга тяготы носите, и тако исполните закон Христов».

(Продолжение следует).

 

Подготовила редакция сайта

Сретенской семинарии

Новости по теме

КАК СЕМИНАРИСТ ИВАН В ВДВ СЛУЖИЛ Антон Поспелов Студент Сретенской духовной семинарии Иван Букарев после четвертого курса ушел в армию добровольцем – и по собственному желанию попал в разведроту ВДВ. О том, почему десантники называли его отцом и зачем выполнять долг перед Родиной, он рассказал своим друзьям и порталу Православие.Ru.
КАК ЭТО БЫЛО… Валерий Мешалкин 18 октября 2009 года состоялся традиционный Покровский турнир по футболу во имя благоверного князя Димитрия Донского среди команд духовных училищ, семинарий, академий и воскресных школ. Нынешний турнир стал для команды Сретенской духовной семинарии особенным: впервые она прорвалась в финал, заняв в итоге 2-е место.