К 10-ЛЕТИЮ СРЕТЕНСКОЙ ДУХОВНОЙ ШКОЛЫ. «НАШЕ БОГОСЛУЖЕНИЕ НАДО ЛЮБИТЬ, ЧТИТЬ И ХРАНИТЬ»

Московская Сретенская Духовная Семинария

К 10-ЛЕТИЮ СРЕТЕНСКОЙ ДУХОВНОЙ ШКОЛЫ. «НАШЕ БОГОСЛУЖЕНИЕ НАДО ЛЮБИТЬ, ЧТИТЬ И ХРАНИТЬ»

Протоиерей Павел Бобров 4550



– Отец Павел, расскажите, пожалуйста, о ваших студенческих годах в Московских духовных школах.

– Наверное, прежде чем говорить об учебе в Московских духовных школах, несколько слов надо сказать о том, что мое решение поступить в семинарию было личным и осознанным, и принял я его в 14 лет. Никто, конечно, в семье против не был, но родители убеждали меня закончить сначала какой-нибудь светский вуз. Но в итоге мама сама поехала в семинарию и переписала все условия поступления. И после школы, когда мне было 16 лет, я отправил необходимые документы. Но, приехав… в семинарию, я обнаружил, что ни одного документа в канцелярии нет – все они куда-то пропали. Кроме того, мне сказали, что они бы мне и не понадобились, поскольку мне не исполнилось 18 лет. Тогда руководство Московской семинарии считало, что абитуриенты должны были достичь именно этого возраста. Но каким-то чудесным образом документы все-таки нашлись и были приняты – по прошению, на котором стояла резолюция почившего ныне Святейшего Патриарха Алексия. И я сдал вступительные экзамены и стал семинаристом.

Не могу сказать, что литургика с первых моих учебных дней была для меня любимым предметом, – тогда меня очень интересовали другие дисциплины: история Церкви, Священное Писание Нового Завета. Хотя, конечно, литургике мы с друзьями-одноклассниками уделяли много времени, потому что хотелось вместе разобраться в службах, научиться их составлять. Уже в первом классе я был уставщиком хора – на время (ровно месяц), когда курс поет на каникулах свои выпускные службы. А с начала третьего класса я нес послушание уставщика семинарского хора, регентом которого был отец Амвросий (Ермаков), ставший позже проректором Сретенской духовной семинарии (ныне епископ Гдовский, ректор Санкт-Петербургских духовных школ).

– А кто у вас преподавал литургику?

 На первом и на четвертом курсах преподавал отец Василий Воронцов, на втором – отец Сергий Маратканов, на третьем – отец Тихон (Зайцев), который тогда был благочинным Покровского храма и с которым у меня сложились дружеские отношения. Потом он нес послушание начальника Русской духовной миссии в Иерусалиме, а на последнем заседании Священного Синода назначен председателем Финансово-хозяйственного управления Московской Патриархии с возведением в сан епископа Подольского.

Потом в академии на первом курсе у нас преподавал литургику легендарный отец Матфей (Мормыль), на втором – Алексей Мстиславович Пентковский, а на третьем – отец Сергий Правдолюбов. К периоду, с которым он нас блестяще знакомил, и относится тема моей кандидатской диссертации – «Литургическая тематика Богослужебного отдела Поместного Собора Российской Православной Церкви 1917–1918 годов». С этой темой связано много перипетий, поскольку она была формально закреплена за одним иеромонахом, который нес послушание… в Панаме.

– Отец Павел, когда вы стали преподавателем Сретенской духовной школы?

– В 2001 году, когда я закончил второй курс академии, иеромонах Амвросий предложил мне преподавать литургику в третьем классе Сретенского духовного училища (таков был тогда статус Сретенской школы). Я пришел в сентябре читать семинарскую программу третьего курса: двунадесятые праздники, Постная и Цветная Триодь. И понял, что за партами у меня сидят довольно взрослые люди – в основном насельники Сретенского монастыря. Наш первый замечательный набор: отец Иоанн (Лудищев) – нынешний проректор, отец Арсений (Писарев), отец Лука (Ауле), Саша Стародубцев, который у меня впоследствии писал дипломную работу, он был моим первым дипломником…

– Вы получили указ Учебного комитета о распределении в Сретенскую духовную семинарию?

– Да, в 2003 году, как выпускник Московской духовной академии, я был направлен на церковное послушание преподавателем в Сретенскую духовную школу, которая на тот момент была уже семинарией. Благодаря кипучей энергии ректора – архимандрита Тихона (Шевкунова) – удалось набрать коллектив сильных преподавателей, сформировать отличную библиотеку, создать для воспитанников прекрасные бытовые условия.

– Отец Павел, в чем вы видите задачи своего предмета в рамках семинарского курса?

 Вы знаете, в любом вузе есть профилирующие предметы. И если говорить, что семинария готовит образованных пастырей для Русской Православной Церкви, то такими фундаментальными дисциплинами, безусловно, нужно считать Священное Писание, догматику и литургику. Поэтому у преподавателя литургики получается сверхответственное послушание – научить совершать богослужение, руководствуясь Уставом с одной стороны и современной богослужебной практикой с другой. Есть такой горький анекдот: в качестве подсказки на вопрос о вечерне семинаристы используют карандаши двух цветов. Когда надо петь стихиры Октоиха – отвечающему показывают красный карандаш, а когда стихиры Минеи – зеленый. Задача преподавателя состоит в том, чтобы студент не по цвету определял, как строится богослужение, какова его композиция и содержание. Научить любить церковную службу – цель непростая…

– Известно, что на своих занятиях вы большое внимание уделяете исторической части литургики. С чем это связано?

– Да, я сознательно уделяю внимание исторической литургике, тому, как в разные периоды формировалось наше богослужение. Я хочу, чтобы студенты не просто запоминали схему, шаблон, а чтобы они понимали внутреннюю и внешнюю литургическую динамику. Убежден, нельзя механически резать скальпелем наше веками складывающееся богослужение – его надо любить, чтить и хранить.

– Какой, по вашему мнению, должна быть преимущественная направленность преподавания в духовных школах: научно-богословской или практической? Каким предметам надо уделять больше времени?

 Семинария прежде всего готовит священнослужителей. И, конечно, она должна научить доброте, смирению и послушанию. При этом она закладывает твердые научно-богословские основы, которые пригодятся в пастырской практике. И без знания Священного Писания, святых отцов и богослужения здесь не обойтись. В последнее время много учебного времени – и это неплохо – отводится на преподавание древних и новых языков, философии. Несомненно, будущим пастырям нужна сейчас практическая психология, чтобы священник мог различать душевно и духовно больных людей. Думаю, общая направленность должна определяться актуальными потребностями современной пастырской повседневности.

– Отец Павел, можете ли вы сравнить Сретенскую семинарию с другими учебными заведениями, в которых вы преподаете?

 Последние три года я преподаю литургику еще и в Перервинской духовной семинарии. Отличия, безусловно, есть – это объективная вещь. В Сретенской духовной семинарии очень многое делается для разноплановой реализации миссионерских проектов: студенты преподают в воскресной школе, ездят в детские дома, выступают с концертными программами. Для них организуются великолепные паломничества, у семинаристов есть счастливая возможность прикоснуться к величайшим христианским святыням. К тому же руководство Сретенской духовной школы очень бережно относится к жизненному выбору своих воспитанников, всячески содействует рукоположению, не оставляет в сложных житейских ситуациях.

– Вы долгое время несли послушание уставщика. Скажите, возможно ли в современных условиях максимально исполнять предписания Типикона. И стоит ли задумываться над созданием единой формы, в рамках которой отправлялось богослужение хотя бы в Московской епархии?

– Этот острый вопрос, как известно, поднимался не раз. Конечно, строгая унификация, как, впрочем, и пестрая вариативность, не всегда приемлема. Нужно понимать, что люди сейчас хотят зайти в любой храм и услышать одну и ту же вечерню – с единой композицией и логикой. А уж количество стихир, тропарей, кафизм для них не принципиально. То есть Устав соблюдается по своей общей структуре, а детали зависят от приходской практики и традиции.

Но и здесь возникают проблемы. Например, в храме священномученика Антипы на Колымажном дворе, где я служу, около 70 лет не совершались богослужения. Понятно, что традиция прервалась. И вот настоятель – протоиерей Владимир Волгин – дал мне послушание уставщика (тогда я еще не был диаконом). И вскоре мы стали петь полностью утренние хвалитные и вечерние псалмы с припевами, затем, на воскресной утрене, – непорочны с припевами. Причем инициатором выступал не я, а прихожане, многие из которых только пришли в Церковь: они сами прочитали богослужебные указания и заинтересовались этим. Это не намного увеличивает время богослужения, и главное – мы не выдумываем новых решений, а следуем Типикону. Еще могу сказать, что 5 ноября 2008 года в нашем храме по благословению Святейшего Патриарха служилась литургия апостола Иакова. Так постепенно, изнутри, и складывается приходская традиция.

– Отец Павел, какие напутственные слова вы могли бы сказать учащимся Сретенской духовной семинарии в связи с ее десятилетием?

– Я желаю семинаристам Сретенской духовной школы сохранить любовь и уважение к священноначалию, к отцу ректору и ко всем, кто трудится на поприще их воспитания и просвещения.



Беседовал Георгий Битбунов 
студент 5-го курса СДС
27 апреля 2009 года

Новости по теме

К 10-ЛЕТИЮ СРЕТЕНСКОЙ ДУХОВНОЙ ШКОЛЫ. «НЕ СТЫДНО ЧЕГО-ТО НЕ ЗНАТЬ, СТЫДНО – НЕ ХОТЕТЬ ЗНАТЬ» Надежда Малинаускене Для семинаристов древние языки – это языки Священного Писания и Священного Предания. Никакой даже самый лучший перевод никогда не заменит оригинала, потому что нет ни одного языка, система смыслов которого полностью совпадала бы с системой смыслов другого. Кроме того, в процессе изучения древнегреческого языка и латыни появляется более глубокое осмысление родного языка и его истории, становятся очевидными общности, влияния и прямые заимствования из языков классических, повышается грамотность, формируется также важнейшее умение видеть аналогии и заимствования в современных западных языках.
К 10-ЛЕТИЮ СРЕТЕНСКОЙ ДУХОВНОЙ ШКОЛЫ. БЛАГОДАТНЫЕ ПЛОДЫ СЕМИНАРСКОГО ВОСПИТАНИЯ Священник Павел Миронов Мы жили полноценной монастырской жизнью. Для меня было огромной, ни с чем несравнимой радостью вставать ночью на чтение Псалтири с поминанием имен из синодиков. Выходишь ночью из кельи, тихо ступаешь по монастырским дорожкам – и попадаешь в полумрак храма Сретения иконы Божией Матери. Незабываемое ощущение!